Чтение онлайн

— Папа, ты приедешь провожать нас? — просит умоляющим голосом сынишка.

Господи, как же это всё пережить. Прошу мысленно Кирилла придумать что-нибудь и ответить «нет». Не хочу, чтобы он приезжал в аэропорт.

— Конечно, приеду, — как назло, отвечает Кирилл.

— Илья идём скорее, — поторапливаю сына.

Ваня уже стоит рядом со мной, держу его за руку. Илья, наконец, отлепляется от отца, идёт, опустив голову. Стыдится своих слёз и чувств.

Надо будет поговорить с ним об этом, сказать, что стесняться нечего. Но это потом, сейчас самой бы не разреветься. Вижу, что Кирилл идёт вслед за Ильёй. Не хочу, чтобы прикасался ко мне, выскальзываю за дверь вместе с Ваней. Кира это не останавливает. Выходит вслед за мной. Приседает перед Ваней, что-то говорит ему, у меня в ушах гул.

— Хочешь приехать ко мне в гости? — доносится до меня вопрос Кира словно сквозь плёнку.

— Если Лена разрешит, — отвечает Ваня.

— Сейчас спрошу у неё.

Кирилл встаёт. Нависает надо мной, я вздохнуть боюсь, чтобы не выдать своего волнения.

— Лена, может, приедете ко мне в гости? Я вам острова покажу. Отдохнёте хорошо.

— Д-да. Почему нет.

Сейчас я готова согласиться лишь бы скорее уйти отсюда.

Берёт мои руки в свои. Притягивает к себе. Наклоняется, чтобы поцеловать, но я отворачиваюсь, и его губы мажут по щеке.

— Лена…

— Меня такси ждёт.

Выдёргиваю руки из его пальцев. Беру Илью за его потную ладошку и, едва не срываясь на бег, иду подальше от номера. Подальше от Кирилла.

Сборы, суматоха, какие-то звонки от знакомых, кто вчера смотрел интервью. Все поздравления сливаются в повторение одних и тех же фраз: «Счастья, успехов, здоровья». Я им безмерно благодарна, но сейчас они очень некстати, а может, кстати. Так я хотя бы не думаю о Кирилле.

Мы уже собраны. Снова ждём такси, которое отвезёт нас аэропорт. Мальчишки непривычно притихшие, не кричат и не спорят. Вибрирует телефон. Незнакомый номер. Беру по привычке.

— Привет!

— Игорь? — не верю своим ушам. Мы не общались с ним с последней встречи, когда подписывали документы.

— Неужели так сильно изменился?

— Нет. Просто не ожидала.

— Видел твоё интервью. Молодец, хорошо держалась.

— Спасибо, — мне приятно, но я держу с ним дистанцию. Чувствую в неё угрозу.

— Значит, не зря Кир вложился в твою раскрутку. Чувствовал, что не прогорит дело.

— Что? — переспрашиваю. Может, он что-то напутал?

— Я тоже в тебе не сомневался. Ты действительно хорошо пишешь, — продолжает Игорь, словно не слышит моего вопроса.

— Подожди. Что ты сказал про раскрутку? Не поняла.

— Так Кирилл же всё организовал. Нанял агента, чтобы он с тобой связался, оплатил первый тираж, его рекламу. А ты что не знала?

Ноги становятся ватными, а из груди выходит весь воздух, как из спущенного шарика. Я даже ответить ничего не могу.

— Лена? Ау. Ты где там?

Делаю над собой усилие, заставляю вдохнуть. Воздух врывается в лёгкие, а голова начинает кружиться.

— Да, Игорь. Я тут. Спасибо за поздравления. Конечно, знала. Просто не разобрала твои слова…связь прерывалась.

Горжусь собой, как невозмутимо звучит мой голос. Хоть чему-то я всё-таки научилась в браке. Держать свои чувства под контролем заслуга Кирилла. Он это делает мастерски.

— А, понятно. Рад, что у вас с Кириллом всё хорошо. Правда, не думал, что ты его простишь.

— Я и не простила. Не путай личные и рабочие отношения. Раскрутка моего творчества — его личная инициатива. Я ему ничем не обязана.

— Ну да. Верно. А ты изменилась. Даже не верится, что это та самая Лена говорит.

— Ну не всю жизнь же мне нытиком быть, у которого всё плохо.

— И то верно. Ты молодец.

— Ещё раз спасибо Игорь. Было приятно тебя услышать. Но мне сейчас некогда, надо в аэропорт ехать.

— Хорошо. До встречи.

— Пока.

Сбрасываю звонок. Беру детей и спускаемся к такси. А неожиданную новость заталкиваю подальше в память. Я подумаю об этом, когда останусь одна. Сейчас некогда.

Телефон разрывается от звонков, но никто об этом не знает. Только я вижу, как на безмолвном мобильнике раз за разом вспыхивает незнакомый номер. Но я точно знаю, что это Кирилл. И если утром я ещё сомневалась в своём выборе, то теперь нет.

Я специально сдала билеты и купила на другой день, только чтобы не видеть его больше.

Мы едем в сапсане до Питера вместо того, чтобы лететь домой. Я предложила мальчикам съездить в музей магии. После фильмов о Гарри Поттере я знала, что им будет интересна эта тема, но хотела оставить развлечение на следующую поездку. Мальчишки приняли новость с восторгом. Даже Илья немного повеселел.

— А как же папа? Он ведь обещал проводить нас, — напомнил сын. На что мне пришлось соврать.

— Я папу предупредила, он не против.

И я действительно написала, чтобы он нас не провожал. Но не сказала, что мы едем в Питер. Вообще ничего больше не сказала. И теперь он звонит уже больше получаса, не делая ни секунды передышки, наверно, на автоматический дозвон поставил. А мне только остаётся наблюдать за бесконечно светящимся экраном. Ну хоть звук и вибрацию успела выключить.

Замечаю задумчивый взгляд Ильи, и прячу телефон в сумочку. Чувствую себя преступницей перед сыном, за ложь.

А мне просто больно оттого, что Кирилл нисколько не изменился. Я думала, он действительно отпустил меня. Но получается, всё было иллюзией? Он контролировал каждый мой шаг. Он всё знал. А может и это интервью тоже куплено?

Я думала, что хоть в этом добилась сама успеха. А он в очередной раз доказал, что я никто без него. И если бы не Игорь, я, возможно, никогда бы и не узнала.

Любитель тайн и интриг. Как же это надоело! Ведь мог же хотя бы сказать об этом.

Но внутренний голосок шепчет мне, что я сама себе вру. Если бы он сказал, я бы не приняла его помощь. И от этого злость с новой силой поднимается внутри.

Я не хочу быть ему обязанной, так сложнее уходить. Я ведь приняла решение. Правильное решение. Так будет лучше. Вот только Кирилл теперь в моих глазах не выглядит уже тем мерзавцем каким был.

Как же всё сложно!

Ничего, переживём, — успокаиваю себя. — Он сейчас успокоится. Немного понервничает и успокоится. А потом вернётся в свою новую жизнь на островах. У него же там всё отлично. И жену себе там новую найдёт. Местную аборигенку желательно.

Боже, что я говорю. Я ведь никогда не желала ему зла.