Продам киску. Дорого
Шрифт:
– Все будет хорошо, я узнавала, - подмигнула зверю.
У елки кот зашипел и вздыбился. Из-под корневища в разные стороны разбежались какие-то зверьки с яркими оранжевыми хвостами, и прошуршало несколько ползучих гадов.
– Мяф, - сообщил мой питомец, и стало понятно – больше в укрытии никого не осталось.
– Как скажешь, - отозвалась я и нырнула в спасительную темноту, увлекая за собой куртку со зверем и корзинку.
Она-то как раз мне только мешала, но улики оставлять не хотелось.
Кстати об уликах, на песчаном пространстве у поваленного дерева пришлось замести наши следы пушистой ветвью. И только после этого я устало опустилась на землю, привалившись спиной к древесине, а кот тут же положил свою тяжелую голову мне на колени и заурчал.
Шерсть между его круглыми ушками была мягонькая, нежная, но почему-то чуть покалывала кончики моих пальцев, словно слабыми разрядами электрического тока, но звуки, которые издавал кот, успокаивали, придавали сил и вселяли уверенность.
Здесь, под деревом, я слышала хуже. Мешали посторонние шумы, передвижение лесных обитателей, жужжание насекомых. Только сейчас смогла немного расслабиться и начать анализировать ситуацию.
Что мы имеем?
Кота неизвестной породы – одна штука.
Дракона вполне знакомого по картинкам в книгах, но давно вымершего – одна штука (искренне надеюсь).
Примитивное население, едва научившееся обрабатывать металлы – пять мужских особей (и надежды на то, что это все, нет).
Не густо, но все эти факты говорили… Нет, они просто кричали о том, что нахожусь я совсем не в привычном и знакомом лесу вблизи бабушкиной деревеньки, а в совершенно незнакомом месте. И виной тому странная внезапная гроза на древнем мостике.
На самом деле, если припомнить все детали, то я будто через какой-то переход прошла, который разделял что-то.
Только что?
Время? Пространство? Миры? Или все вместе и сразу. Несмотря на всю абсурдность моих умозаключений, очень уж смахивало на правду, потому что во второй реальный вариант, а именно в то, что я повредилась рассудком, верить совсем не хотелось.
Кот, словно учуяв мои сомнения, несильно, но ощутимо, впился когтем в ногу. Ничего не изменилось. Все то же дерево, травы, свисающие до земли и неизвестный науке зверь. И как тут не поверить в реальность происходящего?
Незнакомцы, видимо, вышли к яме. Раздались голоса. Вернее, голос. Он был строгий, но какой-то приятный, что ли. Несмотря на повелительные интонации, мягкий, с хрипотцой баритон, при звуках которого у меня на спине выступали мурашки. Я точно знала, что охотник он, а другие четверо мужчин именно ему подчиняются.
Вот только слов я понять не могла.
– Отртуру, Ван! Арато пер вегро нуро!
Или все же могла?...
Чем дольше слышалась речь, тем больше до меня доходил смысл сначала отдельных слов, а потом и целых фраз.
– Уна кора, айро… - послышался печальный бас.
И я точно знала, что сказал один из здоровяков с оружием, тот, что не спускался в яму, а стоял рядом с охотником. «Она мертва, магистр…» - были его слова.
– Миу… - жалобно всхлипнул кот и вжал морду в мои колени, словно тоже понял, что люди отыскали тело большой кошки, его матери.
– Все мы теряем близких, маленький. Никто не живет вечно, - прошептала я, вспоминая, как дед Антип то же самое сказал мне когда-то после смерти бабушки.
Зверь затих, а мужчины у ямы продолжали свой разговор.
– Эран, крепи веревку, будем поднимать! Ван, Ритер, помогите ему! – командовал охотник.
– Красивая-а-а-а… - протянул уже знакомый бас.
– Смотрите, хозяин! Здесь все усыпано семенами эйны! – послышался новый для меня, совсем мальчишеский голос. Звучал он приглушенно, скорее всего, юноша спрыгнул в яму.
– Значит, приманивали именно лункса. Причем выслеживали и загоняли в ловушку, которую подготовили наспех, - констатировал магистр.
– Вы правы, милорд. На самку охотились, - ответил охотнику один из «рокеров». – Странно, что она попалась. Таким примитивным способом лункса не поймать, даже запах эйны не обманул бы опытного зверя.
– Твоя правда, Ван. А ты на соски посмотри, детеныши у нее были, вот и отводила от них беду, - сказал кто-то хриплый и довольно пожилой.
– Хочешь сказать, что котят забрали темные? – спросил у него Ван.
На несколько секунд наступила тишина, даже лесные обитатели затихли.
– Котенок был один, - наконец, произнес охотник. – Темные не возвращались к своей ловушке. Иначе, забрали бы тело, потому что даже мертвый лункс очень редкий и ценный трофей.
– Так куда ж он подевался-то, ваше лордство? – озадачился Ван. – Неужто сам выбрался?..
Снова пауза, шаги, а потом…
– Не думаю. Котенка кто-то унес.
– Кто-то, магистр?
– Не темные и… - тут охотник задумался и чуть погодя продолжил: - И, возможно, не маг. Странно…
Я услышала его осторожные, почти кошачьи шаги и треск небольших веточек.
– Не маг… - зачем-то повторил он, а ведь я и без него знала, что магии во мне, как разума в сковородке. Хотя… Этот магистр обращался совсем не ко мне, да и в общем-то ни к кому, просто размышлял.
– Тише, маленький. Я тебя в обиду не дам. Обойдутся! – и погладила серебристого кота между круглых ушей.
Нет, не его утешала, а себя, потому что…
Все просто! Потому что драконов у нас не водится, магистров, знаете ли, тоже. Зачем, спрашивается, магистры, если и магии никакой нет? Наверное, размышление на тему секты помогли бы в иных обстоятельствах, но в нашем лесу лет триста, если верить истории, нет деревьев толщиной в метр, а то и в полтора. Вырубили… Пожгли… В общем, нет. А за мостом искусственные посадки из сосен и елей начались бы, им лет пятьдесят, не больше.
А тут елку выкорчевало так, что под ее корнями укрылись мы с котом, и еще место осталось. Гроза тоже показалась мне странной, и мерцающая завеса, сквозь которую я прошла, очень уж напоминала проход или портал.
Да, дела… Выходит, в этом мире у меня только корзинка и осталась. Корзинка и кот, или, как его назвал охотник - лункс.
И если раньше звереныш был для меня существом, которому требовалась моя помощь, то сейчас он стал единственной родной душой в этом незнакомом мире, о котором я совершенно ничего не знала.