Чтение онлайн

Церемония, посвящённая основанию школы, где училась Дарья, шла уже третий час и несмотря на всю торжественность обстановки, а может, и из-за неё нагоняла на меня жуткую скуку.

Поначалу, когда выступала детвора начальных классов, было ещё хоть как-то весело. Но вот, когда им на смену пришли всякие дядьки и тётки, толкающие одну нудную речь за другой, я взвыл. Пока ещё про себя. Но, если после директора на сцену выползет ещё кто-то, без проклятия он с подмостков уже не спустится.

— … и я уверен, что обучение в нашей школе даст вам прекрасный старт в будущей взрослой жизни…

Стоящий за трибуной высокий мужчина с седыми волосами водил руками, будто был дирижёром, а собравшиеся — его оркестром. Правда, меня от его плавных движений лишь укачивало.

— А парни сейчас развлекаются… — страдальчески произнёс я и лишь потом сообразил, что Мышь толкает меня в бок.

Судя по всему, директор закончил вещать, и весь «оркестр», состоящий из приглашённых родителей и родственников школяров, принялся судорожно аплодировать мужчине. И только я один сидел с каменным лицом и остекленевшими глазами и не шевелился. Пришлось срочно изображать восхищение пропущенной мимо ушей речью. Надеюсь, директор там не предлагал нерадивых школьников со скалы сбрасывать или кровавые ритуалы на продлёнке проводить.

После вступительной, а это была именно вступительная часть церемонии, всех приглашённых гостей разделили на группы и начали разводить по разным частям школы.

Почти для всех школьников, за исключением девятых классов, были заготовлены мероприятия, которые собирались проводить в небольшом парке на территории школы. Вроде как и закончиться они должны были ещё засветло.

Однако не для Мыши и её сверстников. Именно в этом году руководство школы решило совместить выпускной и празднование дня основания учебного заведения. Так-то памятный камень в основании здания на самом деле был заложен двенадцатого июня, а не тринадцатого. Но коль день выпуска оказался совсем рядом со значимой датой, так почему бы не совместить?

Хотя с этим самым выпуском тоже не всё так просто. Со слов Дарьи, из всего потока школу покидало от силы человек пять и отнюдь не по своему желанию. Кто-то переезжал, а кто-то попросту переоценил свои силы и оказался не способен оплатить обучение в старших классах. Так что для кого-то этот праздник определённо грустный.

— Уважаемые родители, прошу за мной, — произнесла миловидная женщина в строгом костюме и очках, остановившаяся у нашего сектора. — Пока выпускники приводят себя в порядок, вы можете пройти в актовый зал. Остальная часть мероприятия будет проходить именно там.

— Иди, — опять толкнула меня в бок Мышь. — Я пока переоденусь. Только веди себя спокойно, пожалуйста.

— Не переживай. Если и дальше будет столь же «весело», то я просто свернусь калачиком на какой-нибудь лавке и усну. И точно никому не помешаю… — успокоил я девушку.

— Да нормально дальше будет. Музыка, танцы и еда… — Мышь махнула рукой, заметив, как в её сторону направляется «визгливая» троица подруг. — Всё, я пошла. Скоро буду.

Девушка юркнула между рядами на кусочек свободного пространства, с которого её тут же, подхватив под руки, утащили Елизавета с Алисой. Все школьники на торжественную церемонию явились в школьной униформе и теперь спешили переодеться, дабы на выпускном балу продемонстрировать себя во всей красе.

Впрочем, как по мне, балом это можно было назвать лишь с большой натяжкой. Так, та же самая вечеринка, только помимо молодёжи, здесь ещё и их родственники присутствовали. Само собой, в основном матери.

— Максим Витальевич?

Я уже почти выбрался из рядов кресел, как у меня на пути возник высокий мужчина в полувоенном мундире с вышитым на плече гербом в виде змеи на фоне солнца.

— Он самый, — кивнул я, не видя причин отрицать очевидное.

Тем более что человек с рыжей шевелюрой и вполне узнаваемыми чертами лица наверняка и так знал, кто перед ним. Мышь как будто знала, когда просила не лезть в неприятности…

— Добрый день, а меня зовут Чернов Илья Александрович, — мужчина протянул руку, и я сразу же ощутил излишне крепкое рукопожатие. — Мы с вами лично не знакомы, однако я о вас весьма наслышан.

— Смею предположить, что вы слышали далеко не самые лестные высказывания в мою сторону, — я позволил себе улыбнуться.

— Скажем так, мои парни были весьма красноречивы, описывая ваше коварство. И Михаил, и Иннокентий, — растянул губы в ответной улыбке Чернов.

— Что-то мне подсказывает, что слово «коварство» в их речи совершенно отсутствовало. Там наверняка были куда менее благозвучные эпитеты.

— Ну что поделать, молодые, кровь горячая. Да и аспект огня вносит свою лепту, сами понимаете, — Чернов подвинулся в сторону, пропуская меня к выходу. — Если не против, я с вами до зала прогуляюсь?

— Да пожалуйся, — пожал я плечами, направляясь к учительнице, судя по всему, дожидающейся нас одних.

Следующие несколько минут, пока мы вышагивали по коридорам школы, прошли в молчании. Не знаю, то ли Чернов так пытался мне на нервы давить, то ли его действительно заинтересовала пятая точка нашей провожатой. Нет, там действительно было на что посмотреть, но поведение для взрослого человека всё-таки странное.

И лишь когда мы очутились в очередном зале, у стен которого располагались столы, заставленные разнообразной закуской, а в противоположном конце находилась сцена с уже играющими музыкантами, Чернов вновь заговорил.

— Вы наверняка гадаете, о чём я с вами хочу поговорить, Максим Витальевич.

— Не гадаю, Илья Александрович, — очутившись в зале, я, не останавливаясь, прямым ходом направился к ближайшему столу с едой. Отчего Чернову, явно собравшемуся наладить более тесный контакт с учительницей, пришлось отложить свои планы и пойти за мной.

— Судя по тому, что вы сослались на горячую кровь и молодость, вы их неправоту, пусть и частично, всё же признаёте. Может, и больше бы сказали, однако тут уже честь рода не позволяет, — остановившись перед столом, я взял небольшую тарелку и принялся накладывать в неё закуски, не дожидаясь официанта. — При этом, учитывая то, что вы перегородили мне путь, слегка переборщили с силой при рукопожатии и морально пытались давить во время нашей недолгой прогулки, в вас всё же теплилась надежда, что я что-то выкину, а значит, ваши отпрыски не отморозки.

— Советую взять канапе с медвежьей креветкой. Вкус специфический, но, уверен, вам понравится, — Чернов встал рядом и, отогнав официанта, тоже принялся набирать закуски. — Вы именно поэтому не стали накладывать на меня проклятия, как на моих сыновей?

— Нет, — ответил я, выискивая взглядом те самые креветки. — Вы знали, к кому шли, а значит, и озаботились собственной безопасностью. Уверен, защитной атрибутики на вас побольше, чем жемчуга вон на той почтенной даме.

Чернов повернул голову и взглянул на женщину, у которой платье, судя по всему, состояло целиком из крупных матово-белых горошин. После чего хмыкнул и покачал головой.