Чтение онлайн

– Мне нужно идти.

Я сделала шаг, и тут Габриель остановил меня, схватив за запястье. От его наглости мои брови поплыли на лоб. Что ему нужно?

– Отпусти. Немедленно, – велела ему, не оборачиваясь. В голове уже мысленно представляла, как била этого придурка головой о стену.

Брэндон увидел, что Габриель держит мою руку и подскочил. Чтобы его лицо не приобрело еще, как минимум, пару тройку ссадин и синяков, я кивнула, показывая, что ситуация под контролем. Он напрягся, продолжая стоять и наблюдать за нами.

– А если я не хочу? – прошептал он мне в ухо, от чего по всему телу распространились мурашки. Его губы переместились к моей щеке. Я была на сто процентов уверена, что они мягкие, а их хозяин знает толк в поцелуях…

Я глубоко вздохнула, избавляясь от кошмарных мыслей с участием Габриеля, которые только что заполнили мою голову. Я вообще не должна думать о нем, как… девушка о парне. Ладно, он симпатичный, но разве я не забыла, что пару секунд назад он чуть ли не убил моего друга, нахамил мне вновь и, по-моему, своим странным поведением окончательно дал понять, что преследовал меня?

– Я тебя ударю.

Угроза с моей стороны прозвучала не убедительно – Габриель засмеялся. Я не хотела к нему поворачиваться и видеть его довольную физиономию.

– Давай.

– Серьезно!

– Ну, я жду.

Я не собиралась его бить, по крайней мере, при всех. Как бы ни хотелось врезать Габриелю, я отложила это желание на лучшие дни, потому что думала, если ударю его раз, потом не смогу остановиться и, в конечном счете, убью при огромном количестве свидетелей. Вырвавшись из его хватки, я направилась к Брэндону, который запихал в кровоточащий нос два тампона, наверняка данные Карен, и улыбался мне. Габриель издал гортанный звук.

– Я так и знал, – его голос прозвучал громче.

Я остановилась. Моя шея запылала, пальцы сжались в кулаки от злости. Он считает меня слабачкой? Конечно, я могу устроить достойное шоу, но не стану. И зачем мне кому-то, в основном, Габриелю, доказывать это?

Выдохнув, я продолжила идти и, не оборачиваясь, подняла руку, показывая средний палец. Мои друзья были в ужасе и, наверное, подумывали, что Габриель за неприличный жест меня по стенке размажет, но нет. «Забвенец» лишь засмеялся, чем привел в шок Брэндона, который собирался вновь меня выручать.

– У тебя длинные пальчики. Особенно средний!

Я оставила без комментариев его «комплимент» и присела рядом с Брэндоном – он выглядел комично с двумя тампонами в ноздрях и с замороженным, неизвестно откуда взявшимся куском мяса на глазу. Я растянулась в улыбке и вытерла салфеткой кровь на его щеке.

– Кажется, алкоголь делает тебя безбашенным.

– Ага, – ухмыльнулся Брэндон.

Райан сместил брови на переносице и пригнулся ко мне, смотря куда-то за мое плечо.

– А… разве ты его знаешь? Что он от тебя хотел?

– Кстати, да, – закивала Карен, таинственно улыбаясь. – Хотелось бы знать.

Я обернулась. Габриель раздавал нескольким девушкам автографы, а затем, направился к выходу из паба, напоследок подмигнув мне.

– Мне бы самой этого очень хотелось.

***

Мы с Карен попрощались с парнями, затем залезли в минивен, искренне надеясь, что наши друзья, один из которых плохо водит, а другой – еле пребывает в сознании, смогут сами доехать и не попасть в аварию на древнем пикапе, если тот не развалится на запчасти. Всю дорогу до дома Карен расспрашивала меня о Габриеле. Я отвечала на ее тупые вопросы, закатывая глаза и иногда поглядывая, как она водит – подруга была страшно пьяна, поэтому, приходилось следить, чтобы она не путала газ и тормоз. Я была уверена – она завтра же забудет, о чем мы говорили.

Хоть я пила ровно столько же, сколько и Карен, но ощущала себя гораздо трезвее и, в отличие от нее, не смеялась над всем подряд. Когда я впервые попробовала алкоголь, пьяное состояние у меня продлилось недолго, отрезвела гораздо раньше своих неординарных друзей. Не знаю, стоило бы считать это минусом или даром свыше (что звучит смешно), но я радовалась этой «способности», словно долгожданному подарку на рождество.

– Ты думаешь, он преследует тебя? – промямлила Карен, поворачивая на мою улицу. Я бы могла сама нас повезти, но проблема была в том, что уговорить пьяную Карен Джонс доверить ее машину мне, так же невозможно, как придумать вечный двигатель.

– Знаю. И да, в совпадения не верю. Вообще, он говорил, что вроде бы… хочет со мной…поговорить.

Н-да, я конкретно в замешательстве, о чем он хотел «побеседовать» со мной.

– Он в тебя втюрился! – пропела Карен, остановив машину. – Габриель Эйнсфорд в тебя втюрился! – она хлопнула меня по ноге. – Моя девочка нарасхват!

Я сморщилась.

– Что за бред ты несешь? – кинула я возмущенно. Такого просто быть не может. Причина его преследования кроется в чем-то другом. И в чем – понять не могу. – Давай протрезвеешь, и мы спокойно все обсудим?

Я толкнула дверцу и выбралась. Карен пригнулась и показала мне язык.

– Заметано. Увидимся, Грейс.

– Будь осторожна.

– Да ладно тебе, прекрасно же знаешь, как я вожу, – подмигнула Карен, нажимая на газ. Ее минивен дико завизжал, затем исчез, резко завернув за угол.

Направляясь к дому и обнимая себя руками, я тщетно пыталась согреться на прохладной улице. Свет в доме был выключен, что свидетельствовало об одном – папа спит. Разговор на сегодня отменяется.

Я аккуратно открыла дверь, стараясь не разбудить отца. Где-то неподалеку хрустнули ветки и послышались приближающиеся шаги, принудившие оцепенеть от страха. Я гадала, кто может там быть, и тут мое воображение разыгралось не на шутку.

Неужели, грязный тип, некогда забравшийся в мой дом, вернулся? Или это… Габриель? Или Габриель и есть тот тип?

Как бы ни хотелось это узнать, я заскочила в дом и, захлопнув дверь, закрылась на несколько замков сразу. Сердце плясало в груди чечетку. Я отскочила от выхода, прислушиваясь.

Тишина.

Некоторое время я продолжала стоять, только потом настороженно подошла к окну, ожидая, что за ним появится какое-то чудо и отправит меня в мир иной. Но, как ни странно, никакой неказистой физиономии не выглянуло. Шум пропал, и я задумалась: может быть, ничего не было, а у меня просто развивается паранойя? Или, на самом деле, со мной все нормально, и на улице кто-то был. И следил за мной. Или хотел подойти. Не знаю. Понятно только одно – он не хотел, чтобы я его видела, поскольку скрылся.

8

Чую запах свежих цветов – он прекрасен, ощущаю на своей коже теплейшие лучики солнца и мягко смеюсь. Мой смех подобен звону колокольчиков. Я наслаждаюсь красотою Нью-Йоркского парка «Central park» и изредка поглядываю на маму, которая сидит рядом, улыбаясь и напевая необычную песню. Ее бирюзовые глаза скользят по зеленой траве, задерживаются на мне, и алые губы рождают на свет самый прекраснейший припев, когда-либо слышанный мною: