Чтение онлайн

А вот факиры, позволяющие закапывать себя в землю, добиваются того же результата с помощью периодического сдавливания сонной артерии в области каротидного синуса. К такому же приему, между прочим, прибегают и некоторые нейрохирурги: за несколько дней до операции на сосудах головного мозга они рекомендуют больным сдавливать у себя на шее сонные артерик, тренируя тем самым головной мозг к кислородному голоданию.

Болгарский факир Ивон Ива, сдавливая у себя на шее обе сонные артерии, как бы вызывал при этом «остановку» сердца: сокращения его были настолько слабыми, что тоны сердца не прослушивались, пульс полностью отсутствовал. Один раз после такого опыта сердце стало биться со скоростью 250 ударов в 1 мин. Врачи сказали факиру, что следующая попытка остановить сердце будет для него последней, и он решил больше не испытывать судьбу.

Аналогичное явление еще в 1904 г. описал в своей книге «Дух и тело» академик И. Р. Тарханов. Он говорил об английском полковнике Таунсенде, который произвольно вызывал «остановку» сердца «настолько продолжительную, что впадал от нее в обморочное состояние; тело его во время подобного опыта холодело… глаза делались неподвижными; после нескольких часов такого состояния он вновь постепенно приходил в себя. Долгое время подобные сеансы сходили Таунсенде благополучно, но однажды, произведя при многих свидетелях опыт подобного рода, он скончался вечером того же дня».

Другой, не так печально закончившийся случай связан с именем французского генерала Орнано, который, правда, оказался в подобном состоянии далеко не по собственному желанию.

Во время отступления армии Наполеона из России 18 ноября 1812 г. в сражении под городом Красным генерал Орнано был, как засвидетельствовали военные врачи, смертельно ранен. Один из наполеоновских полководцев — принц Евгений, решив, что генерал мертв, приказал немедленно похоронить его прямо в снегу. Однако после боя один из подчиненных генералу офицеров выкопал его «труп», чтобы отвезти во Францию. Но во Францию генерал Орнано вернулся сам, ибо еще в штаб-квартире французских войск, куда было доставлено его безжизненное тело, он пришел в себя. А 50 лет спустя уже другой французский император, Наполеон III, присвоил Орнано звание маршала.

Вероятно, генерала Орнано спасло от смерти сочетание охлаждения и кровопотери. Вместе с кровью организм теряет питательные вещества и кислород, то есть он оказывается в условиях и пищевого, и одновременно кислородного голодания. А ведь именно сочетание пищевого голодания и кислородной недостаточности наиболее способствует обратимой минимализации физиологических функций организма в условиях охлаждения, погружения в гипобиотическое состояние с последующим «воскрешением».

Еще одним подтверждением тому может служить и пример, описанный В. Флягом в книге «Внимание, лавины» (1960): «После лихорадочных раскопок 2 февраля в полдень был извлечен из снега 26-летний Фрайзенер, погребенный лавиной 21 января в 2 часа 30 минут ночи. Но, увы, он, казалось, был при смерти. Силы его окончательно иссякли в тот момент, когда он испустил последний крик о помощи из своей снежной могилы. Но что это! Он приходит в себя, открывает глаза! Тихим, но ясным голосом он рассказывает о своих муках и счастье избавления: он жив после 13 дней, проведенных в лавине».

В другом случае французский каскадер Бруно Шалюмо специально просидел в автомашине под слоем снега в несколько метров в Альпах в течение 30 дней.

Для того чтобы снежный курган весом в тысячу тонн не раздавил ветровое стекло автомобиля, в котором находился Бруно, его защитили от снега решеткой из стальных пластин. Шалюмо обрядили в специальный комбинезон и снабдили тюбиками с пищей. Вместо физкультуры Шалюмо вызывал у себя мышечные сокращения с помощью электростимуляции. В результате дождей в салон автомобиля проникла вода и залила пол слоем 15 см. Бруно простудился, но все-таки ни разу не поддался желанию закончить эксперимент. Своим опытом этот спортсмен лишний раз доказал, что человек способен выжить в самой непривычной обстановке, если он умеет властвовать собой!

Существует притча о двух лягушках, попавших в банку со сметаной. Одна из них смирилась со своей участью, прекратила сопротивление и погибла. Другая же наперекор здравому смыслу продолжала прыгать, хотя ее прыжки и казались бессмысленными. Под ударами лягушачьих лапок сметана постепенно загустела, превратилась в комок твердого масла. Лягушка обрела опору и выпрыгнула из банки. Притчу эту придумали люди, и в основу ее, судя по всему, лег далеко не лягушачий опыт.

Физиологами установлено, что человек может усилием воли потратить только до 70 % своей мускульной энергии, а остальные 30 % — резерв на случай чрезвычайных обстоятельств. Приведем некоторые примеры таких обстоятельств.

Однажды полярный летчик, закрепляя лыжи у самолета, севшего на льдину, почувствовал толчок в плечо. Думая, что это шутит товарищ, летчик отмахнулся: «Не мешай работать». Толчок повторился снова, и тогда, обернувшись, человек ужаснулся: перед ним стоял громадный белый медведь. В одно мгновение летчик оказался на плоскости крыла своего самолета и стал звать на помощь. Подбежавшие полярники убили зверя. «Как ты влез на крыло?» — спросили они летчика. «Прыгнул», — ответил тот. В это трудно было поверить. При повторном прыжке летчик не смог преодолеть даже половины этого расстояния. Оказалось, в условиях смертельной опасности он взял высоту, близкую к мировому рекорду.

Можно привести множество примеров, свидетельствующих о том, что человек в состоянии чрезвычайного эмоционального возбуждения способен на гигантские мышечные усилия, на необычные для него формы деятельности.

Во время Великой Отечественной войны при обороне

Севастополя группа бойцов вкатила на вершину Сапун-горы тяжелое орудие. Позднее, когда бои закончился, даже значительно большее число людей не могли сдвинуть орудие с места.

А вот какой случай из практики тренировки космонавтов вспоминает Герой Советского Союза Н. П. Каманин в своей книге «Путь в космос начинается с зарядки».

В августе 1967 г. шла очередная тренировка космонавтов — прыжки с парашютом. Над побережьем Черного моря время от времени расцветали белые купола.

С космонавтом Алексеем Леоновым случилось ЧП: когда купол заполнился воздухом, лямка парашюта зацепилась за металлическую спинку, крепящуюся за ранцем, и обмотала ногу космонавта. Он завис вниз головой.

Приземлиться на темя или затылок — перспектива унылая. А тут еще порыв ветра понес парашютиста на прибрежные скалы… Тщетно пытался он высвободить ногу. Тогда, напрягая все силы, он отогнул металлическую спинку и вытащил из-под нее лямку… На земле, уже не один, а с помощью трех других космонавтов Алексей Леонов пытался разогнуть металл, но не смог. Просто так, без крайней нужды не получилось.

В другом случае летчик, покидая терпящий аварию самолет, руками разорвал шланг, соединяющий высотный костюм с бортовой аппаратурой. Позднее такой шланг, армированный толстой стальной спиралью, тщетно пытались разорвать четыре дюжих парня. Как тут не вспомнить слова Наполеона: «Духовная сила человека относится к физической как три к одному».

Зарегистрирован и такой случай. Человек, падая с небоскреба, зацепился рукой за штырь в стене и висел на одной руке до тех пор, пока не подоспела помощь.

Интересный пример описан и в книге X. Лиидемана «Аутогенная тренировка»: «Во время ремонта тяжелого американского лимузина молодой человек попал под него и был придавлен к земле. Отец потерпевшего, зная, сколько весит автомобиль, побежал за домкратом. В это время на крики молодого человека из дома выбежала его мать и приподняла руками кузов многотонной машины с одной стороны, чтобы ее сын смог вылезти. Страх за сына открыл матери доступ к неприкосновенному запасу сил».

Аналогичный случай был зарегистрирован во время землетрясения в Иране, где женщина приподняла весивший несколько центнеров обломок стены, который придавил ее ребенка. Во время другого бедствия — на пожаре, пожилая женщина вытащила из дома кованый сундук со своим добром. Когда же пожар кончился, она не смогла сдвинуть его с места, и пожарники с трудом втащили его обратно.