Чтение онлайн

Они подошли ближе. Вид у них был измотанный. Одежда порвана, лица исцарапаны ветками, покрыты грязью. Веслава подошла ко мне, коротко поклонилась.

— Княже. Мы вернулись.

— С возвращением, Веслава, — внутри все напряглось в ожидании. — Как все прошло? Что удалось узнать?

— Добрались до Искоростеня. Осмотрели подступы, стены, насколько это было возможно. Поговорили с… некоторыми людьми на окраинах, кто не слишком рад власти местного князя. Информации много. И она неутешительная.

— Говори, — приказал я, жестом приглашая ее и подошедших Ратибора с Такшонем отойти к моему шатру, где нас уже ждали Степан и Искра. Лазутчикам Веславы я велел отдохнуть и подкрепиться.

Когда мы собрались у карты, расстеленной на импровизированном столе, Веслава начала свой доклад. Говорила она тихо, четко, без лишних эмоций, приводя только факты.

— Искоростень стоит в очень выгодном месте, княже. На высоком берегу реки Уж. С трех сторон город прикрыт рекой и топкими болотами. Подойти можно только с одной стороны — с юго-востока, откуда мы и пойдем. Но этот подход древляне укрепили основательно.

Она провела пальцем по карте.

— Во-первых, естественные преграды. Лес густой, дороги плохие. Они наверняка уже устроили там завалы и волчьи ямы. Мы видели следы свежих работ. Во-вторых, перед самим городом — глубокий ров. Широкий, заполненный водой из реки. Через него перекинут единственный подъемный мост к главным воротам.

— А стены? — спросил я.

— Стены мощные, — Веслава вздохнула. — Деревянные, из толстых дубовых бревен, в два ряда. Высокие, метров семь-восемь, не меньше. Сверху — боевой ход, укрытый. И башни. Много башен, княже. По всей территории, через каждые пятьдесят-шестьдесят шагов. Тоже рубленые, в несколько ярусов, с бойницами для лучников. Мы насчитали больше двадцати башен только на той стороне, которую могли видеть. Укреплено гораздо лучше, чем был Ростов. Видно, что готовились к осаде всерьез и давно. И я такого никогда не видела.

Это очень плохо. Такие оборонительные сооружения не типичны для этого времени. Или я чего-то не знаю?

— А за рвом? Есть еще укрепления? — уточнил Ратибор.

— Есть. Перед рвом, по всему фронту, идет палисад. Частокол из заостренных бревен, врытых в землю под наклоном. Преодолеть его под залпом стрел со стен будет очень непросто. Получается тройная линия обороны: палисад, ров со водой и сами стены с башнями.

В шатре повисла тишина. Картина вырисовывалась безрадостная. Искоростень был настоящей крепостью, построенной с умом и знанием дела.

— Что по гарнизону? — спросил Такшонь.

— Людей в городе много, — ответила Веслава. — Точно сосчитать невозможно, но, по нашим оценкам и по словам тех, с кем удалось поговорить, — не меньше пяти тысяч воинов. Плюс ополчение из окрестных сел, которое согнали в город. Все вооружены — копья, топоры, луки. Много опытных охотников, метких стрелков. Дух у них высокий. Они считают себя победителями после Киева, уверены в своих силах и неприступности города. Готовы биться до последнего. Запасов продовольствия и воды в городе, судя по всему, достаточно для долгой осады.

— А князь их, Мал? Он в городе?

— В городе. Держит всех в кулаке. Жесток, но пользуется авторитетом после киевской добычи. Похоже, именно он руководит обороной.

— Византийцы? Или другие чужаки? Видела кого-нибудь? — этот вопрос волновал меня больше всего.

Веслава покачала головой.

— Никаких следов. Ни воинов с орлами, ни кого-то еще, похожего на иноземцев, мы не видели. И никто из местных о них не упоминал. Похоже, греки сделали свое дело под Киевом и убрались, предоставив древлянам самим разбираться с последствиями. В Искорестене сейчас только древляне.

Это было хоть каким-то плюсом. Воевать только с древлянами было проще, чем иметь дело еще и с византийскими легионерами.

— Ловушки, засады на подступах? — спросил я.

— Определенно есть, — подтвердила Веслава. — Мы сами чуть не угодили в одну — замаскированная яма с кольями на лесной тропе. Лес перед городом кишит их дозорами и мелкими отрядами. Они будут стараться измотать нас на подходе, нанести урон еще до начала осады. Нужно двигаться очень осторожно, с усиленной разведкой.

Информация была исчерпыющей и крайне серьезной. Искоростень оказался куда более крепким орешком, чем я предполагал. Штурм с ходу такой крепости, обороняемой многочисленным и решительным гарнизоном, был опасным, даже с нашими новыми катапультами и арбалетчиками. Предстояла тяжелая, возможно, долгая и кровавая осада. Нужно было менять тактику и готовиться к серьезным трудностям. Я посмотрел на лица своих воевод. Они тоже все понимали

Я смотрел на карту, на грубый набросок Искоростеня, сделанный Веславой — река, болота, тройное кольцо укреплений. Крепость. Настоящая лесная цитадель, построенная людьми, которые знали, что за ними придут мстить, и подготовились к этому основательно. Пять тысяч злых, готовых на все древлян за высокими стенами, с достаточными запасами. Штурм с ходу отпадал сразу. Это была бы бойня, в которой мы потеряли бы половину войска, если не больше, и не факт, что взяли бы город.

— М-да… — протянул Такшонь, поглаживая бороду. — Засели крепко, лешие дети. Проще медведя из берлоги выкурить. Штурмом таким макаром не взять. Положим людей без счета. Может, блокадой их уморить? Окружить, перекрыть все подходы, ждать, пока голод заставит их сдаться?

— Ждать? — возразил Ратибор, его кулаки сжались. — Сколько ждать? Месяц? Два? Пока у нас самих припасы не кончатся? Пока зима не ударит? А Византия или еще кто не ударит нам в спину? Нет, княже. Ждать нельзя. Нужно действовать. Да, укрепления серьезные. Но у нас есть Степа с его машинами. — Он посмотрел на Переяславского наместника. — Смогут твои катапульты проломить эти стены?

Степан, до этого молча слушавший, откашлялся.

— Стены, княже, стены крепкие, дубовые. В два ряда. Сразу не проломить, конечно. Но если бить долго и в одно место… Да по башням бить, защитников со стен сгонять… Можно проделать брешь. Спалить все. Или хотя бы ослабить оборону так, чтобы наши воины смогли на стены взобраться. Но на это время нужно. И снарядов много. И прикрытие для машин и расчетов — древляне ведь тоже не будут сидеть сложа руки, лучники у них меткие.

— Время… — повторил я задумчиво. Блокада — долго и рискованно. Быстрый штурм — самоубийственно. Значит, оставался срединный путь. Осада. Но осада активная, изматывающая, с планомерным разрушением обороны и подготовкой к решающему удару.

Я посмотрел на Искру. Она сидела тихо, но я чувствовал, что она напряженно анализирует ситуацию, возможно, сверяясь со своей Вежей.

— А ты что скажешь, Искра? Есть мысли?

Она подняла на меня глаза.

— Княже, древляне сильны в обороне своей крепости. Но их сила — в единстве и уверенности после киевской победы. Если удастся посеять среди них сомнение, раскол… Или выманить часть их сил из-за стен… Тогда штурм будет иметь больше шансов. Возможно, стоит попробовать использовать хитрость? Подкуп? Ложные слухи? Найти недовольных их князем Малом? Веслава говорила, что такие есть.