Чтение онлайн

Андервуд, крайне взволнованный, встал и прошелся по комнате. Он даже не замечал взглядов мисс Грейс, которыми она одаривала его, когда ей казалось, что никто этого не замечает. В любом случае она суетилась подле миссис Чемберс и отошла от нее лишь тогда, когда слуги внесли в комнату свечи. За окном действительно сильно стемнело...

– Итак, – спросила мисс Грейс, едва слуги вышли, – где дневник моего дедушки? – И посмотрела на Эдена с вызовом.

Тот стушевался – дорассказать об их с Андервудом безрадостном приключении они еще не успели – и, переглянувшись с товарищем по несчастью, признался:

– Его у нас больше нет.

– Как же так, куда же он делся?

– На самом деле, его у нас отняли, – включился в диалог Андервуд, и был награжден убийственным взглядом, так и кричавшим: «А с вами я вообще не разговариваю». Но он все же добавил: – Люди вашего дяди, смею предположить. – Казалось странным, что он не пал мертвым под тем же взглядом в тот же момент.

– О чем вы? Мой дядя отнял у вас дневник деда? Ваша дерзость не знает границ.

– И все-таки это так, – подтвердил Эден слова Андервуда. И рассказал, что последовало за их разговором на Глунуэй-стрит вплоть до их возвращения в Раглан со связанными руками.

Девушка слушала их внимательно, но с упрямым блеском в глазах, казалась дикой необузданной лошадью, рвущейся с поводка и готовой унестись прочь в любую минуту.

Она фыркнула, стоило ему замолчать:

– Мой дядя на такое никак не способен. Это явно был кто-то другой!

– И кто же? – спросил ее Андервуд. – Кто еще был сведущ о находке вашего друга? – Он кивком головы указал на молчавшего Эдена. – К тому же, мастер Аддингтон слышал, как ваш дядя Магнус давал указание некому мистеру Блохху следить за вами и доносить ему все.

Грейс казалась взволнованной не на шутку, но все-таки не убежденной. Или упрямо не желавшей становиться такой...

– И все-таки я не верю, – прошептала она.

А Джексон заметил:

– В любом случае, кто бы ни был виновен в похищении дневника и случившемся с вами, – он глядел на Эдена с Андервудом, – сам факт подобных усилий наводит на определенные мысли: в дневнике находится нечто важное. И кто-то готов сделать все, чтобы не предать это огласке!

– Я слышал собственными ушами, как братья Стаффорды, обсуждая вопрос с дневником, говорили, что он может их погубить, и не лучше ли было бы просто-напросто избавиться от него, – вынужден был вставить Эден, и мисс Грейс обошлась с ним не лучше, чем с Андервудом: полоснула убийственным взглядом.

Джексон в конце концов подытожил:

– Значит, сомнений нет: именно Стаффорды напали на вас и отобрали дневник. Весь вопрос в том, что вы станете делать дальше... – посмотрел он на Андервуда, а после с толикой извинения – на Грейс.

Та, насупленная, несчастная, сидела подле своей директрисы и нет-нет да взмахивала над ней распахнутым веером. Сама миссис Чемберс, как будто впавшая в транс, наблюдала за происходящим в гостиной невидящим взглядом... Должно быть, еще никогда в жизни на нее разом не выливали столько шокирующей информации, и это выбило женщину из колеи.

Андервуд произнес:

– Аддингтон предлагал пройтись по списку отца и поговорить с означенными в нем лицами. С некоторыми из них я уже беседовал сам, но другие... такие, как ваш отец, например, уже не способны ответить на наши вопросы.

Джексон кивнул – прошло так много лет, и найти подсказки будет непросто, особенно без дневника.

Но Эден добавил:

– Мистер Джексон, мы потому и приехали, что подумали, вы можете помнить что-то полезное. Возможно, отец ваш когда-либо упоминал о случившемся в Кедартоп-хаус...

Мужчина задумался, но Андервуд с Эденом видели, что сказать ему нечего.

– Боюсь, нет, отец был не из тех, кто делится мыслями с окружающими. Он даже с Мартой, своей гончей, общался охотнее, чем с супругой... Да и нас не сказать, чтобы жаловал. Увы, мне нечего вам сказать!

Затянувшееся после сказанного молчания, прервал Эден, сказав:

– Я очень надеюсь, что Артур привезет Кэтрин, как и обещал, но сейчас мне нужно возвращаться в Раглан, чтобы успокоить родителей. Они все еще пребывают в неведении и сильно волнуются! – Он посмотрел на Эвелин Джексон: – Могу я рассчитывать, что вы сообщите нам сразу, как только получите хоть какую-то весточку о сестре?

Эвелин улыбнулась.

– Конечно, ты мог и не спрашивать о таком. Я отправлю слугу сразу же, как станет что-то известно.

– Спасибо! – Эден кивнул хозяевам дома и несмело покосился в сторону юной Грейс Стаффорд. Она вежливо, но достаточно холодно с ним простилась... Как и с Андервудом.

Стоило им удалиться, как подала голос будто очнувшаяся миссис Чемберс:

– И нам пора честь знать. Мы засиделись непозволительно долго! Миссис Джексон, – обратилась к хозяйке, – могу я рассчитывать, что и нам вы отправите весточку, стоит только мисс Аддингтон переступить порог вашего дома?

Та кивнула и собиралась было ответить, но юная Грейс, поднявшись, решительно заявила:

– Я никуда не уеду, пока не увижу подругу своими глазами. – И тоже обращаясь к хозяйке: – Миссис Джексон, не будете ли вы так добры, приютить меня на какое-то время?

Миссис Чемберс едва не задохнулась от возмущения.

– Вы полагаете, я оставлю вас совершенно одну в доме незнакомых людей?! – И извиняющееся поглядела на обоих хозяев. – Я, право слово, не имею ничего против вас, но это совершенно немыслимо. – И заключила столь же категорично, как и ее подопечная: – Я никуда не поеду без вас, мисс Стаффорд. Вы – моя подопечная, и я за вас отвечаю!

Эвелин, наблюдавшая эту сцену, поглядела на мужа, и тот молча кивнул, отвечая на ее безмолвный вопрос.

– Почему бы вам, в самом деле, не остаться в Уиллоу-холл, – сказала она. – По крайней мере, на эту ночь, пока не выяснится что-то про Кэтрин. Мы будем рады принять вас обеих! – И она, позвонив в колокольчик, обратилась к дворецкому: – Мозли, не могли бы вы позаботиться о двух комнатах для наших гостей? Они останутся ночевать и будут ужинать с нами.

Полыхнув яркой улыбкой, Грейс Стаффорд от души поблагодарила приютившую их хозяйку. Только строгая миссис Чемберс хмурила брови и всем видом пыталась сказать, что ничуть такому не рада и совсем не довольна.

Посреди ночи или, вернее, в первых предрассветных лучах в двери поместья кто-то решительно загрохотал. Дворецкий Мозли, крайне этим обстоятельством удивленный и одновременно оскорбленный (что за бестактность так грохотать в двери приличного дома!), отпер ее с постным видом, но мгновенно изменился в лице, увидев странную пару: молодого Артура Флинна (мальчишку он знал долгие годы) с... мальчиком на руках.

– Мозли, прошу вас, мисс Кэтрин нуждается в докторе. Пошлите кого-нибудь в город да поскорее! – кинул тот на ходу, входя в дом и направляясь в гостиную, дверь которой (Мозли поперхнулся словами) отпер с ноги, словно какой-то дикарь.