Чтение онлайн

Родители Тита умерли, когда ему едва испол­нилось 5 или 6 лет. Сиротам в России и сегодня несладко приходится, а каково им жилось в сере­дине XVII века, можно только себе представить. По дошедшим до нас рукописям и исследованиям ис­ториков мы можем воссоздать картину жизни в русской деревне — быт наших предков, их взаимо­отношения и то, как они решали каждодневные проблемы. Если верить научным источникам, рус­ские люди искони отличались сердобольностью и не бросали на произвол судьбы детей, оставшихся без родных. Однако, поскольку жизнь была нелег­кой и хлеб насущный зарабатывали с большим тру­дом, возможности взять ребенка в семью и кормить еще один «рот» практически ни у кого не было. Поэтому в деревнях существовал такой обычай: сироте поручали пасти скот, за что он получал пищу и кров. Деревенской общиной сообща содержали сироту. Это было не очень обременительно для каждой семьи, поскольку кормить постороннего человека нужно было не чаще одного раза в неде­лю. В целом же деревне даже было выгодно содер­жать всем миром одного ребенка, а не нанимать на работу взрослого человека, которому к тому же нужно было платить деньгами, а их крестьяне практически не имели.

Жизнь сирот была безрадостной. Их жалели, но считали «беловиками» (обездоленными), то есть людьми, родившимися с плохой судьбой. По суе­вериям того времени младенец, рожденный с «не­долей», не только сам был обречен на неудачи и беды, но и приносил несчастье окружающим лю­дям. Поэтому от него старались как можно скорее избавиться — отдать в монастырь или отправить на заработки подальше от родных мест.

Несладко приходилось маленькому Титу в дет­стве. Сирота-«бедовик», лишенный родительской заботы, изгой среди односельчан, он, в доверше­ние к своей несчастливой доле, обладал еще и странным даром — распознавать воров. В рукопи­си есть упоминания, как мальчик сообщал одно­сельчанам не только, где искать пропавшую вещь, но и указывал на похитителя. Вот один из приме­ров.

В деревне стали пропадать коровы. В краже об­винили женщину, считавшуюся среди односельчан ведьмой. Для крестьянина лишиться скотины, кор­мящей всю семью, было огромным бедствием, по­этому расправы были скорыми и жестокими: вора забивали камнями до смерти или засекали розга­ми до потери памяти. Народный гнев был настоль­ко силен, что сдержать его не удавалось даже свя­щенникам.

Бедную женщину за косы вытащили из дому на улицу, и разъяренная толпа уже готова была ее растерзать. Ни слезы несчастной жертвы, ни уве­рения в непричастности к пропаже коров не по­могали. Неожиданно вмешался маленький пасту­шок Тит Нилов. Он не только рассказал, что про­павшие коровы спрятаны па заимке в соседней роще, но и показал, кто на самом деле был вором. Им оказался крестьянин, который громче всех обвинял «ведьму» и требовал самой жестокой рас­правы над нею. Селяне отправились к месту, ука­занному Титом, и действительно обнаружили там пропавший скот. Оказалось, что мужик хотел тай­ком продать коров на городской ярмарке и нажить­ся на горе земляков. Таких случаев было немало. Нетрудно догадаться, что благодарность односель­чан, особенно если учесть менталитет людей того времени, была смешана с чувством суеверного страха.

Надо заметить, что мы и сегодня с опаской от­носимся к людям, обладающим нетрадиционными способностями, а что уж говорить о «темных» взглядах наших предков. Наверняка Тита стали сторониться еще больше, чем прежде, тем более что «детективным» даром его способности не ог­раничивались. В деревне считали, что мальчик умел понимать язык животных, ведь коровы, козы, овцы ходили за ним по пятам, словно ручные со­баки.

Однажды в деревне произошел такой случай. Известный своей злобой и непокорным нравом бык сорвался с привязи и помчался по селению, раскидывая мощными рогами все, что попадалось на пути. Обуздать его никто не мог, и мужики вышли навстречу зверю с рогатинами. Быть бы быку убитым, если бы не Тит. Мальчик встал на дороге у взбесившегося животного и ласковыми словами успокоил его. Можно представить себе эту картину: хрупкий, худенький мальчик смело стоит перед огромным быком и, глядя ему в глаза, что-то тихо шепчет. Во времена, когда все необыч­ное считалось колдовством, человеку, обладающе­му столь необычными способностями, среди лю­дей места не было. И неизвестно, как сложилась бы судьба Тита, не загляни в деревню один стран­ствующий знахарь.

Ученик чародея

Чтобы описать этот период жизни Тита Нило­ва, нужно снова вернуться к истории. К середине XVII века Русь уже несколько сотен лет была хри­стианской державой. Люди искренне верили в Христа и честно исполняли все предписываемые церковью религиозные обряды. Однако недуги и хвори одолевали их так же, как и в прежние вре­мена. Более или менее квалифицированную медицинскую помощь получить можно было в мо­настырях, но для этого нужно было привезти боль­ного в обитель и заплатить приличную сумму за лечение. А откуда у крестьянина средства и время для путешествия и оплаты врачебных услуг? По­этому небогатые люди охотно прибегали к помо­щи знахарей и знахарок, хранивших секреты ле­карского мастерства со времен язычества. Таких знахарей, по языческой привычке, называли чаро­деями. Сегодня это слово у нас ассоциируется с колдовством или магией, но это не совсем верное толкование. «Чародей» происходит от слова «чара» (чаша, кубок), в которой готовились лекар­ства, то есть истинное значение этого слова «со­ставитель лекарств», или фармацевт. Безусловно, поскольку знахари являлись хранителями древней языческой мудрости, они лечили пациентов не только самодельными сборами, отварами и мазя­ми, но и использовали различные заговоры, обе­реги, талисманы и амулеты. Конечно, официаль­ная Церковь была недовольна такими людьми. Поэтому они, как правило, жили вдали от круп­ных поселений или странствовали по стране, из­лечивая недужных за небольшую плату в виде продуктов.

Знахарь, пришедший в деревню, где жил Тит, не мог не заметить его необычайных способностей. Тогда-то, по-видимому, он и предложил мальчику стать своим учеником. Чему мог средневековый чародей научить ребенка? Прежде всего, умению разбираться в свойствах растений. Сегодня мы зна­ем, что каждая былинка может оказаться для чело­века настоящей панацеей от недугов, но, если не соблюдать веками наработанных правил (время сбора, хранение и сочетание в смесях с другими травами), она может стать и ядом. В старинных «травниках» указаны не только месяцы заготовки лекарственных трав, но и точное время их сбора. Например, некоторые растения срезают «по пер­вой росе», другие — после заката солнца. Целебные корни выкапывают только во время полнолуния, а кору дуба, например, заготавливают только в пол­день после дождя. Знахарское ремесло — настоя­щая наука, и, чтобы овладеть ею в полной мере, тре­буется не только развитие внимания и терпения, но и раскрытие биоэнергетических возможностей человека.

Необычные врожденные способности Тита, бе­зусловно, помогли мальчику не только легко усво­ить «чародейскую премудрость», но и сделали его дар богаче, ярче и глубже. А иначе и быть не могло, ведь общение с природой наделяет человека осо­бым чутьем, делает его более восприимчивым к окружающей среде, более тонко чувствующим ню­ансы бытия.

Старый знахарь был доволен своим учеником. Во всяком случае, в записях говорится, что он на­зывал мальчика своим сыном и надеялся, что Тит в будущем продолжит его дело. По всей видимос­ти, ученик превзошел своего учителя еще на ран­ней стадии обучения. Он не просто мог вылечить заболевание, но и давал точное определение харак­тера недуга.

Например, однажды к знахарю пришла кресть­янка, страдающая отеками ног. Старик решил, что недуг возник вследствие поднятия тяжестей, и стал лечить ее обертываниями с листьями лопуха. Ка­ково же было его изумление, когда его юный уче­ник сказал, что отеки появились из-за больных по­чек. Учителю трудно было признать, что он невер­но определил болезнь, тем не менее он позволил Титу лечить женщину так, как тот считал нужным. Сохранился даже рецепт, составленный Ниловым против почечных недугов: «Настоять в горячем молоке мелко нарезанные корни свежей петрушки и пить по полстакана два раза в день».

А вот еще один из описанных случаев. Пришел человек, страдающий зубной болью. В средневеко­вье зубную боль лечили довольно оригинальным способом: «Змею добыть, вынуть из нее (живой) желчь; если змея (выпотрошенная) поползет, то той желчью мазать больное место, а буде с места не сдвинется — в той желчи нет пособия». Сколько же надо было извести рептилий, чтобы добыть столь ценную мазь? Судя по всему, подобные методы Титу были не по душе. Он предложил больному поочередные полоскания отварами шалфея и ду­бовой коры. Снадобье помогло, и теперь недужные и хворые стали приходить не к старому знахарю, а к Титу. Чародей, по всей видимости, был челове­ком понятливым. Увидев, что научил Тита всему, что знал сам, он решил дать ему возможность про­должить обучение. В те времена простолюдин мог получить образование только в монастыре, но ста­рик понимал, что Титу нужна наука совершенно другого рода. Он отвел юношу к «вещей жене» — жрице бога Велеса.

На обучении у жрицы Велеса

На первый взгляд может показаться, что в се­редине XVII века в христианской стране служи­телей языческого бога и быть не могло. Однако письменные источники того времени свидетель­ствуют о том, что народ, наряду с соблюдением христианских обрядов, не забывал и веры своих пращуров. Священники посылали царю челобит­ные о том, что «смерды приносят жертвы идоли­щам поганым», «проводят срамные обряды» и т. д. А что оставалось делать крестьянам, не имев­шим защиты ни от светских властей, ни от цер­ковных? На самом деле давно доказано, что паде­ние духовности происходит во время политичес­кой и экономической нестабильности, поэтому следует рассмотреть поподробнее ситуацию в Рос­сии в середине XVII века.

Молодому царю Алексею Михайловичу Рома­нову было всего 16 лет, когда он начал свое прав­ление. Он мало вникал в дела и вверил управление ими своему наставнику Борису Ивановичу Моро­зову. Боярин был крайне грубым и жадным чело­веком. Он окружил себя чиновниками, которые без стеснения обворовывали государство, вымогали взятки, умышленно возводили ложные обвинения на невинных людей, чтобы завладеть имуществом последних. Попытки царя навести порядок в госу­дарстве, чтобы «всяких чинов людям, от большого и до меньшего чину, суд и расправа была во всяких делах всем равна», были обречены на провал. Про­стой народ и старых-то законов не знал, а уж об исправленных и дополненных «статьях и уложени­ях» и вовсе не слышал. Такие книги, как «Судеб­ник» или «Кормчая книга», известны были только дьякам и воеводам, которые с попустительства цар­ских властей «вертели делами как хотели»: одни законы бессовестно утаивали, а другие толковали с выгодой для себя или тех людей, которые не ску­пились на подкуп. И если у москвичей, более сво­бодных и грамотных людей, нежели остальные рос­сияне, лопнуло терпение (в июне 1648 года толпа растерзала судью земского приказа Леонтия Пле­щеева), то в провинции народный гнев находил другие выходы — русичи стали чаще обращаться к старым богам.