Чтение онлайн

– Есть конечно. Ты можешь выбрать себе цветок, где жить, питание – пыльцевое или цветочное, ну или капельно – растительное, можешь выбрать из своего сообщества идентичного союзника для продолжения рода. Сплошная свобода!

– А как же любовь? Как же чувства? Я так много читала об этом, о приземлённой любви. (мы то, Феи, любим всех просто так, безмерно)

– Я храню их в своем сердце! – ответил кузнечик и как-то загадочно улыбнулся.

– В сердце? – удивилась я, – а это не тяжело для сердца? Такая ноша! (просто феи носят свою любовь в каждой клеточке, и поэтому нагрузка распределяется по телу равномерно)

Ну почему нагрузка? Это не ноша для нас, это счастье, которое мы привносим в этот мир и получаем от мира ещё больше любви. Как этот процесс работает, я не знаю, но это было всегда. Ещё один вопрос к Фее Флоре (ну и накопила я вопросов, интересно, а почему раньше я никогда их не задавала? Значит, время ответов наступило только сейчас).

– Нет, не тяжело! Совсем нет! Это же свет и тепло в моем сердце. Свет не может быть тяжелым. Он освещает мою душу изнутри и иногда мне кажется, что я излучаю этот свет наружу, когда любуюсь её прозрачными крылышками и ее жёлтым хвостиком. – он улыбался и явно мыслями был не здесь. И я видела, что он был счастлив.

– Ты сказал ей? – спросила я, бесцеремонно прервав его поток сладостных мыслей.

– Кто, яяя? Ей? Что сказал? – стал запинаться мой зелёный дружок.

– Ты сказал ей, что любишь её? Что жить без неё не можешь? – я смотрела на него в упор.

– Яяя? – растерялся он, – Да как я могу? Кто она! И кто я? – плечи его упали, и он тяжело вздохнул.

– Ну? И кто она? И кто ты? – не могла угомониться я.

– Я не достоин её. – совсем сник Кузнечик.

– Я не понимаю, как кто-то не может быть достоин кого-то! Кто это придумал? Что за разделение и несправедливость? Это она сказала тебе?

– Нет. – опять выпучил на меня глаза мой дружок.

– А кто?

– Нуу, никто. Я сам так подумал. Она такая красивая и воздушная…

– А ты умный и отзывчивый.

– Да, я сам придумал, что её недостоин. И ещё я боюсь, что она посмеётся надо мной, если я признаюсь.

– Ну и что? Ты же посмеялся надо мной после этой чудной коровки, я посмеялась над собой, ну и что! А так ты никогда не узнаешь истину, а вдруг ваши чувства взаимны! Он улыбнулся:

– Я боюсь!

– Знаешь что? Я помогу тебе! Я же Фея, в конце концов. Я повяжу тебе на запястье зажелательную нить на желание, но только желание должно быть для тебя, на других она не действует. Хочешь? – я уставилась на него.

Он явно растерялся. Я всегда наблюдаю это явление, когда твоя мечта стоит на пороге, и надо только протянуть руку и взять, вот тут у всех начинаются сомнения. «А достоин ли я? А что так можно? А что так просто? А что я буду с этим делать?» (ох уж эти потоки мыслей в этот момент – голова идёт кругом. А! Я забыла сказать, что Феи читают мысли). Я ждала. Это всегда минута – три. О, Великая Фея Цветополья, дай мне терпения (да, с терпением у меня незачёт)!

– Да! Я хочу! – наконец-то ответил он, – Хочу избавиться от страха, сомнений, неуверенности в себе!

Я хотела закатить глаза к небу, но сдержалась. Всё одно и тоже.

– Хорошо, когда ты проводишь меня и будешь возвращаться назад, я повяжу тебе зажелательную нить. Она действует сутки, и ты должен быть рядом со своей красавицей, чтобы решиться сказать. Здесь главное не тянуть, замечтал – сразу действуй! Иначе никак! Не работает! Понял?

– Понял. – выдохнул мой проводник.

– А покажешь мне её? – подмигнула я.

– Пошли. – расплылся в улыбке кузнечик и рванул с места, будто его ошпарили кипятком.

О! Так быстро я никогда ещё не бегала. Все бывает в первый раз, подумала я, и заулыбалась ещё шире.

Мы подбежали к грибу. Он был огромен. Божьих коровок уже не было. Над родником появилась Радуга, она переливалась и подмигивала мне. Я подмигнула ей в ответ. Феи обожают радуги, они наши подружки. Это души феечек, которые решили вернуться продолжать свой земной путь. Да! И Феи уходят, но не так, как насекомые и люди. Мы выбираем, как нам дальше проживать свой век – можем появляться радугой, можем стать звездой (но это холодно, бррр!), можем быть северным сиянием или просто раствориться в безусловной любви и жить в вечном блаженстве. Я пока не решила. Я пока только изучаю новые для себя состояния, эмоции, ощущения!

И вдруг что-то блеснула на солнышке. Это была она – стрекозка Кристи! Она действительно была божественна. Я любовалась её красотой, грацией, женственностью. Она парила над родничком, крылышки её так быстро двигались, что создавали ореол вокруг неё. Это было чудесное зрелище! Кристи подлетела к нам, улыбнулась мне и чмокнула кузнечика в щеку. У меня отвалилась челюсть, кузнечик остолбенел, скорее всего забыл, как дышать. А эта шалунья захохотала и улетела. Прошла вечность, прежде чем я пришла в себя. Я посмотрела на кузнечика и спросила:

– Тебе ещё нужна нить?

– Неее… – протянул он. И я решила, что путь продолжу дальше одна.

Как странно любить кого-то одного или что-то одно, ведь мы, феи, любим всех и все, что попадается у нас на пути. Ох уж эти странные создания!

Но я была счастлива за кузнечика. Я шагала налегке в неизвестность и была абсолютно спокойна. Я думала про свой Край, к которому я стремилась. И вдруг я испугалась, представила, что это может оказаться чёрной бездной или ещё чем-нибудь страшным! Но я вовремя осекла свои мысли. Я тут же поняла, что мы сами загоняем себя в страхи и придумываем ужасы, а действительность может быть совсем не такой. Ох уж эти извилины, Ветер – то, оказывается, прав, когда пытается выветрить лишнее из моей головы. И я решила почаще пускать его для чистки, лёгкости и просветления. И вообще заземление мне на пользу, поймала я себя на мысли, а разве я бы размышляла об этом, паря в небесах, в беззаботности? Да! Это очень полезно! Надо сказать всем остальным, никто раньше этого никогда не делал. Может не было необходимости? Или всех это устраивает быть в привычной обстановке и не впускать новое, неожиданное в свою жизнь. Я была первой и мне это нравилось.

Я так замечталась, что ступала не глядя, и опомнилась, только когда почувствовала, что не могу двигаться, что что-то крепко держит мои руки, ноги и даже крылышки.

– Что это? – очнулась я от своих рассуждений. Я оглядела себя, и… О! Ужас! Я попалась в огромную паутину. Прочные канаты, как мне показалось, стянули все моё тело, – Вот блин! – и я испугалась, потому что такие слова Феи не говорят, это влияет на наш волшебный порошок (он начинает подмокать и плохо работает). Ну короче… Я выбрала другое слово и крикнула его вслух (на всякий случай, если меня кто услышит), – О, Всемогущая Фея Цветополья! Помоги мне! – и, оглядевшись по сторонам, я, конечно, понимала, что здесь, стоя на земле, Она меня не услышит и не придёт на помощь.

Дрожь побежала по моему маленькому тельцу. Я вдруг вспомнила, что эта мудрая фея Флора как-то читала нам сказку про какую-то муху, которая попалась в паутину. Мы тогда все смеялись, как вообще это возможно? Попасть в паутину? У неё такие огромные глаза, куда она вообще смотрела? Но на всякий случай я крутила головой в поисках этого – как его? А! Комарика с мечом или саблей! Я уже не помню, но чувствовала, что мне нужна помощь, потому что от ужаса я готова была потерять свое волшебное сознание и завалиться в обморок. А это для фей самое страшное, потому что из обморока нас может вывести только поцелуйчик в ухо гусеницы Повелухи Густавны. Она являлась крайне редко, и почему-то её все безумно боялись, и поэтому в обморок старались не падать. Но сейчас я была бы рада её присутствию. Моё феечковое чутье меня не подвело, я услышала зловещее шипение справа. О! Фея Цветополья! Спаси меня, спаси меня, спаси меня! Фраза застряла в моей голове и билась в висках. На меня надвигался огромный мохнатый чёрный паук. Он приближался медленно, шипел, скалил свои огромные зубы и заливал кровью свои глаза – блюдца. Он приблизился к моему лицу, разинул пасть, я увидела полные ужаса свои глаза в отражении его клыков.