Чтение онлайн

Новенькая с самого начала урока проявляла беспокойство, а разрезала грозовое небо молния за окном, и девочка схватилась руками за голову. Упала на колени, забилась, будто отгоняя кого-то невидимого. Подбежал физрук, подхватил её на руки, затряс, пытаясь привести в чувство. Не помогло, пришлось отправлять кого-то из мальчишек за медсестрой.

С того дня одноклассники начали сторониться Лизы, а ещё к ней накрепко приклеилось обидное прозвище: припадочная.

Заводилой в классе была Рита Самарина, она-то и решала, кого принять в костяк класса, кого изгоем сделать. Лизина застенчивость и тот приступ на уроке физкультуры сделали своё дело – Лизу записали в когорту ботаников и тут же объявили негласный бойкот. Будь объявлен бойкот по всем правилам, девочка ничего не имела бы против, не лезут – и хорошо, ей того и надо, но насмешки, каверзы, издёвки – стали неотъемлемой частью бойкота. Лиза не поддавалась.

К зиме страсти поутихли, девочку, странную и непохожую на других, оставили в покое. Просто скучно стало. Выдержку она имела железобетонную, на насмешки не реагировала, издёвки не замечала, и на роль жертвы ну как-то уж совсем не годилась.

Всё изменилось летом. Рита Самарина что-то не поделила с девчонками года на два старше себя, они не остались в долгу, решили отлупить её на пустыре. И получилось бы, начали они довольно резво, но на беду, ворвался в их междусобойчик маленький, рыжий торнадо в рваных джинсах, мальчишеской футболке и в мальчишеской же рубашке, завязанной в узел на поясе. Вдвоём они справились, и только теперь Ритка разглядела неожиданную заступницу. Ею оказалась Лизка Кузнецова, та самая, чудная одноклассница.

– Ну ты даёшь, Лизка! – восхитилась Рита. – Где так драться наловчилась?

– С братом на вольную борьбу хожу, – неохотно ответила Лиза, шагая к домам и не оборачиваясь. О том, что с вольной борьбой завязать придётся, слишком уж ездить далеко и утомительно, Лиза умолчала.

– Погоди, Кузнецова! – не отставала Рита. – Не беги же так! Давай поговорим.

– Ну чего тебе? – Лиза остановилась, обернулась. – Говори быстрее, я тороплюсь.

– Ты это… Лиз. Спасибо тебе.

Лиза, развеселившись, фыркнула. Снова двинулась к домам.

– Лиз! – Рита догнала, схватила за рукав, останавливая. – Лизка, прости меня!

– За что?

– Что я так… ну в школе…

– Ладно, проехали, – дёрнув плечом в попытке освободиться, буркнула Лиза.

– Ты меня прощаешь? Прощаешь, да?

Похоже, таким людям как Ритка проще ответить положительно, чем объяснять, почему отказываешь, и Лиза неохотно кивнула.

– Ура! – взвизгнула Рита. – А ты далеко отсюда живёшь? А погулять тебя отпустят? Скучно одной, все разъехались, так может, вместе гулять будем?

– А потом? – холодно спросила Лиза.

– Что потом?

– Потом, в сентябре что будет?

– В школу пойдём.

– И снова меня гнобить начнёшь?

– Нет. – Рита вмиг стала серьёзной. – Не буду, Лиза. Обещаю! Я только сейчас поняла, – Рита кивнула в сторону пустыря, – как это обидно… и ни разу не весело.

И Лиза поверила, о чём в дальнейшем не пожалела.

Сейчас Рита работала следователем в полиции, при её деятельном характере работа оказалась самое то, Рита обожала её и часами могла рассказывать, как распутывали очередной висяк. Гордилась достижениями, искренне переживала и сопереживала, а ещё её прозвали «детектор лжи», ещё с детства Рита обладала способностью чувствовать ложь. Как? Она и сама объяснить не могла, знала и всё тут. Врать ей не имело смысла, всё равно ни слову не поверит.

– Ну и что же у вас приключилось? – по-хозяйски развалившись на диване, спросила Рита.

Лиза принялась рассказывать. Рита хмурилась, пару раз порывалась вмешаться в повествование, одёргивала себя, слушала молча, но складывалось впечатление, что делает зарубки в памяти, составляя список уточнений. Подруги забыли о бутербродах, кофе давно остыл, настолько интересно было одной рассказывать, второй – слушать.

Вот окончен рассказ, Рита протянула руку, взяла с подноса бутерброд, но, повертев его, положила обратно.

– Я вот что думаю, Лиз, – потупившись, проговорила она, – Надо тебе к колдунье сходить что ли…

Лиза нервно хихикнула, один раз, второй, и вот уже летит по дому её задорный смех. Давненько эти стены смеха не слыхали, всё больше тишину слушали, да неспешные, невесёлые разговоры брата и сестры. Казалось, даже крошечные чашечки на столе вздрогнули от неожиданности, Ритка уж точно.

– Ты чего, подруга? – с опаской спросила она. А ну как начнётся у Лизки истерика, что делать-то с ней? – Всё нормально?

Конец ознакомительного фрагмента.