Чтение онлайн

— Ноэль, — она погладила блестящую черную головку девочки, — как ты провела прошлое Рождество? И где? Та пожала плечами.

— В первое Рождество я родилась, — пробормотала она. — Поэтому думаю, что провела его в Фаррингтоне. Следующего Рождества я не помню — наверное, была в чьем-нибудь доме. Когда мне было два года, я жила у Реглингтонов. Они отослали меня в детскую без ужина, потому что я разбила несколько подарков, когда играла в гостиной. Когда мне было три года, я жила в доме Бэллизонов. Я оборвала иголки с их елки и провела остаток дня в кладовке. Ты обещаешь, что викарий не отберет у меня Пушка?

— Обещаю, дорогая. Никто не отберет у тебя Пушка. — У Бриджит в горле застрял комок Наслушавшись за две недели подобных рассказов, она считала, что ее уже ничто не может повергнуть в шок. Оказалось, может.

Подняв голову Ноэль за подбородок влажным указательным пальцем, Бриджит попыталась получить подтверждение своим подозрениям.

— Ты никогда не наряжала елку? Не пекла сладкие пирожки? Не посылала никому поздравительных открыток? Не ходила петь рождественские гимны? — И, видя, что Ноэль отрицательно качает головой, она вздохнула. — А как насчет дня рождения? Не может быть, чтобы те семьи, в которых ты жила, совершенно его игнорировали.

— Они не знали, что это мой день рождения. Единственный человек, который знает, — мой дядя. Это он мне сказал, что я родилась на Рождество. Конечно, меня же зовут Ноэль, поэтому я вроде как догадалась. И хорошо сделала, потому что он на самом деле не хотел мне говорить. Я просто приставала к нему, пока он не ответил. Но он никогда никому об этом не рассказывал. А что до празднования, так дядя никогда ничего не празднует, особенно день, когда я родилась, о чем он старается забыть.

Это явилось последней каплей. Последняя струна лопнула в сердце Бриджит.

— Ноэль, вам с Пушком пора отдохнуть. — Бросив полотенце, она повела девочку из ванны в голубую спальню и задернула новые шторы. — Мы бегали и играли с самого конца утренних занятий Вам с Пушком будет полезно немного поспать — особенно Пушку, который, наверное, устал после такого испытания, как первое в его жизни купание.

Ноэль устроилась под одеялом, и ее огромные глаза уставились на Бриджит.

— Ты собираешься пойти к дяде, правда?

Неужели она всерьез надеялась обмануть свою проницательную воспитанницу?

— Да, Ноэль Пора нам с ним поговорить.

— Ты здесь уже три недели и обходилась без разговоров с ним. Мы и видели-то его всего три раза. Но он видел нас гораздо чаще.

Бриджит сдвинула брови.

— Что ты имеешь в виду?

— Точно, точно. Мы его видели только три раза, — терпеливо повторила Ноэль. — Один раз, когда вошли через черный ход после того, как забрали привезенные продукты, и еще два раза на кухне, когда готовили обед Помнишь — он исчез, как только нас увидел. — Она прижала Пушка к щеке. — Ты была права, знаешь ли. Пушок выглядит намного лучше теперь, когда он чистый. И он вовсе не так сопротивлялся купанию, как я поначалу думала.

— Рада это слышать. — Бриджит присела на край кровати. — Я знаю, что мы видели твоего дядю всего три раза. Но я хотела спросить, почему ты говоришь, что он нас видел гораздо чаще, чем мы его?

— Потому что это правда. Он следит на нами из окна каждый раз, когда мы играем в лесу. Бриджит застыла.

— Ты уверена?

— Конечно, уверена Я его всегда замечаю. Он смотрит на нас не очень долго. А потом уходит.

— А он?.. — Бриджит лихорадочно соображала. Значит, Эрик вовсе не так равнодушен к своей племяннице, как бы ему хотелось. Она ему небезразлична, хочет он того или нет. — Ноэль, спасибо тебе. Ты только что дала мне необходимое оружие.

— Оружие? — Девочка озадаченно нахмурилась. — Это чтобы убивать людей?

— Иногда, — ответила Бриджит. — А иногда — чтобы спасать. — Она нагнулась, накрыла девочку одеялом до подбородка и нежно поцеловала в лоб. — А теперь спи. Вместе с Пушком Ноэль кивнула и закрыла глаза.

— Желаю удачи с дядей, — шепнула она. — И не применяй слишком много оружия, если он устроит тебе догоняй. Ты ему ужасно нравишься, правда.

Пять минут спустя Бриджит вынуждена была не согласиться с мнением Ноэль.

— Я вас предупреждал, что в мои комнаты нельзя входить ни в коем случае, — рявкнул Эрик, свирепо глядя на Бриджит, стоящую у порога.

— Я и не входила Я постучала. Мне надо было с вами увидеться. А место, где мы будем разговаривать, можете выбрать сами.

Его глаза вспыхнули, как блестящие осколки обсидиана.

— Видеть меня и говорить со мной не входит в условия нашего договора.

— Тем не менее я собираюсь это сделать. — Бриджит в упор смотрела на него, нисколько не пугаясь его гнева. Более того, она видела не только холодное выражение его лица и запущенную внешность, не только его ожесточение. Человек, который был наваждением ее девичьих снов, все еще существовал, спрятанный глубоко внутри этого мрачного, язвительного незнакомца. — Вам не удастся меня запугать, милорд, — сообщила она ему. — Я и раньше вас не боялась, а теперь слишком огорчена, чтобы испугаться. Поэтому вам лучше меня впустить. Мне нужно сказать вам нечто важное, и я не собираюсь уходить, пока не выскажусь.

Эрик, несколько ошарашенный, медленно открыл дверь.

— Только говорите коротко.

Бриджит вошла, слишком взволнованная, чтобы ощутить неловкость оттого, что впервые находится в спальне Эрика, и резко обернулась к нему:

— Речь пойдет о Ноэль.

— В таком случае это меня не касается. До свидания.

— Оставьте это абсурдное лицемерие, лорд Фаррингтон. Не имеет смысла. Никого из нас оно не обманет.

— О чем это вы болтаете, черт побери?

— О вас Об этой притворной ненависти, которую вы питаете к Ноэль. И об этом абсурдном мифе, на котором вы настаиваете, разыгрывая из себя жестокого тирана — Она остановилась, чтобы перевести дыхание. — Вы обманщик, милорд Обманщик и глупец. И то и другое вы сделали из себя сами Тем не менее, если вы предпочитаете удалиться от жизни, это ваше дело, пока оно наносит вред только вам одному. Однако в данном случае оно наносит еще больший вред Ноэль. Поэтому я перестала ждать, пока вы сами опомнитесь, и решила вмешаться.

Казалось, Эрик разрывается между изумлением и желанием взорваться от негодования.

— Вы сошли с ума? — прогремел он, хлопнув дверью так сильно, что задрожали стены. — Неужели две недели, проведенные в обществе моей племянницы, лишили вас рассудка.

— Совсем наоборот, милорд. Две недели в обществе вашей племянницы поведали мне больше, чем я могла рассчитывать. Она умный, чувствительный ребенок — но вы, конечно, этого знать не можете. — Произнеся про себя короткую молитву, Бриджит продолжила наступление: