Чтение онлайн

– Возможно, спит, я не слежу за ним. Ты знаешь это, – её тон был скучным и ровным, словно она гордилась тем, что ей насрать на него.

Она сделала глоток.

– А следовало бы иногда интересоваться им.

– Ты упрекаешь меня?

– Это действует?

– Не стоит, Антонио, я сделала то, что была должна.

– Хм, и что же это? – я сел в кресло и раскинул руки по сторонам: – Дай-ка подумать, – я щёлкнул пальцами: – Вспомнил, наверное, ты совсем не обращала на него внимания и избегала его примерно… дай-ка подумать, лет так четырнадцать? А ещё ты бросила его гнить в психбольнице, убедив отца, что моему брату это необходимо.

Она усмехнулась и отпила ещё немного:

– Я сделала это ради него. Ты и твой старший брат знаете об этом лучше всех. Если бы не я и не ваш отец, вы бы не стали тем, кем являетесь сейчас.

– И кем же? Монстрами?

Она широко улыбнулась мне – моей же, блядь, улыбкой:

– Именно! Лучшие монстры, которых я только смогла породить.

– Но ты, Тони, – моя мать подошла ближе, проводя рукой по моему лицу: – Ты самый ужасный из всех.

Я смахнул её руку со своего лица и, закрыв глаза, рассмеялся. Затем встал и взял её лицо в руки:

– Я ненавижу тебя, донна Валентина Морелло. Тебя и твою грёбаную алчную душу.

Я поцеловал её в губы, и она оттолкнула меня, вытирая их тыльной стороной ладони.

– Прекрати!

– Твой любимый монстр пошёл спать. Смотри не умри от передозировки алкоголя и антидепрессантов.

– Спокойной ночи, Тони.

Я помахал ей рукой.

Я ненавидел её за то, что она бросила Рика, когда он так нуждался в ней. Он мог бы избежать всего того дерьма, позаботься она о нём вовремя, вместо этого она бросила его в котёл агонии и боли.

София

Итак, покоритесь Богу; противостаньте диаволу, и убежит от вас.

Иак. 4:7—10

Эта ночь далась мне нелегко, постоянные мысли об Антонио и Джемме не давали мне уснуть. Я перевернулась набок и тяжело выдохнула. Воздух со свистом выходил из лёгких каждый раз, когда я вспоминала его, прижимающим меня к стене. Укрывшись своим любимым пледом, я ещё раз покрутилась на кровати.

– Ох, – и ещё раз громко выдохнула.

Да черт возьми, почему я так нервничаю? Антонио Морелло тоже человек! Трахал официантку он, а стыдно и страшно мне. Образ Антонио, вдалбливающегося в задницу девушки, снова и снова всплывал у меня перед глазами. Моё сердце билось намного быстрее. Его клыки и совершенно дьявольский смех напрочь выбивали меня из состояния спокойного человека.

Я уснула только под утро и, проспав всего несколько часов, почувствовала, как маленькие ручки моего брата обнимают меня. Открыв глаза, я увидела его спящее личико на подушке рядом со мной. Я погладила его по щеке, видимо, он пришёл совсем недавно и незаметно уснул рядом. Я потянулась и поцеловала его в щёчку.

– Доброе утро, мой рыцарь Доменико.

Он открыл глазки и улыбнулся:

– Доброе утро, сестра.

– Ты пришёл меня разбудить и сам уснул, не так ли?

Он засмеялся, и я начала щекотать его животик.

– Хватит, София, хватит, – он так мило смеялся, что я была готова умереть, лишь бы ещё раз услышать этот сладкий смех.

Доменико начал прыгать по кровати и смеяться.

Послышались шаги за дверью, и вошёл отец.

– Доменико, вот ты где, твоя мама ищет тебя.

Отец зашёл ко мне в спальню, хотя уже несколько лет не был здесь.

– Папа, смотри, как я умею высоко прыгать! – Доменико ещё сильнее начал отталкиваться от матраса, и его прыжки были поистине впечатляющими. Я рассмеялась.

– Давай, братик, иди умывайся и хорошенько почисти зубки, твоя мама ждёт тебя.

– Хорошо, сестра, – он спрыгнул с кровати и промчался мимо отца, тот на ходу взъерошил его волосы.

Отец задержал взгляд на мне, затем посмотрел на мою руку, которую он вчера сильно сжал.

– Болит?

Я покачала головой.

Отец подошёл ближе и сел на мою кровать, мне стало неловко, я давно не находилась с ним наедине, тем более в своей комнате.

Отец оглядел мою девчачью спальню и задержал взгляд на фотографии мамы возле моей прикроватной тумбочки, уголки его губ немного дёрнулись вверх.

– Дочка, я…

– Не надо, папа, – я покачала головой.

– Но я должен, я слишком мало времени уделял тебе, оставив в одиночестве.

– Неужели?

Я приподняла одну бровь вверх и скрестила руки на груди.

Он улыбнулся.

– Так делала твоя мать, знаешь, абсолютно всегда, когда была чем-то недовольна.

Я помнила это, но мои движения были непроизвольны.

– Это стало привычкой и у меня.

– Прости за вчерашнее, – он кивнул на мою руку. – Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, я слишком долго прятал тебя от всех, мне не хотелось, чтобы раньше времени на тебя обратил внимание какой-нибудь волк…

– Неужели? А сейчас, я полагаю, время пришло?

Отец кивнул:

– Ты достигла того возраста, когда ты, как и все девушки нашей организации, должна выходить на такие мероприятия и затем выйти замуж.

– Но я совсем не хочу этого, отец. Я хочу остаться здесь, дома, ведь это и мой дом, правда?

– Он всегда будет твоим, дочка, но тебе необходимо построить и свою семью.

Я тяжело вздохнула и присела на кровать рядом с ним.

– От твоей матери тебе досталась совершенная красота и утончённость, София, не думаю, что долго смогу удерживать парней подальше от тебя.

Я усмехнулась:

– Вчера уже кто-то проявил интерес, верно?

Отец кивнул:

– Да, это было большое количество парней, но поверь, я выберу самого достойного.

– А мое слово имеет вес?

– Я постараюсь прислушаться к тебе, но не гарантирую, что соглашусь. Вчера ко мне подошёл Диего Росселини, сын одного из важных людей нашего общества и по совместительству моего давнего друга Паоло. Они с семьёй совсем недавно приехали из Германии, на время, конечно же. Паоло должен здесь уладить дела с Микеле. Вскоре Диего займёт его место, он был заинтересован в тебе.

– Отец…

– Если не захочешь, ничего, у нас есть время, но не так много, как, возможно, тебе хотелось бы. Я занимаю слишком важный пост и не могу перечить правилам, дочка. Мы должны соблюдать все законы и традиции, ради Доменико в том числе, он мой единственный преемник.