Чтение онлайн

– Вы безумец! Я не вернусь в туннель, кишащий демонами, от взгляда которых впадаешь в транс, – громко возмутилась она и сильнее вцепилась в руль, глядя в глаза Керлея.

– Сумерки сгущаются, друг мой, туннель сейчас небезопасен, – уверенным тоном ответил Миро, взгляд которого был устремлён вдаль.

– Лучше демоны, чем страна Тихой Смерти, – негромко пробурчал Керлей, подойдя ближе к ним.

– А зачем мы тогда попали сюда? – укоризненно спросила девушка.

– Это ловкий ход, чтобы обогнуть осиное гнездо и не более.

– Почему вы тогда уверены, что эти создания остались позади? Может, мы обошли лишь часть? – шёпотом отозвалась Лис, как будто кто-то мог услышать её в подобном месте.

– Возможно и такое, но оставаться здесь нельзя!

– Почему? – спросила она.

– Эта страна заслуживает своё название. А теперь отдай мне штурвал, – голос Керлея был приглушён, его бормотание Лис с трудом смогла разобрать.

И когда она поняла, что хочет Керлей, отказала, замотав головой. В её глазах законно устроились решимость и уверенность в своих силах. Она упрямо не допускала ни единой мысли возвращаться. «Только вперёд», упорно повторял голос в её голове.

– Там впереди я вижу другой туннель, – ответив напряжённому Владыке, Лис направила побитый «Нориора» в сторону другого туннеля.

– Ты считаешь верным решением идти в неизвестный туннель, в стране чьё имя внушает страх ещё на пороге? – вдруг спросил Миро, искоса поглядывая на рассерженного Керлея.

– Мне что-то подсказывает идти туда, – невнятно пробормотала Лис.

– Что-то подсказывает, – насмешливо передразнил её Керлей. – Явно это не военный опыт тянет тебя за ручку на верную смерть! – его золотые глаза сощурились, и он властно добавил: – Не дурите! Я хребтом чую западню за мили! И этот туннель мне не нравится в особенности, – Владыка подошёл к Лис. – Направь «Нориора» обратно в туннель «Дельфина», – мягко потребовал он.

– Не спеши, Керлей, – спокойно произнёс Миро, внимательно изучая жуткий туннель впереди. – Внешность обманчива, а чувства Рероли нельзя игнорировать.

– Она ещё ребёнок! – сердито рыкнул Владыка. – Откуда ей знать, что там нет опасности?

Миро задумался, слегка нахохлившись. Сейчас он больше походил на старого ворона, сидевшего под дождём у церкви. Керлей довольно цокнул языком и добавил:

– Чувства, как и глаза, легко поддаются обману. Только опыт способен развеять иллюзии и помочь найти верный путь, – Правитель опустил взгляд на Лис и сказал:– Я не сомневаюсь в твоей смелости, Беллатрис. Но ты слишком юна, чтобы распознать искусно запрятанную ловушку под осенней листвой, – он старался придать своему голосу добродушные нотки, как если бы разговаривал с собственной дочерью, не желая обидеть и при этом направить на верную тропу.

– Да, вы правы, – неохотно согласилась девушка, медленно и покорно отходя в сторону.

Встав у руля, Керлей попробовал повернуть «Нориора» вправо и вернуть его в туннель «Дельфина». Однако никакие титанические усилия не смогли развернуть нос судна в нужное направление. Какая-то неведомая им сила тянула отважный корабль прямо в раскрывшуюся пасть ледяного прохода.

Туннель отличался от туннеля «Дельфина». От него веяло холодом. И какой-то непонятный ужас сжимал сердце. Как только «Нориора» пересёк границу между страной Тихой Смерти и коридором в неизвестность, слабый крик забился в висках Лис и запульсировал по всей голове как вирус. Она посмотрела на Миро, Керлея и Кеитию, они были спокойны, словно не слышали этого. А крик усиливался, как нарастающий гром, и только спустя какое-то время Лис поняла, что он исходит из туннеля. Крик, как вой волков, как вопль тех деревьев в лесу, крик отчаяния, крик боли и тоски. И исходит он из самых глубин тихого и спокойного на вид туннеля. Там живёт что-то немыслимо страшное, но повернуть назад не представлялось возможным. Невидимая рука с особым усердием затягивала «Нориора» в безжалостный сумрак.

Внутри туннеля было холодно, гладкие стены как зеркала отражали изгибы потрёпанного, но ещё не побеждённого корабля. Остатки белоснежных парусов небрежно колыхал ветер. Серые и слабые, они безвольно махали своими скудными крыльями, словно уставшие птицы, отчаянно улетающие от ястреба. Солнце садилось, и чем дальше «Нориора» заходил вглубь зеркального туннеля, тем быстрее он погружался в густой полумрак, оставляя за своей спиной лучи тёплого солнца, уходившего на покой.

Было тихо. Так тихо, что никому не было спокойно. Каждый думал о своём и не говорил ни слова. Однако мысли склонялись к одному и тому же. Все безмолвно страшились таинственного и жуткого туннеля. Никто и никогда не слышал о нём, что нисколько не успокаивало.

Лис озиралась по сторонам, крик, стоявший в ушах, не стихал, а даже, напротив, становился еще громче. Кричала женщина, и её голос сильно охрип, но, несмотря на это, она кричала не умолкая. Страх и отчаяние обитали в туннеле и отражались едва заметными тенями по кристальной поверхности окружающих стен.

Тени, как призраки, бегали по гладким поверхностям и снова ускользали в кромешной темноте, а потом появлялись, но уже другие. Силуэты фигур возникали, словно из ниоткуда, и всегда неожиданно. Они не говорили, только истошно кричали и сразу убегали прочь. Некоторые тени медленно следовали за судном и не отставали ни на шаг, пристально рассматривая нанесённые увечья, оценивая шрамы героя, полученные в битве. Их глаза не были похожи на человеческие, белые, круглые и не моргающие, такими Лис увидела глаза призраков, когда их взгляды встретились.

Становилось темнее и холоднее, можно было даже рассмотреть тонкий слой инея, покрывавшего палубу. Корабль шёл медленно, как на ощупь идёт слепой, впереди ничего не было видно, ни света, ни выхода.

Внезапно всё стихло. И кромешная бездна полностью окружила их. Холод, тьма и тишина – многие так и представляют себе смерть. И на корабле у всех невольно зародилась подобная мысль. Возможно, они сами добровольно спускаются в ад и не замечают, как умирают.

Когда зловещую тишину нарушило глухое рычание, все сначала обрадовались, что их подозрения о смерти оказались ложными. И всё же чрезмерная радость быстро закончилась, отрезвляя замученный разум сложными мыслями. Вдобавок к рычанию появилось ощущение, что кто-то или что-то приближается. Нечто большое шло им навстречу, и крик, как никогда, становился сильнее и громче.

Во мраке появились огни, и теперь было поздно бояться…

Из глубин полумрака заблестели ярким пламенем глаза, подобно солнцу они освещали неподвижный корабль с оставшимися на нём испуганными существами, молча переглядывающимися между собой. Свирепое и тяжёлое дыхание медленно приближалось, прогоняя воющих призраков обратно в толщу зеркального льда. Крики стихали под гнётом горящих глаз, внимательно рассматривающих своих новых жертв. Блики красных цветов засияли за спиной невиданного монстра как змеи, импульсивно извиваясь и опускаясь в густой сумрак. В одно мгновение одна из них очутилась на палубе, разрезав пополам уцелевшую мачту. Искры и щепки разлетелись по сторонам, впиваясь в оцепеневшие тела и поджигая всё.

Тьма озарилась огнём, поедавшим с жадностью корабль, открыв свирепый оскал их врага, так безжалостно охватывающего огненными хвостами всю палубу. Воздух тяжелел от паров дыма и зловещий огонь красным ковром полностью застелил собой всё пространство.

Гордо зарычав, зверь приближался к погибающему кораблю. Длинные огненные хвосты, как плети, тем временем охватили капитанский мостик. Сверху падали горящие обломки, придавливая своей тяжестью обездвиженных райских птиц. Они так и не сумели перебороть свой страх, трусливо дожидаясь страшного конца.

Горящие глаза смотрели прямо на Лис. Чудовище не торопилось расправляться с пылающим судном и его обитателями. Языки пламени медлили и не спеша подвигались все ближе к Лис и её друзьям на форштевне корабля. Бесстрашный Керлей, казалось, был сломлен силой неизвестного зверя, похожего на огромную пантеру с восемью пылающими хвостами. Ужас полностью овладел их сердцами и гнусно царапал изнутри. Ни пошевельнуться, ни закричать, одни лишь мысли оставались свободными и подвластными воле своих хозяев. И все же они били безжалостнее, чем любой огонь или зверь. Громкий рык раздался по округе и волной обрушился на них, полностью оказавшихся во власти нечто огромного и могущественного.