Притворись для меня счастливой
Шрифт:
– Не вижу смысла, - Кения отступает к двери.
– Вам ведь хватило ума добраться до меня.
– Но не хватило времени предупредить шантаж.
– У каждого бывают неудачи, - философствует она.
– Я вот тоже зря потратила столько времени на вашу бесперспективную сестру, вместо того, чтобы искать другую. Теперь мой бизнес несет потери.
– Ты смеешь называть это бизнесом?
Грава медленно расстегивает пуговицы пиджака и засовывает руки в карманы брюк.
– У каждого свои возможности для пополнения банковского счета.
Его губы насмешливо кривятся.
– А если однажды тебе оторвут голову за подобные выверты?
Кения смело встречает его взгляд.
– Я не прошу многое и не отбираю последнее.
– Пытаешься вскарабкаться наверх, наступая на чужие руки?
– Пытаетесь читать мне мораль?
– не сдается она.
– Сообщаю о моральном аспекте твоего занятия.
– Только вот не нужно учить меня правилам хорошего тона, - демонстративно задирает подбородок Кения.
– Думаете, только вы имеете право на приличное образование?
– Остальные поступают в университет, благодаря своим знаниям, а не жалким потугам на шантаж.
– У меня немного отличные добродетели, - Кения мило улыбается ему и Энтони смеется.
– У тебя их нет совсем.
– Не вам учить меня жизни, - Кения цепляется за свою сумку, чувствуя, что силы уходят от нервного потрясения и осознания провалившегося предприятия. Нищета стучится в двери. Хотя не совсем нищета и не совсем в двери.
– Мы едем в банк?
– Конечно.
В машине Грава принимается разглядывать ее, словно видит в первый раз.
– Заметили что - то новое с нашей последней встречи?
– вызывающе интересуется она, заправляя выбившуюся прядь из своей незамысловатой прически.
– Ты жутко красива, - Энтони наклоняется к ней, прихватывая прядь волос и медленно пропуская его между пальцами.
– Не пробовала поменять бизнес на более выгодный?
Его многозначительный взгляд и кривая усмешка на лепных губах основательно злят.
– Я не трахаюсь за деньги, - яростно отрезает Кения.
– А я бы не стал отвергать подобное предложение так категорично, - его ладонь словно случайно скользит вниз по ее плечу и накрывает грудь.
Кения намеренно не отстраняется, лишь брезгливо смотрит в его глаза. Грава улыбается и убирает руку.
В банке их уже ожидают, чему Кения ни особенно удивляется. Раз он успел собрать на нее досье, значит, узнал и, где она оплатила аренду сейфа.
– Я посмотрю негативы в машине, - заявляет он, осматривая банковскую ячейку.
– Ваше право...
– И ты будешь со мной, - властно припечатывает он ее к месту.
– Вот уж нет, - возражает Кения.
Но Грава делает вид, что не слышит ее возражений, молча вытаскивает за собой из здания банка и впихивает в салон автомобиля. После чего склоняется над пленкой, изучая ее с брезгливой миной на холеном лице.
– Надеюсь, ты не сделала копий?
Грава швыряет пленку в нишу перед своим креслом и поворачивается к Кении.
– Я поступаю порядочно...
– Шантажируя людей?
– насмешливо перебивает он ее.
– Для начала разберитесь в своей жизни...
– А потом мне будет позволено залезть в твою? Но я не желаю пачкаться об эту грязь.
Кения окатывает его ледяным презрением, но Грава смеется и неожиданно притягивает к себе, заставляя буквально распластаться на нем.
– Убери от меня руки, - она тщетно силится вырваться из стального захвата.
– Пленка у тебя, поэтому пошел от меня и моей грязи вон.
Его губы касаются ее губ, глаза изучают ее глаза.
– Ты забыла о выплате обязательной моральной компенсации, - его рука недвусмысленно скользит под ее платье и сжимает ногу. Рывок и вот она уже сидит поверх его бедер.
– Я настаиваю на возмещении.
Он вжимается в нее бедрами.
– Тебе понравится мой размер.
Кения снова пытается вырваться и снова безрезультатно.
– У меня венерическое заболевание, - импровизирует она на ходу.
– Последствия беспорядочной половой жизни.
– У меня копия твоей медицинской карты, моя юная девственница.
– Только не нужно быть таким доверчивым, - снисходительно заявляет Кения, глядя на Энтони как на несмышленыша.
– Существует множество альтернатив.
– Всего две, - с довольным видом выдыхает он в ее расширившиеся от испуга глаза.
– И обе мне необычайно нравятся.
Его руки скользят чуть пониже спины, Кения испуганно дергается и тут же приземляется у его ног, пребольно шлепнувшись на одну из своих альтернатив.
– Я заявлю в полицию.
– Я тоже, - неприятно усмехается он.
– Лучше быть привлеченной за мошенничество, чем быть тобою изнасилованной, - добавляет она, занимая свое место на сиденье автомобиля.
– Предлагаю вариант изнасилованной мошенницы.
– Очень смешно, - гордо отворачивается она к окну автомобиля.
– И куда мы направляемся?
– Ко мне домой.
– Я страдаю клептоманией, меня нельзя пускать в приличные дома.
– И в неприличные тоже, - снова смеется Энтони.
– Вот не понимаю я, что ты видишь забавного в сложившейся ситуации, - Кения порывисто оборачивается к нему.
– Я вымогала деньги у твоей сестры, шантажировала ее, грозилась опозорить на весь университетский городок, а ты вместо того, чтобы наказать по всей строгости закона постоянно улыбаешься, смеешься и находишься в явно приподнятом настроении. Возникает вопрос о твоей вменяемости.
– Я дееспособен, - произносит Грава, глядя на нее лучащимися смехом глазами.
– И в состояние отдавать трезвый отчет своим действиям.
– Позволь усомниться, - твердо возражает она ему.
– Ты не только не заявил о факте шантажа, но и не проявил ожидаемой агрессии к шантажисту.
– Не переживай, - он накрывает ее пальцы своими.
– Как только окажемся в спальне, ты почувствуешь всю мощь моей ненависти.
– Откуда в тебе эта странная потребность касаться меня?
– Кения с брезгливой миной выдергивает свою руку из его ладони.
– Неужели не хочешь придушить меня и это как минимум.
– Я хочу трахнуть тебя, - скалится он.
– И как максимум в течение долгого времени.