Чтение онлайн

– Ну, ребята, признавайтесь, где вы скрывались?
– задал вопрос начальник.

– В молочных бутылках, - не задумываясь. Ответил Мантеллина.

Все засмеялись.

– Где, где?
– переспросил полицейский.

– Там стояли молочные бутылки, - несколько смутившись, произнёс Аугусто.

– О, только теперь до меня дошло!
– воскликнул один из сторожей.
– Шалун забрался в холодильник! Вот это да!

– А ты где спрятался?
– спросили у Джанджи.

– Там, где я был, стояли метёлки, и от них Том всё время чихал. Я даже завязал ему морду шарфом, чтобы он не залаял.

– К счастью, потом он всё-таки залаял, - сказал Антонио Босси, - иначе мы никогда не услышали бы, как вошли проклятые воры.

– Ах, значит, это пёс поднял тревогу?

– Так точно; именно это удивительно умное животное, которое соображает не хуже другого человека.

– Тогда объясните, - что вы собирались делать ночью в универмаге?

Легко сказать «объясните»! Не так-то просто объяснить поступки, которые в глубине души мы и сами не в состоянии себе объяснить.

– Им хотелось поиграть, вот и всё!
– раздался голос Брамбиллы, который всё понял.

– Сколько вам заплатили бандиты за то, чтобы вы проникли в универмаг, а потом открыли им дверь? Признавайтесь живо, - нам ведь и так всё известно ...

– Бах! Бах! Они стреляли!
– сказал Джанджи, до сих пор не опомнившийся от отчаянной перестрелки. Мальчик безумно боялся выстрелов ещё с того времени, когда убили его отца и мать.

– Тури!
– позвал он и принялся плакать.

– Да оставьте вы ребёнка в покое! Разве вы не видите, что бедняжка смертельно устал?
– вступился Андреа Брамбилла.

– Если бы они не бросили на меня Лоллобриджиду, сейчас я лежал бы в покойницкой. Они ведь спасли мне жизнь!
– сказал Босси.

– Кого они на вас бросили? Лоллобриджиду?
– удивился начальник.

– Да, у нас во втором этаже выставка женского готового платья, а манекены сделаны с наших киноактрис. Так вот, дети столкнули вниз манекен Лоллобриджиды и тем самым предупредили Босси, что у него за спиной бандит, - объяснил Брамбилла.

– Извините, синьор начальник ...
– нерешительно произнёс полицейский.

– Опять журналисты?! Я выгоню их отсюда, - понятно?!

– Так точно. Но на сей paз вас спрашивают какие-то двое: мужчина и женщина. Они говорят, что ходят по всем полицейским участкам в поисках двух ребятишек и собаки ...

– Ну и что же?

– Вот я и подумал, не разыскивают ли они этих малышей?

– Пожалуй. Введи их сюда.

У Тури кровь прилила к вискам, когда он увидел детей, сидящих перед письменным столом начальника полиции. Синьора Пьерина, обливаясь слезами, бросилась целовать Джанджи, а Том запрыгал вокруг неё, словно сумасшедший.

– Хорошо, нам всё ясно. Но разве вы не знаете, что нельзя пускать детей гулять одних, да ещё с собакой без намордника?! А вдруг она укусила бы кого-нибудь?

– Том не кусается!
– закричал возмущённый Джанджи.

– Сам ты кусаешься, начальник!
– воскликнул взбешённый Мантеллина.

Полицейский схватил Аугусто за плечо, закрыл ему рот рукой и испуганно огляделся по сторонам.

– Что он сказал?
– спросил начальник.

– Извините, синьор начальник, но я не разобрал, - ответил ефрейтор. Затем он придвинулся ближе к Мантеллине и прошептал: - Молчи, пострел, не то тебя посадят в кутузку, понятно?

– Вам придётся заплатить пять тысяч лир штрафа за то, что дети привели в универмаг собаку без намордника, - объявил начальник.

Тури смутился.

Пять тысяч лир! Где он их возьмёт?

– Может быть, на сей раз вы простите детей. Намордник, у собаки есть, и она зарегистрирована по всем правилам. Аугусто, ты не знаешь, куда девался намордник, а?

Мантеллина вытащил намордник из кармана.

– Вот видите, у собаки намордник есть?
– обрадовался Тури.

– Намордник у неё действительно есть, но не надет.

– Штраф пять тысяч лир, - произнёс начальник тоном не допускающим возражений.

Тури упал духом.

Тогда синьора Пьерина Ченте, вдова Марки, открыла старую сумочку и вытащила оттуда зелёную бумажку.

– Я захватила с собой деньги на всякий случай, - сказала она, как бы извиняясь.

Когда вышли из полицейского участка, фонари ещё горели в тумане, он окутывал дымкой собор и раскинувшуюся перед ним старую площадь.

Прислонившись К стене серого пятиэтажного дома, Карчофо ждал, когда кончатся уроки. Прозвонил звонок, и тут же появилась шумная ватага школьников: они кидали друг в друга сумками и грозно размахивали линейками.

Впереди шли двое с тетрадками в руках и раскрытыми портфелями под мышкой.

– Ох, и трудная же сегодня была задача!
– вздохнул один из них.

– А на дом задали ещё труднее!
– поддержал его другой.

И тут, откуда ни возьмись, к ним подошёл Карчофо.

– А что ты мне дашь, если я тебе тут же её решу?
– обратился он к одному из мальчишек.

– А ты из какого класса?
– спросил его тот.

– Из третьего, - без малейшего колебания ответил Джузеппанджело и мысленно произнёс: «Святая Розалия, прости, но видишь, я вынужден врать!».

– Ты сделаешь её подробно и к каждому действию поставишь вопрос?

– Конечно!
– ответил невозмутимо Карчофо.

– А как я узнаю, что ты решил её правильно?

– Я учусь в третьем классе; такие задачи мы давно уже проходили.

Мальчуган пошарил в кармане и предложил:

– Пятьдесят лир; хватит?

– Нет, не пойдёт, слишком мало. Ты ведь потом можешь дать её списать другим.
– Карчофо кивнул в сторону второго мальчишки.
– Я не делаю двойной работы за полцены ...

Школьники переглянулись.

–  У меня есть только пятьдесят лир, а у тебя?
– спросил мальчуган своего одноклассника. Тот достал из кармана пригоршню мелких монет, подсчитал их и сказал, обращаясь к Карчофо: - Я тоже могу дать тебе пятьдесят лир, итого ты получишь сто, хорошо?