Чтение онлайн

Врач осматривает.

– Операция не понадобится. Но вправить придется.

– Вправляйте.

– Анестезию сейчас сделаю. Аллергия есть?

А я даже не знаю, можно ли мне теперь анестезию. Вспоминаю, как краем уха слышала, что наши девочки говорили: все стоматологические проблемы надо решать до беременности, потому что потом анестезия - это очень вредно для ребенка.

– Не надо анестезию, давайте так.

– Ну что Вы… Это болезненная процедура.

– Да потерплю я.

– Зачем же терпеть?

– Не надо анестезии, - нахмуриваюсь я, делайте так.

– Яра, не гони… - скрещивает руки на груди Иван.

– У вас какие-то противопоказания?

Ну как-то это не феерично сообщать Ивану про ребенка так.

Для него это, считай, сенсация! И надо как-то… праздник ему замутить, короче. Чтобы прочувствовал на полную. Так как за вторым я ни за что не пойду!

– Никаких. Хочу так, без анестезии.

Врач, с вопросом в глазах разворачивается к Ивану. Видимо уточнить, не сумасшедшая ли я.

– Вправляйте, - пожимает Иван плечами.

Врач, попшикав в нос лидокаином, принимается за дело.

С воплем хватаюсь за ручки кресла. Из глаз фонтаном слезы. Но быстро все…

– О… Ммм… Фак! Зольников… - зло рычу я.
– Гад…

– А я то чо?!

– Люблю тебя не могу, - цежу я сдавленно.

– Маньячка!
– закатывает он глаза.

– Это от отека и гематом, - мажет сверху гелем.

На переносицу - широкий телесного цвета пластырь с порами. Лепестками он уходит под глаза.

Уже пошли синяки.

Красавица, твою мать!
– смотрю на себя в зеркало.

Но Зольников смотрит умилительно, будто и правда красота неописуемая.

– Чего улыбаешься?
– скашиваю взгляд.

– Я просто рад… - пожимает плечами.
– Что мы отделались носом.

– Мда… Поехали.

У нас доклад Полкану.

Вытаскиваю из бардачка хамелеоны. Так поприличнее…

Кладу руку ему на бедро. Сжимаю, щупая мышцу.

Накрывает каким-то нелогичным ощущением новизны.

Улыбаюсь.

– Чо такое?
– бросает на меня взгляд.

– Охуенный ты…

Расплывается тоже в улыбке.

И мы сидим и фантанируем эндорфинами. Хотя у нас вообще-то, военное положение!

На этаже нас тормозит отряд силовиков в балаклавах.

В воздухе висит концентрат адреналина. Мужики сжимают автоматы, позы агрессивные, обращения друг к другу по уставу.

Достаю документы, снимаю очки.

– Зольниковы это. Пропусти!
– отдает приказ командир.

Залетаем в конференц-зал последними, немного опоздав. Делаю вдох поглубже, внутренне уговариваю себя смириться с любым решением Виктора по моей персоне. Отстранит, вероятно. Вероятно, надолго. И никакие оправдания, что я пыталась защитить семью сейчас не помогут. А потом, отойдет, конечно… Я как раз из декрета выйду.

Все будет нормально.

В кабинете большая команда людей Полкана.

Оба брата тоже здесь. Сергей прерывается, заметив нас.

– Продолжайте, майор, - подгоняет его Виктор.

Встречаемся с Виктором взглядами. Его лицо тоже разбито.

Наверное, тоже было жёстко здесь.

Сергей, периодически бросая взгляд на экран телефона, читает отчёт.

– …На майора Мансурова заведено дело по превышению служебных полномочий по нескольким эпизодам. На данный момент место нахождения майора не установлено.

– Подать в федеральный розыск.

– Будет сделано, товарищ полковник. Вся рабочая группа Мансурова задержана до выяснения.

– А Зольникова?
– бросает кто-то вопрос.
– Почему не задержана?

Да, я тоже часть группы Мансурова.

Иван напрягается рядом.

– Зольникова была внедрена в группу по моему приказу. Отлично отработала. Будет представлена к награде, - не поднимая глаз от бумаг небрежно комментирует Виктор.

Поднимает на меня взгляд.

– На данный момент переходит под командование майора Зольникова…

Сергей незаметно подмигивает мне.

– ..Получает свою оперативную группу, - продолжает полковник.
– Забирает в разработку дело Мансурова.

Не веря своим ушам, встречаюсь взглядом с Иваном.

‘Чего это с ним?” - дёргаю бровями. Даже не покарает меня, что ли?

– Что за грузовик с пряниками?
– шепчу я не двигая губами.

– Внезапно… - тихо бормочет Иван.

– Распоряжения будут завтра. Пока что приводим в порядок рабочие места, документы… Работаем дальше. Все свободны. Зольникова, задержись.

Жду у стеночки пока все выйдут.

Остаёмся вдвоем с Виктором.

– Серьезно?
– дёргаю бровями.

– Нашла себе цветочек аленький, теперь разгребай. Не мне же за ним бегать? У Сереги с Андреем тоже дел дохера. А ты девочка уже у нас опытная в оперативной работе… Показала себя…

– Почему ты меня остановил?

– Надо вывести хороших людей из под удара. Да и девчонку Лазарева жалко. Если вытащим ее, Лазарев станет очень полезным человеком для нас.

– Что мне делать? Какие распоряжения? Если я не могу его арестовать и ликвидировать.

– Найди. Запеленгуй. Следи. Я пока поработаю с компроматом на хороших людей. Параллельно ищи девочку. Найдем её, потом… Ясно?

– Так точно.

Морщась разглядывает моё лицо.

– Ну как ты?

– Норм, - пожимаю плечами.
– А ты?

– Терпимо.

– Могу идти, товарищ полковник?

– Иди… Стой.

Поворачиваюсь.

– Иван там любит тему разогнать, что я тебя недолюбливаю.

– Мм… Ну да, - поджимаю губы.

– Это неправда, - вздрагивает его лицо.

Опускаю, улыбаясь, взгляд.

Такие вот нежности от полкана! К глазам подкатывают слезы, к горлу ком.

Это что такое?!
– в ужасе не дышу.

Какие нахуй слёзы еще?!
– психую я. Но все расплывается перед глазами.

Поспешно вылетаю за дверь, врезаясь в Ивана.

С его лица стекает улыбка.

– Чо он сказал?!
– звереет Зольников, а шоке глядя на мои потекшие слезы.
– Ну, блять, всё…

Дёргает за ручку двери, решительно залетая в кабинет полкана.