Чтение онлайн

Из прочих арктических птиц, наиболее нуждающихся в охране, можно упомянуть тундрового лебедя и соколов сапсана и кречета.

Тундровый лебедь — самый мелкий из лебедей Евразии и Северной Америки (североамериканские птицы выделяются в самостоятельный подвид, а иногда даже и вид); впрочем, длина его тела может превышать метр, а вес — пять килограммов. В Советском Союзе он, хотя и неравномерно, распространен по всей тундровой зоне. Места зимовок этих птиц находятся в Западной Европе, Закавказье, Средней Азии, южной и юго-восточной Азии. Небольшое количество лебедей зимует кое-где и севернее на незамерзающих водоемах.

На родину тундровые лебеди прилетают в начале мая. Гнездятся они в сырых тундрах с хорошо развитой растительностью, чаще вблизи озер. Свои громадные, до метра в диаметре, гнезда они складывают из травы или мха: в кладке обычно бывает только два яйца. Половая зрелость, как и у всех лебедей, наступает у них очень поздно, по-видимому, лишь на четвертом году жизни. Поэтому размножаются птицы медленно. Зато в отличие от других, южнее обитающих лебедей птенцы у этого вида растут очень быстро и поднимаются на крыло уже в возрасте сорока дней (у лебедя-шипуна начинают летать только четырехмесячные птенцы). На места зимовок полярные лебеди улетают в сентябре. Корм их составляют различные травы: летом — злаки, осоки, пушицы, зимой — водные растения. Общая современная численность полярных лебедей в Советском Союзе вряд ли намного превышает десять тысяч особей.

Сокол-сапсан распространен на земном шаре очень широко, но в тундрах Евразии представлен хорошо обособленным подвидом — тундровым соколом, зимовки которого находятся в Западной Европе, Передней, Средней и южной Азии. На свою родину он чаще всего прилетает в мае, а улетает оттуда в сентябре. Обитает сокол, как правило, по речным долинам и обрывистым морским берегам. Гнездо его представляет собой неглубокую ямку в земле, иногда выстланную птичьими перьями; в кладке бывает до четырех коричневых пятнистых яиц.

В евразийских тундрах сокол-сапсан пока нередок. В Советском Союзе общее число этих птиц, возможно, достигает пятидесяти тысяч; при благоприятных условиях их гнезда встречаются здесь через каждые три — пять километров. Но местами птиц становится заметно меньше. Одна из причин этого — до сих пор практикуемое в некоторых странах истребление «вредных» в охотничьем хозяйстве хищных птиц. Сапсана, конечно, нельзя отнести к этой категории: добычу его составляют преимущественно мелкие, не охотничьи пернатые, но «за компанию» под выстрелы попадает и он. Другая причина исчезновения сапсана, как и многих других видов хищных птиц, — широкое (и нередко не оправданное необходимостью) использование в сельском хозяйстве ядохимикатов. Накапливаясь в организме птиц, эти химические соединения ведут к их гибели или к снижению их плодовитости.

Сокол-сапсан заслуживает повсеместной охраны особенно потому, что, как мы видели, часто только благодаря нему в тундре успешно размножаются многие водоплавающие птицы, в том числе различные казарки.

Кречет вообще принадлежит к числу редких видов мировой фауны. Он населяет север Евразии и Северной Америки и либо ведет оседлую жизнь, либо совершает зимой небольшие кочевки к югу от гнездовой области. Наиболее обычны кречеты на морских побережьях, особенно вблизи птичьих базаров, в лесотундре и горных тундрах. Гнезда они устраивают на скалах или на деревьях (в первом случае это неглубокая лунка, выстланная сухой травой и перьями, во втором — несложное сооружение из сучьев; птицы обычно используют уже готовые постройки воронов или мохноногих канюков). В кладке бывает до четырех красноватых с темными пятнами яиц. Добычу кречета составляют разные средней величины пернатые, чаще всего обитатели птичьих базаров или белые куропатки, а также грызуны: зайцы, белки, лемминги.

Эти крупные северные соколы (длина их тела может быть больше шестидесяти сантиметров, а вес — более полутора килограммов) с давних пор исключительно высоко ценились среди охотников-сокольников. Еще в XIII в. достоинства их отметил в своем обширном трактате «Об искусстве охотиться с птицами» немецкий император и выдающийся орнитолог своего времени Фридрих II Гогенштауфен. С ними связаны многочисленные сказания и легенды, родившиеся у разных народов: кречеты упоминаются, например, в саге о Нибелунгах и в песне о Сигурде, в известных преданиях о покровителях соколиных охотников — святом Бавоне (во Франции) и Трифоне-сокольнике (в России).

Уже в IX в. киевский князь Олег построил у себя «соколий двор», где, возможно, содержались и кречеты. С XV в. торговля птицами, доставленными из России, Норвегии, Швеции и отчасти также из Исландии и Гренландии, широко распространилась в Европе, причем право первой покупки кречета во многих странах принадлежало королевскому двору. В XVI–XVII вв. охота с ловчими птицами достигала здесь наибольшего расцвета. Крупные соколы начали играть важную роль в русском экспорте. Ловля соколов была объявлена государственной монополией; была разработана подробная система оценки птиц, среди которых наиболее ценились северные белые кречеты. В XVIII в. масштабы соколиной охоты значительно сократились, хотя она и до сих пор практикуется как в Западной Европе и Северной Америке, так и в странах Востока (в Советском Союзе — главным образом в Средней Азии).

Кречеты, по-видимому, всегда были редкими птицами; во всяком случае, даже в периоды наибольшего спроса на них с севера России обычно доставлялось не более чем по сто особей в год. Общая современная численность кречетов в СССР, по-видимому, в лучшем случае лишь две-три тысячи особей. В Швеции их гнездится всего двадцать — тридцать пар, на Аляске сто — сто пятьдесят пар, а всего в мире — не более чем пять тысяч особей.

Из зверей советской Арктики кроме белого медведя, моржа и гренландского кита наиболее ценны и особенно нуждаются в охране гренландский тюлень и дикий северный олень.

Гренландский тюлень, обитатель приатлантических окраин Арктики, — важнейший в хозяйственном отношении вид ластоногих на Севере. Взрослый самец, носящий среди русских поморов название «лысун» или «крылан» (темя у животных светлое, а большие черные пятна по бокам тела действительно похожи на крылья), достигает двух метров длины и двухсот килограммов веса. Самка, «утельга», несколько мельче самца. Мех ее светло-серого цвета с темными расплывчатыми пятнами. Новорожденный детеныш, «белек», достигает в длину почти метра и покрыт густой, пушистой белой шерстью. Эти тюлени образуют три самостоятельных стада. Первое из них, ньюфаундлендско-гренландское, обитает у западного и южного побережий Гренландии и в Канадском арктическом архипелаге; для размножения оно собирается у острова Ньюфаундленд ив заливе Святого Лаврентия. Второе стадо, янмайенское, обитает у южного и восточного побережий Гренландии (размножаются эти тюлени у острова Ян-Майен). Наконец, третье, беломорское, стадо заселяет окрестности кромки льдов на востоке Баренцева моря и частично Карского моря. Места размножения этих тюленей — горло Белого моря и прилежащие районы Баренцева моря.

Гренландские тюлени — типично общественные животные. Держась стадами, они большую часть года проводят в миграциях, но с середины зимы образуют на льдах большие залежки. Здесь они рождают детенышей, спариваются, линяют, а весной отправляются в дальнейший путь. Корм тюленей составляют морские беспозвоночные — ракообразные, моллюски, — а также мелкая рыба.

Местное население издавна промышляет тюленей, добывая шкуры, мех (особенно ценятся шкурки бельков), жир (до семидесяти килограммов от одного тюленя) и вполне съедобное мясо (например, в годы первой мировой войны Норвегия в большом количестве экспортировала его в Германию). С середины прошлого столетия промысел гренландских тюленей особенно расширился. В отдельные годы зверобойные суда добывали до полумиллиона тюленей у Ньюфаундленда и до двухсот тысяч — у Ян-Майена. Усиленное использование беломорских тюленей началось позднее, в конце XIX в.; в 20-30-х годах XX в. из этого стада выбивалось уже по полмиллиона животных в год.

Не удивительно, что запасы гренландских тюленей быстро сокращались. Помимо неумеренного промысла и особенно уничтожения молодых и самок (без которых невозможно обновление стада) этому способствовала и низкая плодовитость вида. Тюлени приносят по одному детенышу, самки достигают половой зрелости в возрасте трех, самцы — четырех и даже пяти лет. Много тюленей гибнет при торошении льдов во время залежек и от хищников: косаток, полярных акул, отчасти также белых медведей. Уже в 30-х годах у Ньюфаундленда зверобои не могли добывать более чем по сто тысяч зверей в год. Беломорское стадо, по подсчетам советских зоологов, еще в 1927–1928 гг. насчитывало около трех миллионов тюленей; к 1952–1953 гг. их количество уменьшилось до полутора миллионов, а к 1960 г. — до 400 тысяч (С 1963 г. здесь прекращена добыча самок, а в 1965 г. государственный промысел гренландских тюленей в Белом море был запрещен на пять лет).