Чтение онлайн

Ладно, раз Туман сам оставил эту зацепку, то верил, что майор сам догадается. Не буду намекать, но буду за этим следить.

А всех остальных так интересовала тачка, что их эксперты аж чуть не танцевали от восторга. Ещё бы, тачка почти как у Джеймса Бонда, напичканная всем подряд. Это ж редкая удача такую перехватить.

А я даже не поездил на ней толком. Как бы раздобыть себе такую? И сделать шпионскую тачку ещё лучше.

— И что, меня увезут в камеру? — спросил я, когда майор подошёл ко мне. — На допрос?

Холодов помотал головой и показал на свою машину.

— Сможешь в ней поехать?

— А почему бы я не смог? — удивился я.

— Ну вдруг у тебя теперь ПТСР, и ты теперь будешь от машин всю жизнь шарахаться? — задумался он.

— Да так-то я не снежинка, чтобы всего бояться, — я махнул рукой. — Я в детдоме рос, товарищ майор. Никак подбросить хотите?

— Поехали.

Ну и попутно допросит, конечно, раз не отдал своим коллегам, которые очень хотели со мной поговорить. Но мне же лучше. У него мозги варят лучше, и несколько намёков позволят ему составить точную картину.

— Значит, похитил тебя у института? — спросил он, разворачивая машину.

— Да. А можно музыку? — спросил я. — Так спокойнее будет.

— Ты такое не слушаешь, — майор поморщился.

— А вы что, любитель русского рэпа? Или включаете шансон про бандитов?

Холодов усмехнулся и нажал на кнопку передней панели.

— О прекрасная даль, поглотившая небо, — запел Шевчук из ДДТ.

— А вам такое разве слушать можно? — я посмотрел на него.

— А чё нельзя? — он покосился на меня. — Что хочу, то и слушаю. Ты продолжай, Лебедев, продолжай. Или сейчас, или завтра за тобой заеду, или в управление вызову. Но рассказать надо всё. И лучше мне, чем кому-то ещё, потому что я в теме, кто эти люди. И молодец, что оперу не стал говорить. У него своей работы хватает, с трупами и износами, не хватало ему этой экзотики.

И я начал рассказывать легенду, которая крутилась в моей голове. И не просто крутилась, ей вообще был посвящён целый зал, который я пристроил к Палаццо Веккьо, чтобы не забыть ни одной детали.

Отличная легенда, чтобы зацепить как Штерна, так и Гриневича, и чтобы я с Наташей был как бы не при делах.

— Он спрашивал про турбазу, — говорил я. — Что я там делал, что там Наташа делала, и что делал тот лысый. Первым делом начал это спрашивать. И про вас тоже, что вы там делали и что искали, и что тот человек говорил.

— Угу, — Холодов кивнул, ведь это совпадало с тем, что он думал.

— Он ещё как-то сказал, мол, — я сделал вид, что задумался, — мол, конец белому дракону, или что-то такое… я переспросил, он огрызнулся.

— Вот как, — майор аж повернулся ко мне.

Знал про трёх драконов. Значит, ему будет проще поверить. Я продолжал рассказывать…

Несколько часов спустя. Флоренция, Палаццо Веккьо…

— Один мой знакомый очень любил это место, — сказал доктор Ланге. — Каждый раз, когда он приезжал в город, он приходил сюда и поднимался на эту башню. Я однажды даже подумал, что у него здесь тайник. Но ничего так и не нашёл.

Он устал, пока поднимался по лестнице башни Арнольфо на Палаццо Веккьо, и не сразу смог отдышаться. Зато отсюда был хороший вид. С этого места можно разглядеть собор Санта-Мария-дель-Фьоре с огромным куполом Брунеллески и башню-колокольню Джотто, и целое море черепичных крыш вокруг. Между зданиями горели уличные фонари, ведь уже почти стемнело.

На площади внизу собралась целая толпа местной молодёжи, которая весело гоготала и слушала музыку, пока рядом не остановилась патрульная машина. Карабинеры тут же всех разогнали. Преступность в городе высокая, особенно молодёжная, поэтому в центре города полиция с такими группками не церемонится, особенно вечерами, чтобы туристам ничего не угрожало.

Ланге поморщился, когда на вершину башни поднялась целая толпа китайцев, и подождал, пока они галдели, делали снимки и видео. А его собеседник молчал всё это время, замерев, как статуя.

Доктор покосился на него.

— Прошло много времени, — наконец сказал тот, когда китайцы ушли. — Ты обещал, что к весне будет готово.

Они говорили по-английски, но у собеседника, ещё крепкого мужчины под пятьдесят, был сильный русский акцент. Он и был русским, но даже Ланге мало что о нём знал, хотя пару раз пытался копнуть. В первый раз не нашёл ничего, а второй раз ему позвонил один хороший знакомый и рекомендовал закрыть тему.

— Я обещал твоему шефу, что отправлю лучших. Это я и сделал.

— Твои лучшие люди провалились. Только что узнал, что ещё один твой человек разбился в аварии.

— Уже в курсе, — мрачно сказал Ланге. — В таком случае, я готов вернуть аванс. Дело оказалось сложнее, чем обсуждали раньше.

— Дело не в авансе, — русский смерил его тяжёлым взглядом. — Задача поставлена, она должна быть сделана. Здесь не будет увольнения и разрыва контракта. Здесь будет иное, — спокойным голосом произнёс он. — Шеф ждёт прототип. Тем более, Корнеев разрабатывает другой.

— У него хорошая служба безопасности, плюс «Контур», — Ланге начал загибать пальцы. — Первый агент нашёл их слабое место, но только он один. Мы прорабатываем другие, но самым удобным способом будет…

— Нам твою шпионскую кухню знать не надо, — сказал на русском собеседник. — Сделай уже. Если нужны ресурсы, говори, мы предоставим. Но надо торопиться.

Он достал сигарету и прикурил, держа её в левой руке.

— В этом деле спешка… — начал Ланге.

— В этом деле надо бежать быстрее всех, чтобы тебя не опередили. Ещё год-два, и мы проиграем.

— У тебя-то откуда такие мысли? Ты глава службы безопасности, твоё дело маленькое.

— Я за своё дело всегда болею. Как только Корнеев доработает, что хотел, он поднимется на такой высокий уровень, что его оттуда не достать. Кстати, доктор… Раньше ты был более дерзким. И такое воспринимал, как вызов, а сейчас чего-то нерешительный стал, — мужчина усмехнулся. — Что это с тобой случилось?

Но правая половина лица почти не двинулась, и усмешка вышла кривой.

— Раньше я был молодым, — ответил Ланге.

Русский задумался.

— Песню одну вспомнил. «Посмотри, старина, на любого щенка, он резвее тебя и злей», — процитировал он.

— Русская песня?

— Какая ещё? Я ваше говно иностранное не слушаю. Ты же знаешь, за чем охотишься. И знаешь, что когда это доведут до конца, люди вроде тебя в принципе никому не понадобятся. Успевай, доктор, время идёт, последний поезд вот-вот отчалит, а шеф теряет терпение. Или тебя задвинут молодые щенки.

Он развернулся и не прощаясь спустился по лестнице.