Чтение онлайн

Двое сопровождающих, стоящих с каждой стороны Джорлана, вывели его вперед. Было ясно, что он не испытывает радости.

Герцогина Хоук приподняла бровь при виде его оскорбительного высокомерия и тряхнула головой, слегка улыбаясь своим мыслям.

— Ты, Джорлан Рейнард, внук Ани Рейнард, прямой потомок нашей уважаемой Основательницы, пришел на этот совет добровольно и телом и душой?

Джорлан ожог Грин предупреждающим взглядом.

— Да.

— И ты сейчас готов испытать Ритуал Доказательства с чистым умом и телом.

Один раз он уже ответил на этот вопрос, когда ему предоставили маленькую личную комнатку, чтобы он разделся, и три члена совета могли проверить целость его вуали. Небольшой пленки, имевшей крошечное отверстие и покрывающей головку его члена, которая могла быть разорвана должным образом только внутренними мускулами и соком женского тела.

И в первый раз акт был довольно болезненен для мужчины.

Джорлан заколебался, пристально смотря на Грин. Он на самом деле хотел уличить ее в блефе! Грин тряхнула головой: «Не думаю, что сейчас подходящее время, мой Джорлан».

Клаудин наклонилась вперед со своего сиденья, с интересом наблюдая за небольшой сценой. Ее безжалостные глаза замерцали.

Грин произнесла, громко и четко, шокируя каждого:

— Дом Тамрин отказывается от Ритуала Доказательства!

Разразилась преисподняя.

Никто не отказывался от Ритуала более чем на протяжении четырех сотен лет! Отказ от Ритуала Доказательства огромной щедростью Дому Рейнардов от Дома Тамринов. Грин ясно показала, что в качестве необходимого доказательства, она полагается исключительно на честь Рейнардов. О таком говорилось исключительно в исторических книгах.

Джорлан в изумлении открыл рот, когда понял, как она обошла его.

Глаза Ани наполнились слезами.

— Грин, я не знаю, что сказать…

— Вы ничего не должны говорить, это то, что я хочу сделать. — Она взглянула прямо на Джорлана. — Именно это я решила сделать вскоре после того, как ты подписала свиток.

Джорлан в ярости раздул ноздри. Она перехитрила его, и сейчас он не мог ретироваться. Она не оставила ему пути к отступлению.

Поняв, что что-то произошло, Клаудин встала.

— Она не может отказаться от Ритуала Доказательства! Закон требует этого!

— Только когда один из скрепляющихся отказывается поклясться в своей добродетели. — Герцогина Хоук повернула лицо к Джорлану. — Ты, Джорлан Рейнард, ручаешься в своей добродетели?

Джорлан резко выдохнул, ненавидя эту унижающую церемонию и всех, принимающих в ней участие. Почему он должен доказывать свое достоинство каким-то кусочком кожи?

— Да, — проскрипел он. — Ручаюсь в этом.

— И как ты входишь в Дом Тамринов?

До того, как ответить, Джорлан посмотрел на них, одного за другим, давая ясно понять, как ненавистна ему эта пародия.

— Я вхожу в Дом Тамринов незапятнанным, как и честь моей семьи.

Собрание разразилось одобрительным гулом, но Клаудин перебила всех.

— Он лжет!

— Графа Д’Анбеэ! Подвергните еще раз сомнению мою семью, и я поставлю на голосование Конфискацию Почестей. [117] — Поставила на место Аня Графу. Согласно Беэ-тина, [118] книги закона и культуры, влияющего на строгий штраф от Септибунала, Графа могла потерять значительное количество владений, богатства и, может быть, даже титул.

Клаудин сглотнула. Возможно, она бы и зашла так далеко и сейчас. Но будет время и позднее… и она поистине знала, к чему будет стремиться. Она отрывисто кивнула Герцогине Рейнард и села.

— Грин Тамрин, — объявила Герцогина Хоук, — вы хотите что-нибудь сказать?

— Да! — отозвалась Грин. — Разрешите мне покинуть этот зал…

Все затаили дыхание, поскольку это было последней возможность Маркель отказаться от семени Рейнардов.

— … и перейти в следующий! Там вы можете привести его ко мне одетого в одеяние его дома в последний раз!

Толпа разразилась хриплыми криками одобрения. Желанный, сопротивляющийся Джорлан Рейнард был стреножен печально известной дамселью, Маркелью Тамрин!

Женский эскорт проводил увел Джорлана в другую комнату, где он переоделся в черные штаны, свободную черную рубаху и черные ботинки. Его фамильная лента снова украшала его плечо, и он был сопровожден в поместье Тамринов для окончательной церемонии вечером.

Грин смотрела на него, уводимого прочь. Острый взгляд отвращения, которым он одарил ее через плечо, не сулил счастливой ночи скрепления.

Она вздохнула.

Она могла победить его тело. Но его разум и сердце — совсем другая история.

Он не должен любить ее, чтобы дать наследницу… но это никогда не являлось препятствием.

Тем временем, до вечерней церемонии ей предстояло еще кое-что сделать.

На улице она отыскала Кибби среди Клу, оседлала ее и отправилась прямо в западную часть города.

В особую его часть, где состоятельные женщины селили своих личных содержанцев.

Грин зашла в со вкусом обставленный городской дом на Рю де ла Нюи. [119]

Скромные зданий в центре города, с закрытыми задними дворами служили жильем для находящихся под покровительством содержанцев. Только лучшие из них удостаивались частного статуса. Они содержались исключительно своими патронами в чрезвыйчайной роскоши.

В обмен не только ожидалась, но и требовалась полная эксклюзивность.

Грин нашла Ривера во внутреннем дворике, отдыхающего в шезлонге. Великолепный содержанец крепко спал.

Легкий ветерок слегка ерошил его темно-золотистые локоны. Грин замерла, любуясь спящим. Таким Ривер очень сильно отличался от себя бодрствующего.

Соблазнительные скульптурные черты лица, обычно недоверчиво осторожные, расслабились, обнаружив явную, несомненную миловидность. Он, бесспорно, шикарно выглядел. А все его чувственные глаза, которые были его спасителями.

Но Грин всегда знала, что Ривер был больше, чем красивая оболочка. До сих пор его внутренние переживания главным образом были скрыты от нее, но несколько раз пару лет назад она замечала слабые вспышки истинных эмоций у этой защищенной, скрытной личности.