Чтение онлайн

Начальный этап развития общества. Развитие социальных процессов начинается с этапа нуль-мерной или 0-D ППМ. Это исходное состояние общества, в котором все члены общества находятся на нуль-мерном уровне развития. Нуль-мерность в этом случае означает, что человек не состоялся как личность, т. е. не прошел стадию «второго рождения» – отделения от коллектива. Или, иначе, является носителем социально-психологической матрицы, соответствующей детском возрасту. А потому, человек и общество пребывают в полном недифференцированном единстве. Для Античности и Средневековья нуль-мерный этап соответствует периоду «темных веков».

Поскольку на начальной стадии развития сознания абстракции еще не сформированы, информационные потоки, обрабатываемые коллективным бессознательным, минимальны. Соответственно минимальны размеры внешнего и внутреннего пространств, т. е. человек живет ближней зоной. Эта зона может быть обозначена как «социальная точка», поскольку ее граница еще не воспринимается отчетливо: жизнь человека сосредоточена «здесь», а то, что находится далеко – просто не воспринимается, это некоторое «неопредмеченное пространство».

Ближняя зона имеет первостепенное значение для развития этноса: с ней непосредственно связано формирование этнической идентичности, вырастающее из персональной идентификации с нуль-мерным коллективом и занимаемой им территорией. Здесь – в ближней зоне – происходит зачатие из подвижных дискретных племен единой оседлой сообщности, которой предстоит стать народом, а потом и нацией. С ближней зоной непосредственно связан образ матери-родины, закрепленный в коллективном сознании.

Для общества, находящегося на начальном этапе развития, характерна специфическая культура или семейства культур, которые по словам М. Элиаде, «базируются на ценностях, ориентирующих людей на целостное, нерасчлененное восприятие мира, на созерцание и приспособление к нему как к неизменной данности» [122] . Такая культура, присущая дологическому образному мышлению, ограничена собирательством и охотой.

Уникальной характеристикой начального этапа развития общества является то, что на занимаемую им ближнюю зону осуществляется проекция внутреннего мира каждого ее обитателя. В этом контексте особый смысл обретают слова К.-Г. Юнга, который полагал, что человек на этой стадии «безусловно коллективен, то есть настолько же в самом себе, насколько и в других» [123] . А поскольку бессознательное – это неупорядоченность, то человек «представляет собою все, что угодно, только не единство» [124] . С этими рассуждениями совпадает описание, которое А. С. Сидоров сделал для стадии общинно-родового строя. «Общество представляло из себя в значительной мере простое собрание тождественных индивидуумов, связанных, однако, одинаковыми интересами, инстинктами. Психологическая жизнь одного индивидуума в точности совпадала с таковой же у другого индивидуума и всего общества в целом. Вместе с тем, целое общество, коллектив не представляло собою чего-либо принципиально иного, кроме того, что оно состояло из ряда тождественных единиц. Таким образом, часть, индивидуум, качественно мало отличается от целого коллектива. Часть, действительно, то же самое, что и все целое» [125] . Последняя фраза А. С. Сидорова фактически описывает важнейшее свойство нуль-мерной стадии развития коллектива: ближние зоны отдельных индивидов фактически оказываются тождественными, поэтому действительно «часть замещает целое». Так мы можем сказать, что на нуль-мерном этапе развития структура недифференцированного общества соответствует структуре коллективного бессознательного.

Нуль-мерное общество, представляющее, в значительной мере, простое собрание тождественных индивидуумов, связанных одинаковыми интересами и инстинктами, в плане социальной организации порождает небольшие, однородные по составу, малодифференцированные общины, которые иногда называют «face-to-face society». Во главе этих общин стоят «лучшие из равных», выделяющиеся, прежде всего, своими физическими качествами. Эти лидеры в критические моменты могут обеспечить твердую власть, способную организовывать и распределять ресурсы.

На начальном этапе развития общество может порождать элементарные группы, как их описывал П. Сорокин [126] . К их числу относятся базовые группировки по расовому половому возрастному семейному языковому признаку. Вместе с тем, группировки по степени богатства и бедности, по месту жительства, по религиозным верованиям, по государственной или профессиональной принадлежности, по объему прав и обязанностей на этом этапе еще не могут существовать. Дифференциация между различными ближними зонами носит сегментарный характер и возникает «при равенстве частных общественных систем, которые различаются либо на основе происхождения, либо на основе территории проживания или при сочетании обоих критериев» [127] .

Только к концу нуль-мерного периода начинают обнаруживаться признаки социальной структуризации, что означает начало процесса стратификационной дифференциации, как ее определял Луман – с точки зрения рангового неравенства частных систем. Так зарождается социальная структура, соответствующая линейной иерархии. Причина ее – появление в коллективе первых носителей 1-D ППМ.

Тогда же в обществе возникают группы, отдифференцированные по профессиональному признаку, а также по объему прав и обязанностей. Дж. Дьюи указывал, что социальное разделение труда развивается в той степени, «в которой мышление перестает подчиняться социально фиксированным целям» [128] . У Лумана этот тип социальной дифференциации называется функциональным. Но функциональные системы сам Луман признавал равными в своем неравенстве [129] , что отражает качественную однородность общества. «…Деление общества по признаку рода деятельности отвечает мышлению еще довольно простого общества, которое объясняет социальные различия разделением труда, а не сословными рамками. Здесь нет деления на управляющих и управляемых, на властвующих и подчиненных, а есть только разделение труда» [130] . Возникновение функциональной дифференциации на начальном этапе развития общества означает приближение к черте, за которой происходит смена этапа развития общества.

Первый этап развития общества. Первый этап развития общества напрямую связан с освоением человеком первого уровня абстрактного мышления, который описывается 1-D ППМ. Этот этап начинается с формированием в нуль-мерном коллективе устойчивой группы носителей 1-D ППМ, т. е. тех, кто начал формироваться как личность, пройдя этап «второго рождения». Устойчивость этой группы возникает, когда ее численность достигает критической величины, равной примерно 10 % от общей численности социума [131] . Так что процесс перехода к 1-D ППМ затрагивает небольшую часть коллектива. Это совпадает с выводами ряда исследователей и, в частности, А. Тойнби, который указывал, что глубокие социально-культурные преобразования в обществе начинаются благодаря усилиям небольшой его части, которую он назвал «творческим меньшинством». Одна половина этой группы демонстрирует центростремительные свойства и способна к социальному сотрудничеству, для другой – такое объединение не свойственно. Первая группа носителей одномерной ППМ становится основой для возникновения аристократии, другая формально объединяет людей творческих профессий: ремесленников-художников, музыкантов, писателей. Эти группы имеют один корень, но разные судьбы. С появлением в обществе групп носителей 1-D ППМ начинается новый период европейской истории: для Древнегреческой Античности – это архаика, для средневековья – раннее средневековье.

Радикальное изменение механизмов мышления с переходом к 1-D ППМ неизбежно влечет перемену в восприятии человеком окружающего мира и самого себя. Носители 1-D ППМ обретают новую картину мира, новую систему ценностей; они меняют религиозные представления, создают новую культуру. Так эпос, имеющий линейную структуру, сменяет миф, который этой структуры лишен и может рассматриваться как нуль-мерная форма. Для Древней Греции одномерный гомеровский эпос становится символом и, в значительной мере, механизмом объединения разрозненных земель в единую страну. Тогда же неупорядоченное множество богов, характерное для темных веков, выстраивается в четкую иерархию. Характерно, что древние греки помещали на вершине этой иерархии Кроноса, бога времени. Одномерная связность сознания аристократии определяет время в качестве признака ее сословной идентичности. Время в таком случае предстает в виде рода, который уходит в глубины времен – к героям темных веков, которые предстают образцами личностного развития.

1-D ППМ, фактически, впервые актуализирует идею человека, как развивающейся личности. Представители аристократии, которые обретают первый уровень абстракции мышления (разум) и формирующееся внутреннее пространство (душу), получают исключительное право именоваться словом «человек». В обществе образуется четкая граница: носители 1-D ППМ – это «люди», остальные, по сути, – только тела. Эта позиция находит подтверждение у древнегреческих мыслителей. (Платон, Законы, 757 b-e; 961 a; Аристотель, Полит., 1301 b 30–36). Обращение к древнегреческому языку дает еще одно свидетельство: – превосходная степень от «прекрасный», во множественном числе – «наилучшие», «аристократия»; «плохой» – «», во множественном числе – «чернь». В новой социальной модели «лучшие» равны между собой, а «дурные» – между собой. Такое положение дел представляется природным. Как писал М. Хальбвакс: «Искать объяснение изменений общественного сознания следует не в экономической истории, а в нем самом… В любом случае, количественные различия остаются последним основанием для разделения на… группы… Когда речь идет о классе, мы в первую очередь воспринимаем качества входящих в него людей…» [132] .

Начальный период первого этапа совпадает с «периодом активности поколения», о котором писал Х. Ортега-и-Гассет [133] . На этой стадии аристократия обладает ярко выраженной пассионарностью и определяет социально-культурные преобразования в обществе и активно воздействует на него. При этом она чувствует себя ответственной за общество, выступает его репрезентантом и потому о ней можно говорить как об элите. «Повышает ступень развития любого общества его элита – то есть люди, имеющие ступень развития сознания, более высокую, чем доминирующая общественная, и желающие заниматься преобразованием мира вокруг себя [выделено мной – Д. М.]» [134] . В этом контексте понятие «сословие» выступает как родовое, не означая конкретную социальную группу конкретного исторического периода, а характеризуя те особые социальные страты разных исторических эпох, которые, по словам О. Шпенглера, «представляют перед историей всякую нацию». «…Пробуждение нации к сознанию себя самой протекает всегда ступенчато, а значит – главным образом в одном-единственном сословии, обладающем самой крепкой душой и силой своего переживания зачаровывающем все прочие сословия. Перед историей всякую нацию представляет меньшинство. В начале раннего времени это меньшинство – знать, возникающая именно теперь как цвет народа, в ее кругу национальный характер, несознаваемый, однако тем сильнее ощущаемый в своем космическом такте, обретает большой стиль. „Мы“ – это рыцарство…» [135] .