Чтение онлайн

По спине мальчика пробежался холодок.

– Почему он на нас так смотрит? – почти шепотом спросил ребенок.

– Следит или чего-то выжидает, – ответил пианист, не отвлекаясь от клавиатуры.

– Ты думаешь, он телохранитель?

– Канги с охраной? Я бы поглядел на это.

Пока пугающий громила непрерывно сверлил глазами Китэ и Бернта, Канги трясущимися руками потягивал из стакана очередное горькое месиво Бранда. Он морщился, но, судя по всему, не из-за вкуса, а из-за жжения в разбитых в кровь губах. За все те минуты, сколько охотник здесь находится, он еще не проронил ни слова.

– Зачем просил о встрече? – спросил хозяин.

Канги боязливо глянул на своего спутника, словно хотел убедиться, смотрит ли тот на них. Поймав страх в глазах молчуна, Палатем быстро уловил мысль, что сидящий сзади далеко не товарищ очкарика.

Ну, что-то подобное он предвидел – хозяин всегда знает все наперед.

– А как насчет твоего друга? Не желает ли он к нам присоединиться? – непринужденно вопросил Палатем.

Третий наполненный алкоголем стакан по-прежнему покоился на столешнице.

– Спасибо, откажусь, – не отводя взгляда от парочки за инструментом, ответил мужчина позади. – Хугин, должно быть, предупредив о моей компании, забыл упомянуть о негативном отношении к алкоголю своего товарища.

– Совсем из памяти вылетело, – Канги нервно хихикнул.

– Ах, вот оно что, – пробормотал Палатем и, развернувшись лицом к незнакомцу, уже в привычном спокойном тоне продолжил: – Я так полагаю, Хугин, – выделил он, – просветил тебя касательно моей скромной персоны. Думаю, было бы логично и, в первую очередь, тактично нам узнать имя гостя.

– В этом нет необходимости. Это наша первая и последняя встреча.

Китэ чуть не сорвался с места, когда хозяин отошёл от барной стойки и сел на диванчик напротив дерзкого гостя. Мальчику жаба с черными глазенками не понравилась, особенно запах, исходивший от неё – от чужака несло чем-то гадким.

– Буду говорить прямо, – Палатем не глядя махнул Бранду, – Хугин не из тех, кто заводит друзей, уж мне это известно. Так кто же перед нами?

– Никогда бы не подумал, что буду сидеть вот так, в баре, рядом с человеком, чьё имя, говорят, писано кровавыми чернилами, а путь проложен костями тысячи отобранных им жизней. Земля полнится легендами, несмотря на то, что глава, так называемой, семьи Ласерта, самый обычный человек из той же крови и плоти. Не более, – последние слова он произнес с особенным наслаждением.

Палатем на услышанное лишь зловеще усмехнулся. Бранд и Бернт эмоций не выказали, а вот Китэ уже не знал, куда себя деть, только бы не начать кричать от обиды за хозяина – тот никогда не убивал людей! Мальчик яростно вцепился в книгу, ногтями сдирая пленку и оставляя на ни в чём неповинной обложке глубокие порезы.

– Эй, – тихо окликнул его Бернт, подняв глаза. – Ты чего?

– Хозяин – не убийца, – разразился Китэ.

Пианист смутился, не зная, что ответить.

– Не обращай внимания. Он провоцирует босса, вот и несет, что попало. Успокойся, – Бернт вновь приковал взгляд к клавиатуре. – Лучше посмотри на свою книгу. Продолжишь в том же духе, и кроме клочков от неё ничего не останется.

Не сразу поняв, о чём тот говорит, Китэ опустил взор на колени и от увиденного зрелища в ужасе едва не вскрикнул. К глазам подступили слёзы. Тщетно пытаясь разгладить торчащие в разные стороны лохмотья обложки, мальчик был готов разрыдаться. Теперь помимо обиды за хозяина, он испытывал обиду за книгу, которую собственноручно испортил, не нарочно, но испортил.

Бранд подсуетился и вскоре на столе оказался очередной стакан виски.

– Можно было обойтись без красивых вступлений. Раз это наша первая и последняя встреча, то к чему юлить – раскрываем карты, а дальше уж как партия пойдет, – сказал Палатем, метнув колючий взгляд в спину Канги, что в страхе вжимался в барную стойку.

Упирающийся уголками в обвисшие щёки маленький рот громилы растянулся в жутком оскале.

– Бернт, как насчет того, чтобы сыграть что-то из классики? – обратился Палатем к пианисту, не сводя глаз с оппонента, – Вечер обещает быть интересным, так почему бы не сопроводить его отличной музыкой?

Китэ был настолько поглощен страданиями по книге, что не успел вовремя среагировать на воткнувшуюся иголку в предплечье. Воспользовавшись особым началом мелодии, где требовалась лишь левая рука, правой Бернт что-то ему вколол. И, судя по тому, как ампула на игле стремительно опустошалась, мальчик понял, что сейчас произойдет нечто неприятное.

– Что это? – одёргивая руку, непонимающе спросил Китэ.

Он воззрился на пианиста мокрыми от слёз глазами.

– Лекарство. Прости, так надо, – виновато произнес Бернт.

Не прошло и минуты, как по телу с неимоверной скоростью стала расходиться слабость. Всё вокруг потеряло четкие очертания. Мальчик всеми силами пытался противиться сонному состоянию, но оно как мягкое и необъятное одеяло обволакивало его, продолжая всё дальше уводить от реальности.

Последним, что Китэ почувствовал перед тем, как совсем отключиться, было чувство невесомости…

Глава вторая

11 октября, 1962 год. Республика, зона S, район 24

– Давненько ты не захаживал, – протягивая пакет с продуктами, сказала продавщица. – Я уже начала переживать, не случилось ли чего.

– Случилось, – задумчиво ответил Бин.

Продавщица или, как её звали местные, бабуля Цэрин славилась в районе двумя вещами: своим магазинчиком, куда Нефира заглядывал через каждые два дня и покупал редкие для столицы чаи, и изумительной памятью на лица. Вдобавок ко второй особенности полной старушке требовалось от силы недели, чтобы разузнать всю подноготную клиента, начиная от работы и заканчивая самыми сокровенными тайнами. Нет, она не работала на спецслужбы. Просто умелое забалтывание, отработанное за много лет, укоренилось в её повседневных привычках.

– Неудачное дело, да? – спросила Цэрин, ткнув носом на гипс.

– С какой стороны посмотреть, – не меняясь в лице, проговорил парень.

– Ох, – вздохнула старушка, – не стоило тебе так рано выходить из больницы. Полежал бы недельку одну – другую.

Сегодня весь мир готов был сплавить Бина куда подальше.

Подцепив здоровой рукой пакет, парень ещё раз прошёлся глазами по полкам, убеждаясь, что ничего не забыл. Молоко, сиреневый чай, сыр, фасоль, макароны, соус, хлеб, специи, зелень… Между стеллажей взгляд остановился на девочке-подростке с косичкой на затылке, в движениях которой Бин узнал соседку из квартиры этажом ниже. Та внимательно разглядывала ценники, на ходу делая какие-то пометки в потрепанном блокнотике.

Недолго думая, парень поставил пакет на пол, вытащил из грудного кармана кожанки кредитку и протянул её Цэрин. Старушка покачала головой, всем своим видом показывая, что действия Бина ни к чему хорошему не приведут, хотя карту всё-таки взяла.

– Я зайду за ней позже, – бросил парень и, схватив пакет с продуктами, вышел из магазина.

Не оглядываясь и ёжась от холода, Бин пошагал по шумной улице в направлении к дому. Безжалостный ветер терзал кожу, гоняя кровь по суженным сосудам. Кроны почти облысевших деревьев покачивались в такт порывам, кучки шуршащих листьев под метлами дворников разлетались в стороны, поддаваясь хаотичным потокам циклона. Под общий уличный концерт гудящих машин, оживленных бесед прохожих и мелодий из местных магазинчиков парень размышлял о работе – спасать положение или смириться.