Чтение онлайн

Во внутреннем дворе рядами выстроились телеги с провиантом. Не древние рассохшиеся деревяшки с превратившимися в труху бочками и ящиками, а свежайшие овощи, кукарекающие в корзинах петухи, целая гора хлеба в холщевых мешках, поросята. Всего того количества хватило бы, чтобы прокормить сотню воинов в течении как минимум нескольких дней.

В замок я вернулся, готовый ко всему и не был удивлен, когда меня встретили не воины Лесса, а кэрраки, прикрытые их личинами. Однажды столкнувшись с кэрраками, обмануть меня вновь не получилось. Расправиться удалось не со всеми. Тяжело сражаться, когда противник не знает ни боли, ни страха…

В какой-то миг я даже начал опасаться, что не выдержу. Эта живая и ничего не ведающая ярость напугала меня. Как удалось ускользнуть — не спрашивайте. Это тоже не было лучшим выходом для меня. Узкими коридорами замковых подземелий я проскользнул в какие-то пещеры, уходящие на десятки метров вглубь горы, и только потом узнал, куда попал. Вира, думаю, ты уже догадалась?

Я лишь согласно кивнула и вся словно подобралась, готовая к любым подробностям в рассказе легарда.

— Дальше пришлось действовать осторожнее. Кэрраки знали те места лучше, но они все же мертвы… Мне попался узкий проход, идущий вдоль основных коридоров. По нему я и брел, стараясь создавать как можно меньше шума, — продолжил свое повествование Клант. — Правильнее было уйти и вернуться уже с армией, способной противостоять даже воинству из кэрраков, но я быстро отбросил эту мысль — мне нужно было узнать как можно больше. Интуиция вела меня все глубже и глубже, пока не стали слышны какие-то смутные звуки. Эх! Я не буду рассказывать вам все для вашего же блага.

— Джеймен создал армию кэрраков? — еле слышно озвучила я, хотя не сомневалась, что растолковала свои сновидения правильно.

— Да… — опешил киашьяр. — Как ты узнала?

— Я это видела, — пришлось признаться мне. — Много месяцев назад. Не знаю, так ли точно поняла… Я видела много легардов, обессиленных и неподвижно распластанных на полу… Их по одному взваливали на белый плоский валун в центре… Описать то, что происходило потом, не могу. Это страшно. Ужасающе. Женщины. Дети. Да, они все были теми, кого вы называете Изгнанными. Но они тогда были живы и хоть что-то чувствовали. Мне жалко их. Очень жалко. Может это и не правильно. Но я видела их страх, боль и отчаяние. Они не хотели такой участи…

— О чем вы? — всхлипнула Кириа. — О чем ты, Вира? Ты не говорила… что видела что-то подобное…

— Тебе лучше никогда не узнать и не увидеть этого, Кир, — вздохнул Клант. — Хорошо… Хорошо, что ты знаешь, Вирена. Да, ты права. И… мне тоже было их жаль… Трудно объяснить… Так сложилось. Мы не в ответе за наше прошлое, за действия предков, если только мы не принимаем их сторону. То, что произошло в подземных пещерах, оказалось не тем, чего я ждал. Там не было армии Изгнанных, готовых сражаться. Не было злобных тварей, многие столетия таивших свои коварные планы. Я видел только легардов, которые хотели жить как все, не знать угнетения и гонений. А потом… Они испугались и попытались спрятаться, получить совет у сильного. Эти растерянные легарды посчитали, что в лице Джеймена найдут опору… А он… Я не знаю, что произошло, когда он понял, что никто не будет воевать…

— Он был в бешенстве, — уверенно кивнула Кириа и погладила по голове притихшую Эмму. Девочка во все глаза уставилась на нас, явно не до конца понимая, о чем мы говорим.

— И тогда… — начала я, но замолкла, боясь озвучивать свою догадку.

— Тогда Джеймен начал создавать свою безвольную, но куда более многочисленную армию. Вместо каждого из перепуганных и боязливых легардов у него появлялось двое или трое марионеточно преданных созданий. Тот камень, что ты видела белым, Вирена, перекрасился в алый от числа убитых и замученных, — как выплюнул, произнес киашьяр. — Я никогда не думал, что Джеймен настолько жесток. Он собственноручно… Он собственноручно убил очень многих. Его приверженцы делали тоже самое. Я слышал крики тех, кто был готов идти в армии Джеймена, но не превращаться в кэррака. Легарды в страхе соглашались погибнуть в бою, а не на жертвенном камне. Но кто их слушал? Кто слушал мужей, просивших не трогать их жен и детей? Кто слышал крики женщин, закрывающих своим телом малышей? И кому было дело до того, какой ужас испытывают крошечные создания, успевшие научиться выговаривать лишь несколько слов?

— Но почему… почему они не смогли справиться с этими… я не знаю, как назвать тех подонков, что сотворили все это с нами, с легардами? — расплакалась Кириа.

— Страх, — сухо и жестко ответил Клант. — Страх способен повелевать тысячами. Страх держит толпу. Джеймен — фанатик. Безумец. И его окружает не больше двух десятков таких же фанатиков. Но их боятся.

— Значит, теперь у Джеймена есть армия? — Мне самой хотелось расплакаться, но я пыталась держаться и не думать слишком много.

— Толпа марионеток и только, — фыркнул киашьяр, передернув плечами. — Их нападения пугали лишь первые несколько недель, а потом во всех городах разобрались, с кем имеют дело. Куда хуже монстры, что таились в подземельях, и перерожденные. Вот эти по-настоящему опасны. Именно они и натворили дел и творят до этого момента.

— Костры горят… — прошептала Алия, замерев в проеме двери. Мы так увлеклись разговором, что не замечали служанку.

— Костры отгорели, — покачал головой Клант. — Мы все думали, что разгромили Джеймена и его поимка — дело только времени. А он затаился и будто чего-то ждал.

Легард встал, суетливо осмотрелся и направился к выходу.

— Ты куда? — воскликнула Кириа.

— Мне нужно отыскать брата, — просто ответил легард. — Если он еще жив…

— Я с тобой! — решительно произнесла я и тоже встала.

— Вира! — одновременно опешили и Клант, и Кириа. — Нет!

— Это не обсуждается, — хмуро прервала я их.

— Я тебе запрещаю, — прорычал киашьяр. — Ты невеста моего брата…

— Вот пусть он мне сам лично что-то запретит, — с силой выплюнула я, не понимая, почему злюсь. — Через месяц мой день рождения. Если что-то случилось или случится, то я могу стать вдовой, не побывав замужем.

— Дорогая… — взмолилась Кириа.

— Клант, две минуты, я переоденусь!

Не зная, послушается ли меня киашьяр, я побежала в комнату, спеша сменить неудобное платье на брюки и рубашку.

— Вира, ты делаешь глупость, — пробормотала Кириа, перепугано глядя на мои сборы. — Клант справится… Ты не можешь рисковать собой… Это важно для всего королевства!

— Кир… Видишь ли… Дело не в королевстве. И не в княжествах. Не в этом дело. Я наделала столько ошибок… Так много не сказала и не сделала. Не прощу себе, если останусь и буду здесь чего-то ждать. Если интуиция меня не обманывает, то Рэнд еще жив… Пока жив… И я боюсь.

— А я боюсь за тебя! — выкрикнула Кириа. — Это же может быть опасно!

Я отбросила в сторону длинную темно-синюю тунику и обняла девушку за плечи, как можно спокойнее и увереннее прошептав ей на ухо:

— Не бойся. Я не боюсь. Сейчас. Меня не пугает опасность… Много месяцев назад я смирилась со смертью и не ждала спасения. Теперь меня страшит другое. Я видела Оракул Зеркал, Кир… Это была я.

— Ох… — только и смогла выговорить легарда и задрожала всем телом.

— И ритуала на крови уже возможно не нужно… Я случайно порезалась, и в Оракул попала моя кровь. Но не об этом хочу сказать. Оракул Зеркал! Как точно! Многие видят в нем не столько детали своего будущего, сколько себя самих, свои чувства со стороны. Я видела себя и знаю, что скрываю вот здесь, — я похлопала себя по груди. — И мне сейчас страшнее всего, что я не смогу… разделить это с ним. Случайно ли, но теперь моя жизнь и жизнь Рэнда связаны. Он чужой и не понятный. И я его боюсь до сих пор, но без него…

— Так значит?.. — пробормотала Кириа. — Ты…

— Да, — просто ответила я. — Наверное, никогда не смогу произнести это вслух, но ты поняла меня правильно. И я знаю, что он тоже… Я совершила такую огромную глупость, прежде чем поняла и приняла это знание. Так много изменилось с того странного и столь далекого дня, когда я впервые увидела твоего кузена. Иногда мне начинает казаться, что это не голова кружиться от вороха эмоций и чувств, а макушка болит от удара о его подбородок.

Годы прошли. Я свыклась с отпущенной мне ролью, а потом… — я вздохнула и мимолетно улыбнулась. — Потом как-то все произошло само собой. Я жила с мыслью, что чужое решение связывает меня навсегда с нелюбимым и жестоким, но обстоятельства дали мне эту возможность узнать Рэнда ближе до брачного обряда… Если бы мне предложили обменять всю боль и страх, что я пережила за этот год, на спокойное ожидание под сводами родного замка, не задумываясь согласилась еще раз пройти через все. Даже капкан, даже обожженные ноги и руки, даже эти сны, что выворачивают на изнанку… Понимаешь, Кир?