Прекрасная любимица
Шрифт:
Он выдохнул, издавая едва различимый звук отчаяния.
– Знаешь, я обожаю твой вкус. Разрешишь полакомиться тобой, Лепесточек?
Боже.
– Да.
– Так мне быть жадным у тебя между ног, пожирая твою киску? Или ты хочешь, чтобы я не торопился?
– Все это. Сначала грубо, потом еще раз, медленнее. Смакуя.
– сказала я, хотя, кто знал, сколько у нас на самом деле есть времени. Я наблюдала, как Макс расстегнул воротник моей блузки, открывая верхушки холмиков груди. Я с легкость могла представить, как бы мы выглядели с этого ракурса: обнаженная, я бы лежала на спине, бесстыдно разведя ноги в стороны, а Макс устроился между ними. Видела, как бы напряглись его мускулы, пока он был ненасытен. Как я потягиваю его прекрасные волосы и направляю, где желаю ощутить больше всего. Как поджимаются пальчики моих ног, когда оргазм уже близок, и взрываясь, я кричу.
Лифт остановился, и, схватив за руку, Макс практически потащил меня прямо по коридору, направляясь к нашему номеру.
– Все это.
– сказал он, вставляя карту.
– Блять, я дам тебе все это.
Щелкнул замок, индикатор загорелся зеленым, и он толкнул дверь.
Внутри настала моя очередь припереть Макса к стенке.
Я встала на цыпочки в надежде дотянуться до его рта, прижавшись своими губами к его, и, не теряя времени даром, начала расстегивать ремень и вытаскивать рубашку из-за пояса его брюк.
– Я хочу сфотографировать тебя.
– заявила я, и Макс отстранился, чтобы заглянуть мне в глаза.
– Меня?
Я кивнула и потянувшись, пососала его нижнюю губу.
– Как ты выглядишь, когда лижешь мою… Киску.
Макс застонал и запрокинул голову назад, облокачиваясь на дверь.
– Ты понятия не имеешь, что со мной происходит, когда ты говоришь подобное.
Я задумалась, быть может, это поможет. Если слова Хлои были правдой, то, наверное, Максу будет легче все выбросить из головы, если сначала я удовлетворю его.
Скользнув ладонью вокруг пупка, я спустилась ниже, ощущая твердость и выпуклость, скрытую под тканью его брюк. Сжав член, потерла большим пальчиком там, где почувствовала головку.
– О-о, я вижу, что с тобой происходит.
Макс начал двигаться спиной, остановившись лишь у кровати. Он вытащил из кармана телефон, вложив его в мою руку.
– Будем молиться, что нас не беспокоят потому, что Уилл обрел свой материнский инстинкт, а не оттого, что наша дочь быстро смекнула, что каждый сделает именно то, что она захочет, поработив их обоих.
Я засмеялась и положила его на прикроватный столик.
– Так что ты будешь делать с этими фотографиями, сладкий Лепесточек?
– сказал он, расстегивая пуговицы моей блузки, одну за другой, и позволяя ей соскользнуть с плеч.
– Пересматривать их. Вспоминать.
– Когда? На работе?
– спросил он, расстегивая лифчик, стянул лямки вниз по моим рукам и небрежно бросил его на стул у стены.
– Возможно, на совещании, пока все вокруг разговаривают, ты будешь пялиться на экран своего телефона. Люди подумают, что их начальница просматривает электронную почту или календарь. Но им и в голову не придет, что Сара Стелла рассматривает фотографии собственного мужа, разместившегося у нее между ног. Как он прижимается языком к ее клитору.
– О Боже.
– сказала я. Его слова в точности отображали мои фантазии. Глаза изучали мое лицо, спускаясь по шее и ниже. Грудь покалывало, и под тяжестью взгляда Макса соски встали по стойке смирно. Кожа пылала, а остававшаяся на мне одежда сковывала движения.
– Теперь ты мокрая, Лепесточек?
Я кивнула, сначала стягивая с Макса рубашку, а затем брюки, замечая головку его члена, показавшегося из-за кромки боксеров. Он был твердым, как скала, а при искусственном освещении было видно уже проступившую на кончике влагу. Я облизала губы, практически ощущая вес его члена у себя во рту - твердого и гладкого на языке.
– Сними остальное.
– проинструктировал Макс, а затем потянулся к покрывалу, стягивая его вниз и открывая моему взгляду отглаженные белые простыни. Стопка аккуратно сложенных подушек упала в сторону, и, подняв одну, он положил ее на середину кровати.
Когда Макс повернулся, я как раз избавилась от юбки и трусиков и заполучила его кивок в качестве одобрения.
– Сюда, - сказал он, жестом указывая на подушку.
– Здесь мне будет удобнее полакомиться твоей очаровательной маленькой киской.
Даже сейчас, после клуба и замужества, рождения ребенка и всего того, чем мы занимались, я почувствовала на щеках румянец, выполняя его желание и забираясь на кровать, аккуратно удерживая подушку непосредственно под бедрами. Не имея возможности сдвинуться с места, я чувствовала себя распростертой и уязвимой, широко разведя бедра в стороны и ощущая прохладный воздух на коже. Знала, что, коснувшись себя, окажусь влажной и набухшей. Мой клитор сейчас чувствителен к малейшему прикосновению.
Я продолжала разглядывать Макса, когда он освободился из своих боксеров и залез на кровать, медленно подкрадываясь ко мне. Я протянула к нему руку, желая почувствовать его во мне и…
На столе завибрировал телефон Макса. Блять.
Вслепую потянувшись за ним, не в силах оторвать взгляда от собственного мужа и его великолепного члена, выступающего между нами, я свалила будильник и, кажется, ресторанное меню, прежде чем найти то, что искала, передавая телефон Максу.
– Сара.
– сказал он, заставляя меня оторваться от созерцания его тела.
– Да?
– Телефон. Прочитай смс, ладно?
– сказал он, касаясь моего колена, скользя ладонью вниз по моей коже и останавливаясь между раскрытых бедер.
– Я тут немного занят, и пока наша квартира не загорелась или что-то не стряслось с Анной, мне сейчас абсолютно похер на все сообщения. Просто ответь.
– Ответить, пока ты?..
– я замолчала, и он кивнул.
В горле пересохло, и я постаралась сосредоточиться на том, что должна была сделать, вместо того, чтобы наблюдать, как Макс коснулся основанием ладони моего клитора.
– Это Уилл.
– прищурившись, сказала я. На фото Анна хмурила носик, выпячивая нижнюю губу. Верхушка желтого в горошек одеяльца сбилась рядом с ее щечкой, отчего я предположила, что она все еще спит в колыбельке.
«Что это с ней?»– гласило сообщение.
«Она плакала?»– напечатала я, мгновенно отвлекаясь от скользящих по мне пальцев Макса.
«Нет. Лишь издает странные звуки. Как щеночек или вроде того. С ней все хорошо, просто любопытно».
«Иногда она суетлива во время сна», – ответила я, останавливаясь и стараясь собраться с силами, когда почувствовала, как пальцы Макса заменило теплое дыхание.
– «Обычно она сама успокаивается! Надеюсь, у вас все хорошо!»