Чтение онлайн

– А разве его величество не пожелает сегодня лицезреть столь именитую певичку? – еле заметно съязвила девушка. – Или вечерний концерт отменён?

– Ни в коем случае, - оживилась Вирнисса. – Вечерний концерт – это прелюдия к моему триумфу. К тому же так и подмывает удивить собственных родственничков, наплевавших мне в душу… то есть, на мои таланты.

– А король? – осторожно поинтересовалась Ровена. – Ведь он пожелает вас видеть после концерта?

– Конечно, пожелает, - здесь голос высокородной леди прозвучал с оттенком лёгкой аристократической брезгливости. – Желать не вредно. До некоторых пределов. Могу ему составить компанию, да…

Это «да» прозвучало многозначительно и опасно. Для короля.

Дверь распахнулась и на пороге застыл Кесир. Он презрительно оглядел замершую родственницу, потом перевёл взгляд на «певичку».

– Моя мать, сиятельная графиня, недо…

– Да ладно, - невежливо отмахнулась Вирнисса, плюхаясь на постель и закидывая ногу на ногу, отчего разрез разъехался, обнажая стройную ногу в чулке до самой подвязки. – Подумаешь, какая цаца! Она недовольна! Все претензии к всемилостивейшему монарху. Он так желает, и точка. Графиням в желания короля лучше не лезть.

– А тебе не кажется, - здесь Кесир, сам того не зная, допустил грубейшую ошибку – не стоит тыкать незнакомым персонам, даже, если они вам не нравятся, - что я могу по-тихому пристукнуть нахалку и прикопать её в куче соломы. А потом развести руками – мол, никто не видел, как певичка уехала.

– Попробуй, - метаморфа оживилась. – Начинай прямо сейчас. Хоть в каком-то развлечении проведу время до королевского ужина. Ну, слабо?

– Вон отсюда! – заорал графский сын на сводную сестру, нисколько не заботясь о том, что его могут услышать.

Схватив за плечи девушку, он вытолкал её в коридор и плотнее прикрыл дверь.

Ровена не стала медлить и рванула по нижнему коридору, надеясь встретить кого-нибудь из королевской свиты и предупредить, что концерт находится под угрозой срыва.

Заложив щеколду с внутренней стороны, Кесир сделал ещё одну ошибку, недооценив противника. Его сила и выучка могли сойти против слабой женщины, но не против старой метаморфы, которая ехидно молчала, улыбалась и копила злость для рывка.

Какой-то недоносок посмел её оскорбить! Её! Да на такое не рискнул бы пойти даже сам повелитель Зелёной Долины, не говоря уж о многочисленных мужьях и прочих мужчинах.

Удар кулаком не достиг своей цели, Вирнисса ловко увернулась, заодно наградив малолетнего наглеца чувствительным пинком, отчего он кубарем полетел на пол.

– Выпил? Ноги не держат? – участливо поинтересовалась она, поднимаясь с кровати. – Так, пойди, проспись! Или рассольчику хлебни. Хотя пить с утра – это не комильфо.

Хотела было добавить – «деточка», но пока ещё рано было снимать маску, да и делать это без значительной аудитории леди не хотелось. Представление без зрителей и восхищённых аплодисментов – это не представление.

Кесир ловко перекатился и встал, уже багровея от злости.

– Наглая тварь!

Следующий удар тоже не достиг цели, а вот в локте что-то хрустнуло. Леди перехватила его руку и стукнула ребром ладони по предплечью.

– Я тебе не слабая девушка, мне ничего не стоит за себя постоять, - предупредила Вирнисса.

Пусть комната была маловата, но юркая метаморфа словно перетекала из одного положения в другое, да настолько быстро, что у молодого графа начало рябить в глазах.

Теперь он стал расчётливее, более внимательно оценивая противника.

– Ты – не певица, - наконец пропыхтел он, разбив нос об стену, до которой ему помогли добраться с удвоенной скоростью.

– Одно другому не мешает, - резонно заметила леди. – На концерте сам убедишься. Конечно, если себе что-то не повредишь до него. Ты такой неловкий!

Тоненькая щеколда вылетела с одного пинка, и в комнатку ворвалась стража. На заднем плане маячил сиятельный граф, а около него пытался выглянуть из-за плеча его величество.

– Что здесь происходит? – хозяин поместья сначала оценил побитость собственного чада, и только потом невинную ухмылку «жертвы».

– Он хотел принудить меня, - тонко взвыла метаморфа, незаметно меняя облик. Как на грех, ткань на платье оказалась качественной и поддалась только когтям. Надо же было соответствовать несчастной жертве безумной похоти.

Теперь растрепавшиеся волосы и слегка порванный наряд ярко свидетельствовали о насилии, которому чуть не подверглась именитая гостья.

– Принудить к чему? – не хуже змеи зашипел Брандт, отодвигая графа и втискиваясь в комнатку. – Кто посмел прикоснуться к моей певице?

Кесир сейчас больше всего на свете мечтал оказаться в своей комнате, а не сидеть на полу, размазывая кровь.

– Он набросился на меня. Я защищалась, - всхлипнула Вирнисса, поднимая на монарха умоляющие глаза. – Ваше величество, здесь не ценят ваших личных актрис, им пытаются нанести ущерб.

Король принахмурился: положение оказалось неожиданно сложным. С одной стороны – это, вроде бы, его личная певица, с другой – более пострадавшим выглядел как раз графский сын. Певичка – не знатная девица, и не стоило яро вставать на её защиту. Но у него в душе тлел так и не потухший огонёк мести Миртуру за ценные земли, которые тот прикарманил, и теперь предоставлялся неплохой момент, чтобы отыграться. Первым пунктом значилось заключение брака дочери графа с представителем нечеловеческой расы, а ведь именно этого его сиятельство изначально даже и допустить не мог. Осталось подумать, как сделать гадость более ощутимой в плане репутации дворянского семейства.

– И вы не защитите меня? – метаморфа театрально заломила руки, продолжая жалобно хлюпать носом.

– В чём дело? – его величество развернулся к главе семьи. – Как посмел ваш отпрыск поднять руку на мою гостью?

Миртур побагровел, его с самого начала раздражало ворчание супруги на тему приличий-неприличий. Без короля пусть говорит и делает то, что считает нужным для поддержания порядка, но в присутствии монарха…

– Кесир? – граф склонил голову перед Брандтом и повернулся к сыну.

– Мать очень недовольна этой шлю… - и сын хозяина замка съёжился от ненавидящего взгляда, которым его наградил отец.

– Вон! – Миртур развернулся к королю. – Смею заверить, что этого больше не повторится.

– Вы уверены? А вот я лишний раз убедился, что с вашей семейкой невозможно быть уверенным ни в чём, - голос его величества донельзя отдавал холодом. – Вирни, надеюсь, что этот хам не нанёс непоправимого ущерба, и вы всё-таки порадуете меня своим выступлением?

– Оо-о-о, - пролепетала Вирнисса, позволяя слезам пролиться крупными каплями, - вы так великодушны. Нет, он не успел, да и мне уже приходилось постоять за себя и свою честь. Вся ваша, господин монарх, все мои таланты только для вас.