Чтение онлайн

И совсем неожиданно из глаз полились слёзы, выплёскивая то напряжение, в котором я весь сегодняшний день находился. Поспешил их вытереть, сам себя застеснявшись от такой чувствительности.

– Выкусите, твари! – показал я средние пальцы с двух рук сразу продолжающему нарезать круги над городом вертолёту. Сквозь заросли его сейчас хорошо видно было.

Затем я снял с пояса свою уже почти пустую флягу: наркотой требовалось заправиться, а то так долго я «хамелеона» ещё не держал, он забрал много сил, и уже сушить прилично начало. Открутил колпачок, поднёс флягу к губам – и теперь слёзы уже по другой причине выступили. Скривившись от омерзительного запаха, исходящего из фляги, я поспешил свободной рукой нос зажать, прежде чем добить остатки, плескавшиеся на дне. И главное, это была полностью моя вина, что приходилось сейчас давиться. Как говорится, зажрался. Надоел мне миндальный привкус…

– Слышь, ведроголовый, – окликнул я как-то принёсшего мне завтрак и новую флягу с наркотой «броненосца». – А наркота у вас тут одного вкуса или поменять можно? А то, если честно, уже зубы сводит от этого шоколадного привкуса.

Зубы сводит от привкуса… Это я ещё не знал, как может зубы сводить!

Просьбу мою выполнили: в следующий раз принесли жидкость уже с новым вкусом и запахом. Не знаю, что они туда намешали, но вонь из фляги такая пёрла, что нос приходилось зажимать, чтобы глоток сделать. Но вонь – это ещё не самое страшное, а вот вкус… Где моя наркота с изысканным миндально-шоколадным привкусом? Такое ощущение складывалось, что в флягу помоев прокисших плеснули и сивушным вонючим самогоном залили сверху. Вот и получилось, что ты её туда, а она, зар-раза, сразу обратно; ты её снова туда и с трудом сдерживаешься, чтобы она опять обратно не попросилась. Вот такую они мне наркоту подогнали.

И не пить нельзя: до сих пор та моя попытка в ужас вгоняет; так что давлюсь слезами и тем, что обратно просится, но глотаю.

На робкую попытку вернуть прошлую, кто бы сомневался, последовал ответ:

– Вернём, как только нужную способность у себя пробудишь.

Несмотря на столь «приятный» вкус, я всё же добил флягу и, хорошенько её прополоскав, наполнил водой. И тут же, настроившись на свою целительскую способность, сделал воду «живой». Чувствую, она мне в немалых количествах понадобится. Мало того, что силы хорошо восстанавливает, так она ещё и наркоту экономит. Знахарю я этого не показывал, давился помоями по расписанию, но вот то, что её меньше надо, когда «живую» воду пьёшь – это точно. Теперь вот проверим, насколько она сможет наркоту заменить; может, мне этих помоев вообще не придётся пить.

Придётся!

За четыре часа я отмахал, наверное, километров тридцать и, несмотря на то что «живой» воды прилично так выпил, да и по пути иногда глотки делал, но чувствовал, что она уже не особо помогает. Жажда, пусть и приглушённая, но ощущалась. Так что нужно было или темп сбрасывать, или наркоту пить.

Я скинул рюкзак с плеч и полез новую флягу распечатывать.

Глоток свежих, особо ароматных помоев, запить «живой» водой. Ещё глоток. Отдышался, флягу с наркотой – обратно в рюкзак, с «живой» водой – на пояс, и быстро принимать решение: В какую сторону двигаться? Вопрос возник, поскольку остановился я на лесном перекрёстке. В сторону от основной хорошо накатанной грунтовой дороги, по которой я всё это время и бежал, отходила ещё одна, слабо наезженная, заросшая травой и укрытая сверху нависающими над ней кронами деревьев.

Впрочем, не особо долго я и раздумывал. Дух перевёл, поправил на плечах рюкзак, ремень на поясе подтянул и уверенно направился на юго-запад по этой новой дороге. Бежать по ней не получится, но этого уже и не требуется: всё же от города я прилично удалился, и в данный момент нет смысла жилы рвать и силы тратить. Зато есть много о чём подумать, что при ходьбе особо хорошо делается.

Странности множились со страшной силой. И сама эта фабрика суперов – но с этим ещё можно смириться, мало ли по стране таких секретных объектов. Но вот вымершие города и посёлки, полные зомбаков… Такое, мне кажется, точно без внимания не осталось бы. Единственная мысль, что в голову приходила: наступил зомби апокалипсис. Много об этом писалось, вот и накаркали. Теперь бы разобраться, это повсеместно случилось (если случилось) или только какую-то одну область накрыло? Но чтобы разобраться, нужно у кого-нибудь спросить, что в мире делается, и с этим снова проблема. Один раз, пока бежал, я пересёк шоссейную дорогу, но по ней ни одной машины не проехало – что для такой дороги нехарактерно. Минут двадцать я лежал в придорожных кустах, но так никого и не дождался. И это подтверждало мысль об апокалипсисе: шоссе могли перекрыть, или по нему уже некому было ездить.

Но это ладно, я надеялся нормальных людей всё же встретить и всё у них узнать – и как домой добраться в том числе. Если кирдык не повсеместный, то главное – домой вернуться, а там уже начнём шум поднимать. У родителей, особенно у матери, знакомых хватает, разберёмся, что это за «броненосцы» такие на вертолётах тут летают и людей похищают.

О том, что мой город может быть таким же, как тот, из какого недавно сбежал, я старался не думать. Хоть перед глазами так и вставала картина с лежащими тут и там трупами: их я тогда впервые наблюдал в таком количестве.

Тряхнув головой, я развеял эту картину и о другом задумался. А именно – о «демоне».

– Брр, – аж передёрнуло меня всего, как я вспомнил отражение в зеркале. – До чего же жутко выглядело.

Но жутко или нет – тот «демон» меня тогда спас. И мне было очень интересно, как именно я в него смог превратиться. Ясно, что это моя новая способность пробудилась, и как бы не та самая, которую от меня всё это время требовали. А именно – неуязвимость! Всё же лапа Пургена сквозь меня тогда прошла, так что это всё равно что неуязвимость. Она, родная.

– Но как её вызывать? К какой эмоции привязывать? – спросил я сам у себя тихонько.

А в ответ только кроны деревьев шумят, покачиваясь на ветру, да кукушка издевается, отсчитывая мне просто неприличное количество лет жизни. Как будто я не знаю, что жить мне столько, сколько наркоты во фляге осталось. Такие вот водяные часы. Сделал глоток – убавил отпущенное мне время.

Но я ни о чём не жалею! Всё равно бы меня там залечили или на запчасти в итоге разобрали. Экспериментаторы чёртовы! А так я, пусть и немного, но поквитался с ними за всё то, что они сделали.

Но факт остаётся фактом: когда наркота закончится, то всё – или сдаваться, или подыхать в мучениях. Ну или самый оптимальный вариант, так как ни первый, ни второй вариант меня не устраивал: головой вниз с какой-нибудь высотки. А ещё лучше найти нормальный ствол, который у меня в руках выделываться не будет, и мозги себе вышибить. Быстро и безболезненно. А то прыгать мордой об асфальт всё же страшновато.

– Мать! – Не знаю, обо что я споткнулся, но сделав несколько быстрых шагов, растянулся во весь рост.

Грохнулся прилично – показалось, даже что хрустнуло что-то.

– Не показалось, – замер я, прислушиваясь.

Вдали раздался глухой щелчок, и ещё один, а потом и несколько сразу, но уже более громких и резких.

– Ну надо же, только подумал о нормальном стволе – и вот тебе на, стреляют, – хихикнул я несколько истерично. – Прямо подталкивает кто-то именно этот вариант самоубиться выбрать.

Я поднялся с земли, отряхнулся, всё так же прислушиваясь и стараясь на слух определить, сколько именно человек стреляет. Но так и не смог этого сделать. Ясно, что больше двух, но насколько больше…

При этом громко стреляют, а ведь у «броненосцев» оружие тихое, только шипит и пыхает себе тихонько. Так что это точно не они: или охотники, или отдыхающие какие-нибудь резвятся, или… Неважно, кто там! Главное, там есть те, кто на мои вопросы ответят.

А в том, что ответят, я не сомневался. Пусть «Дикаря» со мной сейчас и нет, но есть добытые у «броненосцев» ножи. И тут ещё неизвестно, что страшней, ломик или нож. Так что если заартачатся, то будем пугать.

Через два километра лес резко кончился, и открылся вид на небольшой пруд и посёлок, домов на триста, расположенный на другом его берегу.