Чтение онлайн

– Приплыли, – расстроился я. Вот совсем не помнил, как мы обходились без телефонов. Рассчитывал, что у них тут есть телефоны, пусть стационарные, дисковые, но есть. Видимо, спутал с восьмидесятыми, когда эта проблема частично была решена…

В дверь заглянул Славка.

– О друг, привет, – обрадовался я. – Что нового? Полянский доставал?

– Привет, Пашка, – так же обрадовался Славка. – Нормально вроде. Пока ты здесь, не сталкивались. Я уже научился их издали различать и обходить.

– Эх, а я бы не стал обходить. Устроить бы им хорошую провокацию с тяжелыми последствиями, – у меня руки чесались. Молодой организм засиделся и требовал физической разрядки.

– Поаккуратнее с желаниями. Они иногда исполняются, – осадил меня Иван, выходя из палаты.

– Когда тебя выпишут? – спросил Славка.

– Надеюсь, скоро. Мне здесь уже сильно надоело.

– У нас контрольная по алгебре в понедельник.

– Ох, алгебра. Мой любимый предмет, – пробормотал я.

– Ты шутишь? Ты же ее терпеть не можешь.

– Шучу. А ты шуток не понимаешь? И в школе тоже шутники. Ну кто делает по понедельникам контрольные? И так день тяжёлый. Я не помню ничего. Не успею за выходные повторить, даже если ты прямо сейчас сбегаешь за учебником.

– Да уж. Повторять бесполезно, – согласился со мной Славка. – Перед смертью не надышишься.

– Что делать? – спросил я его, подпуская отчаяния в голос.

– Что и всегда, – спокойно сказал Славка. – Будем списывать у Юльки.

– Что за Юлька? – сразу оживился я. – А она даст?

– Что даст?

– Списать даст?

– Куда она денется? В смысле, всегда давала.

– Интересно девки пляшут. Мне ещё сильнее захотелось отсюда сбежать, – сказал другу, окончательно успокоившись.

В палату зашёл Иван.

– Вань, у меня контрольная по алгебре в понедельник. Как мне выписаться? Завтра будет обход?

– Завтра не будет. Завтра суббота, – ответил Иван. – Я Демьяна сейчас в холле видел, беги отпрашивайся, пока он не ушёл.

Поспешно вскочил с койки и на максимальной скорости поехал в тапках, как на лыжах, по коридору. Славка за мной. Выскочив как ошпаренный в холл, я закричал:

– Демьян Герасимович!

Из приёмного выглянул доктор Юрий Васильевич.

– Что орёшь?

– Мне Демьян Герасимович нужен.

– Зачем?

– Мне выписаться обязательно сегодня надо.

– Что, тоже очередь на машину подошла?

– Нет, Юрий Васильевич. Класс выпускной. Понедельник. Контрольная по алгебре. Не помню ничего. Домой надо, учиться, – я тараторил, изображая эмоционального подростка. Надо добавить побольше драматизма, чтобы поверили, что сильно переживаю. Может и выпустят. А то, если буду сидеть невозмутимо, так продержат здесь еще не пойми сколько.

Юрий Васильевич отодрал мои руки от своего халата. Я даже не заметил, когда взял его за грудки.

– Ну, что вы, голубчик, – в дверях приемного стоял главврач. – Не стоит так переживать.

– Что тут происходит? – раздался громкий, хорошо поставленный строгий голос.

– Бабуля! – вот прямо расчувствовался, когда её увидел. Как она вовремя. Бросился к ней. – Контрольная в понедельник. Надо повторять. Готовиться. Они не отпускают.

Эльвира подошла к нам и поздоровалась со всеми одним кивком головы. Ну, царица.

– Демьян Герасимович. Может, можно юношу отпустить? – спросила она, широко улыбаясь. – Я за ним понаблюдаю. Чуть что, сразу к вам.

– Эльвирочка Эдуардовна, – Демьян расплылся в такой же улыбке. – Под вашу ответственность.

– Конечно, – согласилась бабушка, продолжая улыбаться.

Доктор пожал протянутую Эльвирой руку, и все разошлись кто куда по своим делам.

– Фууууу-х, – выдохнул я. Оказывается, и не дышал весь их разговор, – Ну, бабуля, ты даёшь. Спасибо.

– Иди в палату, – сказала мне Эльвира, и мы со Славкой поспешили подчиниться.

В палате мы ждали недолго. Бабушка принесла мою одежду и обувь. С пальто явно была беда: оно безбожно село после купания в реке, подкладка оказалась значительно больше основного материала. Вот тебе и натуральные шерстяные ткани. Эльвира держала его в руках, молча рассматривая, потом в сердцах бросила на пол. Понимая, что второе зимнее пальто у Пашки Ивлева вряд ли было, я неуверенно спросил:

– Может, дома есть какая-нибудь телогрейка моего размера?

– Поищем, – сказала бабуля каким-то слишком спокойным голосом. – Но я уже завтра за тобой приду. Посмотри, всё остальное подходит? Или тоже мало?

Посмотрел первым делом ботинки в каком состоянии. Жёсткие ужас. Но носить можно. Брюки тоже сели: доходили только до середины щиколоток. Я посмотрел на бабулю, заметила ли она. Она кивнула головой, мол, вижу.

Шерстяные вязанные носки, вроде, растянулись. Рубашка и бельё были х/б-шные и не пострадали. На том мы и расстались. На прощание я обнял бабушку и чмокнул в щёчку.

– Маме привет, – осторожно сказал я. Удивляясь про себя, что она не пришла сегодня.

– Передам, – устало сказала бабуля и ушла. Вскоре ушел и Славка, перед этим высказав мне своё удивление. Точнее, он признался, что сегодня совсем с другой стороны увидел мою бабку.

Мы остались одни с Иваном. Он был подавлен. Я не стал к нему приставать с расспросами, чувствуя, что где-то серьёзно сгущаются тучи.

Только тут до меня дошло, что сегодня его невеста Вероника ни разу не зашла его навестить.

– Ужин! – раздался из коридора голос буфетчицы.

Из-за всех переживаний этого дня, у меня впервые аппетита совсем не было.

И, вообще, надоело: завтрак-обед-ужин, завтрак-обед-ужин, достало. Хочу на волю.

Вскоре в палату закатилась тележка, и на наших с Иваном тумбочках оказались миски с тушеной капустой и тефтельками, чай и коржик.

Мы с Иваном молча поужинали. И легли, думая каждый о своём. Я не заметил, как задремал.

Проснулся от тихого разговора. У Ивана были гости. Они обсуждали какой-то неприятный вопрос. Я это понял по тому, что обычно сдержанный Иван безбожно матерился. Я стал прислушиваться.

– Да как так получилось? – воскликнул он.

– Цушко хитрый, сука, – сказал один из посетителей. Я лежал, отвернувшись к стенке, поэтому ничего не видел. По голосу это был молодой человек.

– Точно все рассчитал. Устраивал на лето студенток из торгового техникума, что практику у него проходили, и свои дела обстряпывал, – услышал я второй голос. – Мерзавец. А эти дурехи и рады.