Прощальный танец
Шрифт:
«Ты — не дракон! — прорезал утопающее от боли сознание незнакомый голос. — Оставь его!»
«Но как?» — Дамиан перестал что-либо понимать и чувствовать, кроме нестерпимого холода.
«Поставь барьер и вспомни, кто ты!» — потребовал незнакомец.
«Но у меня оковы… Магии нет…» — попытался возразить Дамиан, но все его оправдания жестко смели:
«Для этого не нужна магия, мальчик! Просто выкинь из своей головы дракона, или вы оба умрете!»
«Нужно отгородиться…» — новая мысль всё-таки въелась в сознание. Дамиан, смутно припоминая уроки отца, начал концентрироваться на себе. Он — сын Джулиана и Даниэлы, король Каэра, и у него нет крыльев, острых когтей и возможности выдыхать пламя. Он — человек! Сердце буквально разрывалось на части, но Дамиан повторял под нос эти очевидные вещи снова и снова, старательно выстраивая стены и замыкаясь в себе. А потом его будто оттолкнули куда-то, и он оказался в полной пустоте. Словно чужим показался собственный кашель и подогнувшиеся предательски ноги. Он не смог устоять, даже завалившись на стену, просто сполз по ней, как безвольная туша. Перед глазами было мутно. Он с трудом различал очертания чего-либо. Что-то крупное ввалилось в коридор и глухо бухнулось на пол.
«Это же не… Тими?» — промелькнула невольная мысль, и Дамиан по привычке потянулся к дракону, но перед ним тут же возникла Рена.
— Поднимайтесь, Ваше Величество, корабль нас долго ждать не будет! — произнесла она и протянула руку.
Дамиан безотчетно ухватился за хрупкую ладонь и с трудом поднялся. Ноги тряслись и едва держали. Он чувствовал невероятную слабость, очень похожую на ту, что была с ним в доме Редианов, когда Маркус помогал ему.
«Тёмная магия выматывает, — с ухмылкой произнёс незнакомый голос. — Особенно, когда тебя используют с её помощью».
Дамиан нервно заозирался по сторонам, ища говорящего, но в коридоре, распластавшись на полу, лежал только Тими. Его глаза были плотно закрыты, а кожа будто покрылась инеем.
«С ним же всё в порядке?» — вновь забеспокоился Дамиан, пытаясь достучаться до сознания дракончика.
«Будет, если ты его оставишь», — голос незнакомца стал суровее и жестче.
«Я? Но что я сделал?» — удивился Дамиан, но его недоумение быстро сменилось благоговейным страхом. Из раскуроченного окна на него взирали жуткие глаза, но куда страшнее была ледяная морда дракона-гиганта, занявшая собой всю крышу. Тело же его оказалось настолько велико, что закрыло собой и заснеженный город и даже небо.
«Ты его подчинил, подмял под себя, сделав своим слугой!» — При этих словах ледяной гигант уставился на Дамиана. Лютым холодом вмиг сковало душу. Дамиан ощутил дрожь во всём теле, а мысли вновь разлетелись кто куда.
— Я не хотел… такого, — жалобно прошептал он, но в этот раз на его реплику ответил не ледяной дракон, а Рена:
— Успокойтесь, Ваше Величество. — Её голос вновь зазвучал мягко и нежно. — Вас никто ни в чём не обвиняет. Это всё коварство лорда Торика, его хитрость соединила вас Тимиэлем запретной связью…
— Но как же так? — Дамиан отчаянно желал разобраться. Ему была невыносима сама мысль, что он мог навредить Тими, в то же время он не находил себе места от сокрушительной пустоты, навалившейся на его сознание.
— Не волнуйтесь за него, — поспешила успокоить его Рена. — Тимиэль жив, просто ему надо остудить свою горячую голову. До корабля нас сопроводит Ийридиари. По дороге он всё объяснит вам.
Она улыбнулась ледяному гиганту, и тот медленно начал подниматься. Его голова взмыла к небесам, а огромное тело застило собой всё вокруг. Миллиарды похожих на искрящийся хрусталь чешуек ослепляли, а грохот крыльев оглушал. Дамиана едва не сдуло от открытого окна, и лишь обездвиженное тело Тими, к которому его прибило новым порывом, помогло не свалиться вновь. Вскоре на крыше появилась гигантская лапа, и Рена указала Дамиану на привязанную к ней канатами небольшую лодку.
— Нам с вами не стоит касаться ледяного демона, — пояснила она и принялась выбираться из окна.
Дамиан, сражаясь со своей слабостью, последовал за ней. Не без труда он, то утопая в сугробе, то едва удерживаясь на ногах из-за порывов ветра, смог добрести до лодки. Едва обессиленный Дамиан упал навзничь на дно, как налетел настоящий буран, и поднимающуюся крохотную шлюпку завертело во все стороны. Рена тут же оказалась рядом. Прижавшись к нему, она отчаянно цеплялась за хлипкие перекладины. И ледяной демон не нашёл времени лучше, как продолжить беседу.
«У драконов есть уязвимость, — вновь влез он в сознание Дамиана. — Они склонны привязываться к тем, кто им понравился. Когда-то эта особенность именовалось «родством душ». Явление было редким и чаще всего встречалось среди устоявшихся пар. Однако во время Последней войны драконов выяснилось, что родной душой может стать не только дракон, но и волшебник с большим запасом магии. Желая приумножить свои силы и победить, тогда многие соединили себя подобной связью, но их всех ждала печальная участь. Стоило ранить одного, и второй начинал испытывать ту же боль, а смерть любого из такой пары, гарантировала гибель и другому. Так, одним махом можно было убить сразу двоих, что быстро поняли противники. Боясь повторения подобной участи, О’дар навеки закрыл земли Одореда для волшебников…»
«Так вот почему я не попал к драконам, когда хотел помочь вам! — Дамиан покосился на Рену, выуживая в памяти события былых времен. Однако эти воспоминания заставили его тут же нахмурился. — Но, подождите, Маркус тоже волшебник!»
«В любом правиле есть исключения. Волшебник, имеющий истинную пару, не опасен для дракона…» — В голосе демона скользнула насмешка.
«Истинная пара?!» — Дамиан был поражён. В его опустошённом сердце открылась старая кровоточащая рана. И почему только судьба так жестока? Ему, мечтавшему об истинной любви, она подарила неразделимые чувства к собственной сестре, тогда как ей, не нуждающейся ни в каких связях, преподнесла уникальный подарок! Оставалось только недоумевать, как же Маркусу и Джэйн удалось испортить свои отношения!
«Полагаю, за долгие годы со времён Последней Войны Драконов об этой особенности уже успели позабыть, тем более, что кланы волшебников уже давно канули в небытие. Иначе бы драконы не были бы так беспечны, соглашаясь вам помочь», — заметил ледяной демон.
«Значит ли это, что Торик сделал подобное нарочно?»
«Вне всяких сомнений. Вы и его выбранная жертва защитили себя от всякой магии, но не от нападения извне! И на такой случай у него был козырь — ваша уже установленная связь… Он явно вошёл во вкус, собираясь забрать способности не только жрицы, но и ваши, и даже драконьи способности малыша Тими. И думаю, это не единственная подготовленная им ловушка. Так что будьте осторожны!» — Сказав это, ледяной гигант пошёл на снижение. Дамиан, пряча лицо в тёплом капюшоне, мог только догадываться, что тот делает и надеяться, что они выживут. Он слышал вой ветра и хруст льда. Их продолжало швырять из стороны в сторону, а потом внезапно всё стихло. От неожиданности Дамиан даже приподнял голову и с удивлением увидел перед собой стремительно приближающийся борт боевого галеона. Лодка, словно её зачаровали, двигалась сама, едва слышно шурша по мёрзлой воде. И вот уже на борту корабля послышался топот и шум, а затем вниз полетел вместе с фалинем крылатый юноша.
— Что-то в последнее время у нас слишком много гостей, — с ухмылкой заявил он, приземлившись на носу шлюпки. Юноша был высок и хорошо сложен. Его крючковатый нос сильно напоминал клюв, а жёлтые глаза сильно выделялись на фоне тёмной кожи.
— Гостей? — переспросила Рена, вмиг поднимаясь на ноги. — Вероятно, лорд Торик не справился обо мне. Ваше судно передано мне в собственность! — Она тут же принялась что-то искать во внутренних карманах толстого плаща, но не успела ткнуть носом обнаглевшего юнца в важную бумажку, как тот замельтешил руками.
— Ну что вы, леди-капитанша! — осклабился юноша. — Я высказался лишь о вашем спутнике и тех двоих, что пришлось вытаскивать сегодня из ледяной воды!
— Это Его Величество Дамиан, король Каэра, — представила его Рена, после чего строго спросила: — У кого хватило ума сунуться в гавань в такую погоду?
— Она назвала себя принцессой, — хмыкнул юноша. — И с ней был её пес, очень похожий на волка. Мы не склонны оставлять людей в море, леди-капитанша, но если велите, ссадим их немедленно.