Рождественский папа
Шрифт:
— Я могу чем-нибудь помочь? — спросила она. — Мама позвонила и рассказала, что случилось.
— Мне надо заделать дыры до темноты.
— Маме до сих пор не удалось связаться с папой. Он с приятелем отправился на выставку охотничьих манков. Надеюсь, скоро вернется. Мама очень благодарна тебе за помощь.
— Я сделал это не из-за благодарности, Фейс.
— Она хочет заплатить тебе.
Ник покачал головой.
— Я ничего не возьму.
— Я знаю. Но мама все равно будет настаивать.
Они стояли так близко, что белые струйки от их дыхания перемешивались в холодном воздухе. Но Ник не замечал холода, ведь Фейс была рядом с ним. Вдруг он осознал, что для родителей Фейс важно принять его как зятя. Для него же самое главное — его отношения с Фейс. Им необходимо какое-то время побыть совсем одним, чтобы сосредоточить все внимание только друг на друге.
— Ты думаешь, мама настолько благодарна, что окажет мне услугу?
Фейс улыбнулась.
— Если ты не возьмешь деньги, она предложит что-нибудь взамен. А какую услугу ты имеешь в виду?
— Я хотел попросить ее посидеть с Джейки в пятницу вечером. А мы с тобой пойдем в ресторан и повеселимся: пообедаем, потанцуем. Как ты считаешь?
— Я с удовольствием.
Фейс смотрела на него ласковым взглядом, хорошенькие губки улыбались, а пряди волос от ветра разметались по щекам. Глядя на нее, Ник поверил, что вечер вдвоем может стать… подлинным началом их брака.
Смотрясь в зеркало вечером в пятницу, Фейс не узнавала себя. Утром, пока Джейки был в детском саду, она купила новое платье в единственном на весь городок магазинчике верхней одежды. Ник ушел к ее родителям проверить, как обстоят дела с ремонтом дома. Он расчистил от обломков задний двор и залатал дыры в стене и крыше, но от дальнейших услуг родители отказались, настаивая на том, что остальную работу сделают подрядчики. То, что ее отцу нравится Ник, Фейс было ясно. Что же касается матери… ну, она стала немного лучше относиться к зятю, хотя ей не пришлось по душе предложение мужа оставить Джейки у них ночевать.
Фейс знала, о чем подумала мать. Но, может быть, настала пора рискнуть.
И именно риском можно было назвать покупку платья! Сшитое из голубого шелка, оно красиво облегало фигуру, а длинный разрез сбоку на юбке выглядел, несомненно, вызывающе. Но сегодня вечером она чувствовала себя смелой. Волосы она зачесала наверх, не пренебрегла косметикой и вдела в уши жемчужные сережки. Наконец, надев черные туфли на высоких каблуках, спустилась вниз.
Ник ждал, сидя на диване. Увидев ее, он встал, и потемневший взгляд его голубых глаз подбодрил Фейс. Она вынула из шкафа шерстяное пальто светло-коричневого цвета, но не успела накинуть, как Ник перехватил его и одел ее сам. Когда он поправлял воротник, пальцы коснулись ее шеи.
— Ты готова? — Голос у него звучал хрипло.
— Готова. — Она повернулась к нему лицом. Он дотронулся до завитка волос у нее на щеке.
— Тогда идем развлекаться.
Ник выбрал ресторан в центре Берлингтона. Пока они ехали, разговор шел о рождественском сценарии и о замыслах Ника относительно нового магазина. Он то и дело бросал на нее взгляды, и даже в полумраке Фейс чувствовала теплоту, сквозившую в его глазах.
Когда они припарковались, Ник обошел вокруг и помог Фейс выйти. Он поддерживал ее под локоть, пока они шли к входу по обледеневшей дорожке. Ей было приятно ощущать Ника так близко. Каждую ночь на этой неделе, проявляя деликатность, он ложился спать очень поздно. Но Фейс подозревала, что сегодня ночь будет особенная, и, честно говоря, ей этого хотелось.
Ресторан был поделен на две половины: обеденную и танцевальную. В изысканной обстановке, среди хрусталя, серебра и бронзовых люстр, Ник чувствовал себя непринужденно. Он дал чаевые метрдотелю, чтобы тот посадил их за лучший столик, сделал заказ из самых дорогих блюд. Фейс была поражена — она и не представляла, что такие деньги можно платить за еду.
За ужином они продолжали беседовать — о вкусной еде, о рождественских подарках, которые Фейс собиралась купить Джейки, о родительской разрушенной веранде. Когда официант принес кофе, она удивилась тому, как быстро пролетело время.
Рядом зазвучала музыка, и Ник пригласил ее потанцевать.
— Только обещай не стонать, когда я наступлю тебе на ногу. Я давно не танцевала, — призналась Фейс.
Ник встал и отодвинул ей стул.
— Это как езда на велосипеде — никогда не забывается. Хотя хороший партнер тоже имеет значение, — прошептал он ей на ухо.
Трепет пробежал у Фейс по спине.
Их столик находился как раз рядом с танцевальной площадкой. Они не заказали к ужину вина, лишь минеральную воду с лимоном для Ника и клюквенный морс для Фейс.
— Если ты хочешь выпить что-нибудь покрепче, машину поведу я, — предложила Фейс.
Ник отрицательно покачал головой.
— В этом нет необходимости.
— Это из-за твоего отца? — спросила она, не из-за любопытства, а просто ей хотелось знать все о своем муже.
— Да. Еще мальчишкой я дал себе слово не стать таким, как он, чтобы никто и ничто не могло испортить мою судьбу.
Фейс вспомнила слухи, ходившие в школе о шайке, с которой связался Ник, и об… оргиях. Он, видно, прочитал ее мысли, так как сказал:
— Когда мы собирались компанией, то я выливал пиво в кусты. Мне не хотелось выделяться, но я следовал своим правилам жизни.
— Кто-нибудь знал об этом? — спросила она, представив себе, как одинок был Ник.
— Кроме Бада — никто.
Зазвучала новая мелодия. Ник протянул Фейс руку и повел ее танцевать. К ним присоединились другие пары. Ник без колебания крепко прижал Фейс и положил ее руку себе на грудь. Он легко вел ее в танце, а ей казалось, что она парит в воздухе под звуки музыки.
— Ты всегда так сладко пахнешь, — раздался его голос у ее виска.
Фейс откинула голову и вгляделась в чисто выбритые скулы, твердые, красиво очерченные губы, серьезные голубые глаза. Ей хотелось прижаться к Нику, доверить ему свое тело, всю себя, как она обещала, давая брачные обеты. Да, она безумно любит его. И каждый день усиливает чувства, зародившиеся так давно…
— Я рада, что ты придумал этот вечер.
Ник наклонил голову, и она поняла, что он сейчас поцелует ее при всех. Ну и пусть! Прежде чем их губы сомкнулись, Ник прошептал: