Чтение онлайн

Профессор И.Х.Озеров считал, что трудящиеся уходили от официальной религии, поскольку современная церковь представляла собой не что иное, как капиталистическую организацию, «освящавшую неправду, стоявшую на стороне капитала и сильных мира сего. (И.Х.Озеров. Религия и общественность. М. 1907, с. 11).

Но неприятие синодальной церкви рабочими А.В.Пыжиков видит не в их атеизме, а в принадлежности к староверию. В частности, он сообщает, что к концу XIX века 80 % фабрично-заводских кадров состояли из миллионов старообрядцев-беспоповцев… Трудились они не только на «купеческих» предприятиях, но и на производствах, создаваемых казной или учреждаемых иностранным капиталом. (А.В.Пыжиков. Корни сталинского большевизма. ЗАО Издательский дом «Аргументы недели». М. 2018, с. 72–73).

Аналогичным отношение к официальной (никонианской) церкви А.В.Пыжиков предполагает и у значительной части крестьян, бывших, по его мнению, социальной опорой большевиков. «Общинная психология с её староверческой подоплекой, – отмечает историк, – стала той мощной силой, которая опрокинула старые порядки. Временное правительство оказалось бессильным перед массами, жаждущими устройства жизни на справедливых, с их точки зрения, началах. Подчеркнём: движущими силами этого процесса явились не какие-то аморфные «низы», а различные староверческие согласия и толки, которые пронизывали народные массы. Именно их реальная, а не документальная, внушительная численность в конфессиональной структуре населения России позволила большевикам выйти победителями… Рабоче-крестьянские массы поистине легли костьми, чтобы не допустить возвращения дворянства и чиновничества (либерального или не очень)». (А.В.Пыжиков. Староверы и комиссары. О происхождении русского социализма – старообрядческий «след». Сообщество «Изборский клуб» 5 мая 2016..

Таким образом, у большевиков-атеистов в качестве социальной опоры в русском народе, согласно доктору исторических наук А.В.Пыжикову, появляется своя конфессиональная основа среди рабочих и крестьян – старообрядцы, преимущественно, беспоповцы.

К числу несомненных преимуществ перед другими партиями, как считают доктора исторических наук, профессора МГУ А.С.Барсуков и А.И.Вдовин, было наличие у большевиков яркого харизматического лидера, способного чутко улавливать настроения пришедших в движение народных масс, формулировать понятные лозунги, ставить четкие задачи и не боявшийся владеть властью. (А.С.Барсенков, А.И.Вдовин. История России. 1917–2009. Учебное пособие. М. АСПЕКТ ПРЕСС. 2010, с. 28).

Рубежом в деятельности большевистской партии стало возвращение В.И.Ленина в апреле 1917 г. в Россию. Его приезд радикально изменил ситуацию. В своих «Апрельских тезисах» «О задачах пролетариата в данной революции» он заявил, что буржуазный этап революции в России закончился и необходим переход к следующей ее фазе – социалистической. Затем он изложил план этого перехода: 1) прекращение войны и поддержки Временного правительства с передачей всей власти Советам; 2) замена регулярной армии народной милицией; 3) конфискация помещичьей собственности и национализация всей земли; 4) контроль за производством и распределением со стороны Советов. Из этого вытекала новая партийная стратегия: борьба за передачу власти от Временного правительства Советам, с одной стороны, и борьба большевиков за преобладание в Советах – с другой.

Для этого требовалось стать более популярной партией у народных масс. Большевистские агитаторы старались максимально использовать возможности митингов, манифестаций, стачек и других народных выступлений. Огромное значение придавалось печатной пропаганде. С лета 1917 года выходила тиражом 90 тыс. экз. «Правда», а общий тираж большевистских газет составил 320 тыс. Результаты сказались уже в июне, когда численность большевиков выросла в 10 раз, достигнув 240 тыс. (Там же, с. 27–28).

На I съезде Советов рабочих и солдатских депутатов, прошедшем 3 июня 1917 г., как уже отмечалось выше, образовались три самые влиятельные фракции: меньшевиков – 290 делегатов, эсеров – 285 и большевиков – 105, что говорит о росте авторитета последних в Советах по сравнению мартом 1917 г., но пока еще недостаточном. Это подтвердилось и в решениях съезда, принявшего, вопреки предложениям В.И.Ленина, резолюцию о поддержке Временного правительства и лозунга «революционного оборончества». (Е.Ю.Спицын. Россия – Советский Союз. 1917–1945 г.г. Полный курс истории России. Кн. 3. Концептуал. 2019, с. 26–27).

Однако именно на этом съезде в ответ на заявление меньшевика Церетели о том, что «В настоящий момент в России нет политической партии, которая говорила бы: дайте в наши руки власть, уйдите, мы займём ваше место», вождь большевиков с места заявил: «Есть такая партия!». И выразил готовность своей партии взять власть в стране целиком.

Свое влияние на народные настроения они продемонстрировали во время инициированный ими широкомасштабной антивоенной и антиправительственной демонстрации 18 июня 1917 года, а затем, 2 июля объединением стихийных волнений в организованный, массовую демонстрацию под теми же лозунгами, собравшей до 400 тыс. рабочих и солдат, разогнанную 4 июля пока еще верными Временному правительству войсками. Были жертвы: более 50 убитых и около 660 раненых. (А.С.Барсенков, А.И.Вдовин. История России. 1917–2009. Учебное пособие. М. АСПЕКТ ПРЕСС. 2010, с. 33).

Оценку новой политической обстановки большевики дали на VI съезде РСДРП(б), проходившим с 26 июля по 3 августа в полуподпольных условиях в Петрограде (большевики Временным правительством были объявленными государственными изменниками, а В.И.Ленин скрывался в Финляндии, чтобы избежать ареста). И хотя лидер партии отсутствовал, съезд исходил из ленинских установок о завершении мирного периода революции и необходимости снятия лозунга «Вся власть Советам», так как они стали соглашательскими. В качестве главной была поставлена задача завоевания власти путем вооруженной борьбы.

Наступал период агонии деятельности Временного правительства: крах экономики, нарастание реальной угрозы голода, подъем рабочего движения, стихийный захват крестьянами помещичьих земель, начало территориального распада формально единого государства, развал армии, терпящей одно поражение за другим с напрасными жертвами, провал «корниловского мятежа и неспособность правительства решать эти проблемы, способствовали росту недовольства населения страны, как самим Временным правительством, так и поддерживающими его партиями: кадетами, эсерами и меньшевиками.

В результате с конца августа началась массовая большевизация Советов. На позиции РСДРП(б) перешли Петроградский и Московский Советы. К середине сентября уже 80 местных советов крупных городов России поддерживали большевиков. Это говорит о возросшей их популярности в стране. К октябрю 1917 года численность РСДРП(б) достигла уже 350 тыс. (Политические партии России 1917 года Хронос.organ/ukaz_k/k-d.php.), превратив ее во вторую после эсеров по количеству членов среди всех остальных российских партий. В связи с этим лозунг «Вся власть Советам» снова становился актуальным.

В сложившейся катастрофической ситуации только радикальные меры могли вдохновить пораженную хаосом Россию поверить новому правительству, которое должно было прийти на смену Временному. Радикализм придумали не большевики, он был востребован народом. Ему нужна была сильная и хорошо организованная и ожидаемо-радикальная партия, которая не побоялась бы взять на себя всю ответственность за практическое решение стоящих перед страной сложнейших задач на основе реальной социальной справедливости. И такой партией на тот момент в России была только РСДРП(б) – являвшейся к октябрю 1917 года, с учетом ранее сказанного (да еще в союзе с левыми эсерами), сильнейшей российской политической силой. Остальные уже пробовали и у них не получилось.

Большевики никогда не входили в состав Временного правительства и не поддерживали его. Для прихода к власти они предложили самую краткую, ожидаемо-радикальную и действительно понятную широким массам программу: Власть – Советам, землю – крестьянам, фабрики – рабочим, мир – народам, хлеб – голодным. Она в наибольшей степени отвечала насущным требованиям народа, предъявляемым им правителям страны. Для ее осуществления большевикам и нужно было взять в руки всю власть в России. Революционная смена власти стала неизбежной.