Чтение онлайн

Доржи служит в армии, сейчас его часть стоит в Хужирбулане. Сегодня утром он получил увольнение и решил подзаработать у Довчина колкой дров.

Эрдэнэ протянул ему спички. Доржи закурил и присел на порожек крыльца.

– Душно, завтра быть дождю! - сказал он.

– Похоже, - сказал Эрдэнэ, посмотрев на небо.

– А у вас двор просторный! - сказал Доржи, очевидно принимая Эрдэнэ, на котором был новенький чесучовый терлик, за хозяина.

– Да, ничего, - ответил Эрдэнэ. - На, покури. - Он дал Доржи одну папиросу, которыми его снабжала Гэрэл.

– Дорогие, верно? - заметил Доржи.

– Вы что же, этим и живете? - ответил Эрдэнэ вопросом на вопрос, указывая на дрова.

– Нет. Я служу в армии, а это так, подрабатываю немного, - ответил Доржи. - А сам я из Луу-гунского хошуна. Вам не приходилось там бывать?

Эрдэнэ внимательно посмотрел на Доржи.

– Как же, бывал. А вас как зовут?

– Доржи, иногда - Левша Доржи. Это меня прозвали потому, что в борьбе я часто бросал противника через левое бедро. - Он затянулся и добавил: - Дома у меня осталась одна старушка мать. Уже три года, как я не получал от нее никаких вестей.

– А как ее зовут? - спросил Эрдэнэ.

Глаза Доржи оживились.

– А что, вы недавно были в наших местах?

– В прошлом году, - ответил Эрдэнэ.

Доржи подсел к Эрдэнэ ближе.

– Ее зовут Буян. Она жила на берегу Тамира и пасла овец Итгэлта, сказал Доржи. В его глазах засветилась надежда. Может, сейчас он услышит хоть что-нибудь о матери?

Эрдэнэ закрыл глаза. Неужто это она? Перед ним возникло лицо старушки, лежавшей около молитвенного цилиндра и проклинавшей его. Эрдэнэ невольно нахмурился. Зачем он начал этот разговор? Что он ответит? Ведь в смерти этой старухи виноват он, Эрдэнэ.

– Кажется, я ее видел, - сказал Эрдэнэ и умолк.

Доржи даже привстал. Неужели? Наконец-то он услышит хоть что-нибудь о матери.

– Ну, как она? Здорова? - сдавленным голосом спросил он.

Эрдэнэ не знал, что ему ответить.

– Не хотел я тебе говорить, - наконец сказал он, - но зачем же скрывать правду от мужчины. Твоя мать... - Эрдэнэ запнулся.

Доржи все понял. Можно было и не договаривать.

– Когда? - только и спросил он.

– В прошлом году.

– А это точно она, Буян, что жила на берегу Тамира? Что пасла овец у Итгэлта? - спросил Доржи. В его глазах еще теплилась надежда: а вдруг этот мужчина ошибся?

– Да, она, - тихо, но твердо сказал Эрдэнэ.

В глазах у Доржи стояли слезы. Бедная мать! Так и не повидала перед смертью сына, и он не слышал ее последних слов.

– Как вас зовут? - спросил Доржи.

– Меня... Доной, - с запинкой ответил Эрдэнэ.

Доржи встал.

– Доной-гуай, я приду вечером и закончу работу. Я обязательно приду, так и скажите своей супруге, - сказал он и пошел к калитке.

С этого дня Эрдэнэ часто виделся с Доржи. Однако подлинное имя он ему так и не назвал. Однажды они встретились на базаре.

– А у меня, Доной-гуай, уже есть невеста. Она живет с матерью. Пойдемте, я вас с ней познакомлю, - сказал Доржи.

Эрдэнэ охотно согласился.

– Моя невеста не из богатых. Я им помогаю, чем могу. Вот почему мне приходится пилить дрова.

– Хорошо, что у вас есть свободное время и вы можете заработать хоть несколько мунгу*, - сказал Эрдэнэ.

______________

* Мунгу - мелкая денежная единица.

– Если б не командир, туго бы пришлось. Но наш Гоймон-батор* хороший человек. Он понимает нужды бедняков. Поэтому часто отпускает меня в город. Это за то, что я хорошо владею саблей, метко стреляю и числюсь хорошим конником, - пояснил Доржи.

______________

* Гоймон-батор - Долговязый батор. Так в свое время звали Сухэ-Батора за его высокий рост.

Когда они вошли в юрту, там сидели двое мужчин в одинаковых синих дэлах. Увидев Доржи, они поднялись.

– Мы за тобой, тебя срочно вызывают, - сказал один.

– Что случилось?

– Бойцы решили всей частью пойти в военное министерство и потребовать улучшения питания. Сегодня опять какую-то падаль дали.

Все заспешили к выходу.

Эрдэнэ пошел с ними, ему хотелось узнать, чем все это кончится...

Когда часть подошла к военному министерству, чиновники всполошились.

– Что это значит? Зачем это вы явились? - спросил один из них, выйдя к солдатам.

– Мы солдаты, а не нищие. До каких пор нас будут кормить падалью? Дальше так продолжаться не может! - выкрикнули несколько голосов.

Эрдэнэ решил, что солдат сейчас же разгонят. Однако другой чиновник улыбнулся и примирительно сказал:

– Дорогие солдаты, успокойтесь. Идите в казармы. А тех, кто виноват в плохом снабжении, мы накажем. Снабжение будет улучшено.

В это время из министерства вышел еще один чиновник с павлиньим пером на шапке, вероятно, рангом повыше. Равнодушно оглядев солдат, он скривил рот в презрительной усмешке.

– Мы голодны, как волки. Наведите порядок в нашем снабжении! - крикнул кто-то из солдат.

– Молчать! Ты кто такой? Бунтовать?!

Солдаты загалдели. Раздались выкрики:

– Требуем наказать тех, кто ворует наши продукты, а взамен дает нам дерьмо!

– Мы не уйдем, пока снабжение не будет улучшено!

– Если вы не примете мер, чтобы упорядочить наше питание, мы пойдем прямо к министру! Ребята, айда! - крикнул Доржи, выступая вперед.

Чиновник побледнел, надменность его будто ветром сдуло.

– Солдаты, обещаю завтра же улучшить ваше питание. Только успокойтесь и идите в казарму, - сказал он, вытирая платком вспотевший лоб.

Затем вышел лама, он тоже просил солдат вернуться в казарму, заверяя, что недостатки в снабжении будут устранены.

– А вас не накажут? - спросил Эрдэнэ у Доржи.

– Если бы мы ходили в одиночку, нас, как сусликов, переловили бы. А так что они нам сделают? Не зря говорят, что дружные сороки и изюбря заклюют.

Эрдэнэ невольно подумал: "А ведь прав был Петр, когда говорил, что, если люди объединятся, они могут добиться всего, чего захотят".

7

Морозным туманным утром по дороге, проложенной по льду Тамира, скакали два всадника. Это были Итгэлт и Галсан. Итгэлт спешил на встречу с Павловым.