Чтение онлайн

Я открыла блистер с таблетками. Выпью все сразу и бахну себе укол, вот такая вечеринка меня ждет. Набрала в шприц лекарство, достала спиртовые салфетки и посмотрела на весь этот набор начинающего наркомана.

А потом на тест.

Да ну нет.

Не может быть.

Потому что этого не может быть никогда.

Или?

В туалет я не шла, кралась, как стыдливый вор. Озиралась, смотрела на окна, из которых доносилось новогоднее веселье.

Я даже не стала делать все по инструкции. Не зачем. В моей жизни было тысяча тестов, каждый из которых разбивал мое сердце на осколки. Подержать несколько секунд, подождать от трех до пяти минут и прочее и прочее. Я всегда все делала как надо, а мой организм - как ему хочется.

И в этот раз я решила пойти наперекор правилам. Потому что все это не по настоящему, и вообще, я просто оттягиваю время перед болезненным уколом. Ненавижу колоть себе задницу. С нее только сошли синяки после подготовки к ЭКО.

Я держала тест перед глазами и не отсчитывала нужные три минуты. Какая нахрен разница, если итог один?

И полоска одна. А рядом с ней… другая.

За годы планирования я видела разные полоски. Фантомные, придуманные мною, полоски призраки, которые были заметны только под определенным углом, полоски надежды, которые видела я и Титов, потому что мы хотели их увидеть и наконец мерцающие полоски, которые видны только на свету и исчезают если попытаться их сфотографировать на телефон.

Я видела много, очень много тестов и полосок на них.

Но таких ярких - никогда.

Макс.

Новый год прошел в забытие.

Самый лучший семейный праздник, один из самых значимых для меня и Сони - пропал. Стал тенью того времени, которое мы всегда проводили вдвоем, оставляя проблемы, заботы, работу за пределами этих выходных.

Сегодня мне позвонила теща с кучей претензий и совершенно нетрезвыми доводами о том, что квартира, в которой мы жили должна достаться пострадавшей стороне, раз уж “я такая скотина, не умеющая держать хозяйство в штанах”.

– Я позабочусь о Соне.

– Да уж спасибо, позаботился уже? Бедная девочка, так сегодня плакала…

– Марина Леонидовна, - вкрадчиво уточнил я, - мы ведь оба понимаем, что вы сейчас не о дочери печетесь? При любом раскладе, квартира останется за Соней. Но я приложу все силы, чтобы вам от нее не досталось и метра.

– Хам!

И бросила трубку.

Несложно понять, почему жена не спешила сообщить своей маме о нашем разводе. Та не стремилась ее поддерживать ни в каких начинаниях, всю заботу о дочери переложила на своих родителей, а сама пыталась наладить личную жизнь.

Но и в этом не преуспела, лишь топила печаль и одиночество на дне очередного бокала вина.

В этом мы были с ней похожи, но только на один день.

Я не знал куда себя сегодня деть.

К тридцать первому декабря все дела оказались законченными, но я все равно остался в офисе. Только я и охранник на все шестнадцать этажей. Не думаю, что можно опуститься еще ниже.

Люба прислала сообщение: “С новым годом”.

Просто слова. Без каких либо дополнительных атрибутов, вроде скобочек или смайликов. Сначала подумал, что ей нужна помощь. Но если была бы нужна - она бы сказала? Черт. Это мы еще не обсуждали. Мы вообще ничего не обсуждали, хотя рано или поздно придется.

Но не сегодня. Не в этот день. Отправив ей в ответ такое же простое сообщение, задумался о том, куда податься.

За два часа до полуночи мне позвонил брат.

– Привет, разведенка!

Егор был старшим из нас, но только по годам.

В свои тридцать пять - все еще холост не только по паспорту, но и по состоянию души. Его единственной любовью было программирование и все, что связано с компьютерами. Женщины видели в нем неотесанного и непокоренного мужлана, питали надежды, ломали гордыню и уползали в сторону, зализывать раны от неразделенных чувств и планов на будущее. Он был высоким, плечистым, хмурым и иногда пугающим со своей густой бородой и коротким хвостиком на затылке.

– Отвали, дровосек! Ты сегодня один?

– Хочешь принести мне тазик оливье? Как мило, сладкий!

В любой другой ситуации, я бы ответил в духе пошлых американских комедий, потому что мы с братом именно так и общались, но сейчас просто промолчал. И это было куда красноречивей любых слов.

– Макс, дуй ко мне.

– Не могу, тут дела по работе.

– Не гони. Нет такой работы, которую нельзя бросить ночью. Только если ты не подался в элитный эскорт.
– Я молчал.
– Хочешь наказать себя, верно?

Брат всегда был сообразительней меня. И точно не совершил бы моих ошибок.

– Макс, давай начнем хлестать тебя по щекам с первого января? А куранты встретим вместе. Я тоже не хочу быть этой ночью один.

– Вот же черт.

– Я Лизку из десятого “Б” на свидание меньше уламывал, - засмеялся Егор.
– Давай, Макс. Как раз под речь Владыки приедешь.

Я сдался и, нехотя закрыв ноутбук, вышел из кабинета. Попрощался с охранником, пожелав ему счастья в новом году и направился на парковку. Закупиться и добраться до брата заняло около полутора часов.

Он радушно меня принял, дал пару подзатыльников, но на столе уже стояли пара хайболов и лед. Закуски организовались в процессе распития первой порции. В отличие от тещи Егор был в курсе всего случившегося между нами с Соней. Знал и причину развода и то, что причина эта с последствиями “непреодолимой силы”. Не осуждал, по крайней мере вслух, но по какой-то причине я был уверен, что попроси его Соня отбить мне детородный орган, Егор сделал бы это без раздумий.

Он был ей как старший брат, которого у нее не было. Больше, чем друг и надежнее, чем скала. Я знал, что они продолжали общаться, и был этому рад.

– Ты ей звонил?
– спросил Егор.

– Мы на работе каждый день видимся.

– Так ты ей звонил? Сегодня? Новый год же.

Я закатил глаза и опрокинул порцию горячительного. Благородные напитки так бестолково не пьют, но честно говоря было совсем не до церемоний.

– Нет.

– Так и как ты планируешь снова с ней сойтись?

– Бл*ть, Егор! Иди ты со своими вопросами в ж*пу!

Брат пожал плечами, встал из-за стола и ушел, прихватив недопитую бутылку и закуски. Я не часто выпивал, поэтому от четырех порций в голове гудело. Достал смартфон из кармана, открыл список вызовов, но Сони среди последних не было. Потом зашел в мессенджер и уже там обнаружил, что последний раз она мне что-то писала больше недели назад. По работе. Коротко. Сухо. Официально.

Ударив по столу от негодования, я вскочил на ноги с намерением ринуться вон, доехать до своего дома (да, да, это все еще, мать его, был и мой дом тоже!) и, если потребуется выломать дверь, чтобы увидеть ее. А увидев - обнять. И любить. Любить. Любить так как ей хочется. Любить, чтобы она все поняла и простила.

Но картинка перед глазами оказалась до ужаса неясной. Магнитики на модном двухдверном холодильнике Егора слились в одну яркую какофонию с черным глянцевым фоном.

– Эй, ты куда собрался?
– брат схватил рукав моей куртки, в который я не мог попасть кажется раза четыре.
– Проспись, а потом потащишься замаливать грехи. Соне итак не просто, еще убирай потом за тобой, остолоб.