Чтение онлайн

– Ну да… Винки живут в Млеке. Они созданы нашими кошмарами. Но бояться их не нужно. Потому что Млека – это выдуманное место…

– Человек! – бесцеремонно перебил меня Никола, и в голосе его я расслышала презрение.

– Что? – Что он этим хотел сказать и почему таким тоном?

– Так может рассуждать только человек. Вы, люди, живете в своем маленьком мирке и далеки от реальности. А чем, по-твоему, занимаются маги Ургории, да и других стран? Для чего нужна Секретная магическая коалиция, членов которой никто никогда не видел?

Тут Никола изменил своему слову, и я сразу же сжалась в комок, пряча лицо и руки.

– Извини, – буркнул он и отвернулся.

Да я и не в обиде была. Его слова заинтересовали меня настолько, что я рискнула на наводящий вопрос.

– Так чем же они занимаются?

– Они выполняют роль чистильщиков в нашем мире. Все плохое, что угрожает благосостоянию граждан вытравляется, изгоняется на изнанку мира. Одним словом, в Млеку, – произнес он так зло, что мне аж страшно стало.

Интересно, на что или на кого он так злится. На магов? Такое впечатление, что они лично ему сделали что-то плохое. И только потом до меня дошел смысл его слов, от которых волосы встали дыбом.

– Так значит?.. – я поперхнулась и закашлялась, снова утыкаясь лицом в колени.

– Это значит, что каким-то образом нас с тобой занесло в Млеку, – не деликатничая, закончил за меня Никола.

Все, что он сказал, не укладывалось в голове.

– Но тут так красиво! – взглянула я на тропические растения, радующие глаз свежей зеленью. – Разве такое место может быть проклятым?

Млека – проклятое место. Это я тоже не раз слышала от мамы. А понятия проклятий и красоты в моей голове не совмещались.

– Млека – это как мини модель нашего мира. День – это наш ми, а ночь – его изнанка. И ночью здесь становится по-настоящему опасно. Поэтому не вздумай покидать пещеру! Никто точно не знает обо всех тех существах, что водятся тут. Не знаю, сколько мы протянем, если не выберемся, но на спокойную жизнь рассчитывать не приходится.

И все же я не могла поверить в его слова. Здесь все в точности как у нас, разве что климат отличается. Солнце, вон, лаково припекает, клонясь к закату. На небе самые обычные кучевые облачка… Это не может быть проклятой Млекой!

Я сидела на берегу озера и ждала, когда просохнет одежда. Никола милостиво разрешил мне прогуляться и освежиться, заверив, что днем тут опасаться нечего. На обратном пути велел набрать листьев для своего ложа. Даже показал, где растут, и дал понять, что до этого я занимала его «постель».

Солнце все еще нещадно палило, хоть уже и опустилось довольно низко к горизонту. Вещи я разложила на большом камне, не спрятанном в тени. Раздеваться не рискнула и купаться отправилась прямо в сорочке. Наплескалась вволю, а потом выбралась обсыхать под кустик. Даже в тени прохлада была приятная. Я не мерзла, а сорочка с панталонами очень быстро сохли прямо на мне. Еще радовал тот факт, что на обратном пути смогу снова облачиться в платье. Оставалось надеяться, что к тому времени хоть немного похолодает. Перепады температур тут, конечно, были неестественными. Сдается мне, что и для здоровья это не очень хорошо. Благо, на него я не жаловалась и планировала подержаться тут как можно дольше в здравии.

Пока обсыхала, размышляла. Вернее, пыталась усвоить все то, что услышала от Николы. Мама часто мне рассказывала про Млеку. Отчасти, я даже любила слушать ее страшилки, как сама их называла. Это место неизменно представлялось мне мрачным, с живущими здесь чудовищами. Как страшная сказка, которую слушаешь, замираешь от ужаса и тихо радуешься, что все это происходит не с тобой, а в вымышленном мире. Но глядя на повсеместную красоту, я никак не могла сопоставить действительность и вымысел. И уж тем более, трудно было поверить, что все это дело рук магов, что они на самом деле могли сотворить такое мрачное место на изнанке мира.

На обратном пути я наелась ягод, догадывалась, что сегодня уже больше перекусить не удастся. Пришлось сделать несколько ходок за листьями, пока я не убедилась, что ложе мое получилось довольно мягкое и не в пример выше постилки Николы. Пусть теперь завидует. Самого его в пещере не оказалось, чему я несказанно обрадовалась. Не сразу заметила одежду Николы. Получается, ушел он в образе волка. Оставалось надеяться, что вернется к ночи, а иначе как я тут без костров-то?

Собственная беспомощность меня напрягала. Никогда не считала себя нытиком или капризулей, но здесь не могла отделаться от мысли, что именно такой меня и видит Никола. Но я ведь очень выносливая! И мама говорила, что моей выносливости на десятерых хватит. Ведь я могу сама набрать сухих веток и попытаться развести огонь. А если бы Николы не оказалось рядом?..

Подобные мысли, изрядно приправленные стыдом, побудили меня к решительным действиям. Вместо того, чтобы сидеть в пещере и дожидаться волка, я принялась бродить меж исполинов с толстенными стволами, собирая хворост. Так увлеклась, что набрала его гораздо больше даже, чем нужно было для двух костров.

К тому времени уже начало активно смеркаться. Вместе с сумерками в душу заползал страх. А Никола все не возвращался. Мне ничего не оставалось, как попытаться добыть искру самостоятельно.

В теории я все знала отлично. Отец не раз нам с мамой рассказывал историю, как в молодости, когда Дмитрий Солодей отправил его с поручением в другой город, он вынужден был заночевать в лесу. А на улице стояла зима, и морозы держались суровые. Кресала у него с собой не было, и чтоб не замерзнуть в лесу, он разжигал огонь при помощи подручных средств.

Восстановив рассказ отца в памяти с точностью до единого слова, я нашла обрубок бревна и палку гораздо тоньше. Неожиданно трудно оказалось вырезать ножиком Николы углубление в бревне, куда следовало потом вставить палочку. Нож был таким острым, что я боялась поотрезать себе пальцы. Но все же я победила – дырка получилась хоть и карявенькая, но, хотелось верить, вполне пригодная. Ну а дальше начались настоящие мучения, и знай я заранее, что так будет, ни за что бы не взялась за это хлопотное дело. Но отступить не могла, хотелось прежде всего самой поверить в собственные силы.

Собрав мелких и самых сухих веточек, я сплела из них что-то наподобие маленького птичьего гнездышка и положил на бревно так, чтобы углубление оказалось как раз посередине. Вставила полку поменьше и принялась крутить ее между ладонями. От боли я уже подвывала через несколько минут, а тонкий дымок только начал появляться от всех моих телодвижений. К тому моменту, когда «гнездо» принялось тлеть, я уже находилась в полуобморочном состоянии и рук своих практически не чувствовала. О том, как дрожали они, пока я раздувала сначала маленький огонь в руках, а потом и большой, вообще молчу. Но костер я все же разожгла. Павда далеко не была уверена, что смогу сделать еще раз. Да и, сдается мне, что ладони залечивать буду долго.

К тому времени, когда у входа в пещеру ярко заполыхал костер, на Млеку опустилась кромешная тьма. На этот раз даже луна пряталась за грозовыми облаками. И я очень переживала, что пойдет дождь и затушит костер. На второй у меня уже не осталось никаких сил. А Николы все не было. И если бы не его одежда, я бы подумала, что он меня бросил тут одну. Хотя, может так оно и было. Волку одежда не так нужна, как человеку.

Стоило только так подумать о том, с кем невольно делила последние дни кров и пищу, как новые сомнения закрались в душу. А что если с Николой что-то случилось? Плохое? А я тут сижу и себя жалею. Но развить эту мысль в своем воображении и окунуться в новые переживания я не успела. Волк появился неожиданно. Втянул носом воздух возле входа в пещеру, а потом вальяжно развалился у костра, положил морду на лапы и уставился на меня, забившуюся в свой угол на пышной листве.