Чтение онлайн

– Вам не хватает ребенка, а современные репродуктивные технологии творят чудеса, - вещает, меряя шагами пол. – Со своей стороны я попытаюсь убедить Матвея. Понимаю, что не каждый мужчина пойдет на эту процедуру, особенно, если причина в жене, - покосившись на меня, прочищает горло. – Но я его уговорю. Клинику я тоже подыскала. Считай, внесу свой вклад в строительство вашей ячейки общества.

– Дело в том, что… - растерявшись, поглаживаю живот и кусаю губы.

Признаться? Это ведь такое счастье – долгожданная беременность. Нам с Матвеем не нужно ЭКО. Совсем скоро у нас и так появится малыш. Или малышка.

Сердце начинает биться чаще, и сквозь его стук прорезается командный голос свекрови:

– Что?

Встречаемся взглядами. Она мрачнеет, сканируя меня с ног до головы. Я настороженно замираю. Шестое чувство вынуждает меня закрыть рот на замок.

– Нет, ничего, - качаю головой. – Просто Матвей попросил меня все обсуждать с ним. Такие важные решения я не могу принимать в одиночку. Спасибо вам за беспокойство и заботу, но мы дадим ответ после того, как поговорим, - улыбаюсь как можно теплее, но спотыкаюсь об лед в глазах свекрови.
– Вы что-то еще хотели сказать?

– Нет, - отрывисто бросает и наконец-то покидает кухню. Я выдыхаю, не скрывая облегчения.
– Надеюсь на твою сознательность, - оборачивается в коридоре.
– Ты же сама понимаешь, что любому мужчине нужен наследник, - подчеркивает, поднимая указательный палец.
– Сын.

– А если дочь, со скалы сбросим? – хмыкаю с сарказмом.

– Шуточки у тебя… - морщится Нина Евгеньевна.

В ответ загадочно улыбаюсь. Для меня не имеет значения пол ребенка, но я чувствую, что будет девочка. Папина принцесса, которая очарует Матвея с первого дня. Уверена, он полюбит нашу малышку и бросит весь мир к ее крохотным ножкам. «Александрия» достанется дочери.

Делаю вдох и ненароком впускаю в себя мерзкую ваниль. Тошнота подбирается к горлу. Кажется, внучка не в восторге от знакомства с бабушкой.

– Поспешите, Нина Евгеньевна, вас наверняка Гуля заждалась, - тороплюсь избавиться от нее, пока случайно не раскрылся мой секрет.

– Напрасно ты язвишь, - отчитывает меня.
– И Матвею запрещаешь с подругой детства общаться. Она же ему как сестра.

– С сестрами не спят, - выпаливаю на рваном выдохе.

Ревность опять поднимает голову, скребется внутри, царапает сердце, врезаясь в него когтями. Я собственница, так что пусть бывшая Матвея остается в прошлом. Ничего даже слышать о ней не хочу. Для меня она умерла.

– Тебе бы поучиться у Гули женской мудрости и такту.

– Нина Евгеньевна, вам пора, - холодно произношу, открывая дверь.

Свежий воздух, напитанный озоном после ночного дождя, помогает мне подавить тошноту. Насыщаюсь кислородом, и мысли проясняются. Становится легче.

Взгляд цепляется за машину Матвея, припаркованную во дворе. Боковым зрением улавливаю темную фигуру, приближающуюся к крыльцу.

– Ох, все-таки какую глупейшую ошибку мой сын совершил, - летит мне в спину от ни о чем не подозревающей свекрови. Ядовитая стрела попадает в цель, но не причиняет мне вреда.

Нины Евгеньевны больше не существует.

В этот момент я всецело сконцентрирована на муже. Взволнованно изучаю его уставшее лицо, темные круги под глазами, насупленные брови. Слежу за каждым движением. Замечаю, как он осунулся за ночь в больнице и, кажется, даже похудел. Жалею его, хочу обнять и расцеловать. Вместо этого вдруг начинаю плакать. Я так испугалась за его здоровье, что сейчас, когда самое страшное уже позади, эмоции берут верх, и я не в силах контролировать себя.

– Мэт, - всхлипываю, выходя к нему навстречу. – Ты как?

Матвей хмурится, ускоряет шаг, поднимается по ступенькам, оказываясь напротив меня.

– Убирайся из нашего дома, - рычит вместо приветствия.

Глава 36

Матвей

Из больницы я не выхожу, а буквально сбегаю. Несмотря на вертолеты в голове, горькую тошноту поперек горла, литры капельниц в организме и промытый до стерильности желудок, я быстро шагаю к машине. Правда, не знаю, как сяду за руль в полусонном состоянии.

Плевать.

Скорее бы домой. К жене, которая тоже всю ночь глаз не сомкнула. Мы созванивались чуть ли не каждый час, а обменивались сообщениями еще чаще. В какой-то момент у меня возникло ощущение, что она действительно рядом, обнимает меня и держит за руку. Моя нежная Валькирия. Наверное, я был не прав в тот раз, когда скрыл от нее несчастный случай, оставивший мне шрам. Я оберегал Ксюшу и чересчур опекал, порой до фанатизма, а она у меня сильная, стойкая девочка. И сейчас она нужна мне как никогда.

Как только я убедился, что пострадавший из-за меня повар под надежным присмотром, я оплатил ему весь курс лечения и сразу же собрался домой. От госпитализации категорически отказался. Врачи признали, что угрозы для жизни нет, лекарства выписали, диету назначили. Что еще нужно? В кровати я и дома могу полежать. С Ксюшей.

При мысли о ней я невольно улыбаюсь. За ночь соскучился дико, да и жена измучилась в ожидании непутевого мужа.

Из-за меня ей пришлось понервничать, поэтому я спешу ее успокоить. Набираю номер, но в ответ доносятся холодные гудки. Она наверняка уснула под утро. Пусть отдохнет.

Опомнившись, быстро отключаюсь, чтобы не тревожить ее. Стоит мне занять водительское кресло и завести двигатель, как телефон требовательно вибрирует.

– Да, Ксюша, я уже… - выпаливаю, как только снимаю трубку. Отвечаю незамедлительно, даже не взглянув на дисплей.

– Я, конечно, не Ксюша, но если будешь всю жизнь кормить меня деликатесами из своего ресторана, я обещаю подумать, - вместо нежного щебета жены звучит ехидный голос Воскресенского. – Хотя у тебя здесь то ложные трюфели, то диверсии, то шпионы с глубоким декольте. Нет, не обессудь, но я отказываюсь, - смеется, заходясь хриплым кашлем.

– Доброе утро, Костя, ты в ресторане? – устало бубню, откидываясь на спинку кресла. Расфокусированным взглядом кружу по территории больницы, убрав руку с панели передач.

– Заехал на минуту, но в целом мои ребята сами справляются на отлично, - отчитывается юрист.
– Проводят проверку тихо-мирно. Нашли кое-что интересное, пообщались с поставщиком. Однако вопрос остается открытым: как нам быть дальше? Ты же не хочешь давать делу ход…

– Если всплывет информация об отравлении в ресторане, это станет ударом по моей репутации, возможно, смертельным, - обреченно качаю головой, с силой сжав пальцами переносицу.
– Я не могу так рисковать, поэтому и обратился к тебе.