Чтение онлайн

Глыба, как молитву, повторял и повторял:

– Змей выживет. Змей выживет. Змей обещал.

– Чего же так хреново? Во рту будто мартовские кошаки нагадили.
– Сильвер не глядя, на ощупь, в череде пустых бутылок нашел недобитую. Приложился, не на шутку напуганная жизнь вроде вернулась обратно, в тело.

Сильвер едва разлепил глаза: “Сколько же мы ночью выпили, - он тряхнул головой, - в той жизни точно бы лежали уже с биркой на ноге. Зря тряс, стало только хуже”.

Урф лежал недалече всхрапывая.

“Вот же втравил, гад подколодный. Может прибить его сейчас и все, и концы и воду с железной балкой на шее. Нет, не сейчас, вдвоем, как ни крути, легче. Завязли мы оба, как мухи в меде, захотелось сладкого и сразу, вот Вам по морде и сладкое, вот Вам и сразу, вот Вам и доходное”.

Мутило страшно, Сильвер знал одно дельное средство, переданное по наследству его предшественником, царство ему небесное. Сильвер встал и покачиваясь вышел из Эллинга, прошел немного по навалу прибрежных камней, вошел прямо в одежде в прохладную до дрожи воду, дошел до Похмельного камня и уселся на специально выбитую ступень, будто в кресло погрузившись по шею, прилив колыхал руки и ноги.

– Ух, хорошо, мысли сразу просветлели, мутило отошло, нет оно просто утопло. Пробрало, как говорится, до мозга костей. На южной стороне глаз зацепился за маяк на мысе бакеном.

– Пифия, - выдохнул Сильвер, губы посинели, его трясло.

– Все из-за тебя, все из-за тебя, душа моя. Жди-жди все равно ты будешь моей, или сдохнешь, другого не дано.

Под прилив и эту стылую, свежую водицу с Балтики, вспомнилось: сколько он унижался, сколько задабривал, сколько ставил условий, сколько пугал, сколько пытался похитить ее, все тщетно.

Обладание ею, давно стала его навязчивой идеей. И у него оставалось всего два варианта, на которые он ставил все, это разбогатеть, как Крез и разорить ее, или убить, имея огромные деньги и на Пифию найдется клинок.

Разбогатеть - в очередной раз сорвалось.

– Нет, еще не все потеряно, - подбодрил себя Сильвер.
– Что случилось, да расходы, да потери. Чего не бывает в жизни, получается, с этим Змеем в лоб нельзя. Значит, пробуем по-другому.

А мы не будем ему мешать, пусть идет свободно в Рамбов, это уже не наше дело, Церберы дали слово, пусть теперь у них голова болит за этого Змея «ни дна ему, ни покрышки».

– Пожалуй, хватит. Спасибо, Похмельный камень, - и встав, Сильвер побрел к берегу, выйдя из воды, оглянулся, погрозив далекому маяку.

Весь остаток этой ночи Пифия так и просидела в задумчивости, в своем удобном кресле на Маяке, наблюдая бегство ночи и рождение зари.

Предрассветный туман, клубясь мороком-пеленой, затопил все вокруг, устояли под натиском этой серой реки лишь купола Соборов Архангела Михаила в Ораниенбауме и Морского Никольского в Кронштадте. Первые лучи будто ударили в эти золотые колокола, и от них свет, золотыми брызгами, разлетелся во все стороны - родился новый день.

– Вот и утро, - сказала Пифия, грациозно потягиваясь и улыбаясь.
– Хорошо-то как, сегодня многое нужно успеть. Но сначала вздремнуть пару часов не помешает.

Пифия направилась в спальню, по пути из вазачки зачем-то прихватив с собой большой ораньжевый апельсин, на мгновение подумав где ты сейчас Змей...

Вошли в Коваш, река куталась в туман.

– “Светает” - сказал Змей.
– Тихий ход.

Без приключений дошли до места. Паромщик сбавил газ, в воде стояли люди, его люди. Подошли на самом малом.
– Ставь на нейтраль, не глуши, - движка почти не было слышно, он лишь побулькивал слегка.

Лодку обступили, каждый хотел выразить Змею свою радость от встречи. Ласка на всех шикала:

– Тише вы, тише, кругом твари, - укрывшиеся, то ли в реке, то ли в тумане, тихо радовались, что живы, что вместе обнимались, подбадривая друг друга.

– Твердыня!
– обрадовался Змей.
– Как ты?
– Твердыня пожал плечами.

– Выбросило взрывом, очухался в воде, долго нырял и плыл и так до берега, ночью шел по воде, вдоль береговой линии, любовался вашей работой.

– Ты молодец, парень живучий, и вправду твердыня, - сказал Змей. Ни кого из наших не видел?

– Нет, капитан, - тихо сказал Твердыня, опустив голову. Змей кивнул, понимая, обратился к Ласке:

– Ласка, почему в воде? Твари?

– Да, капитан, решили не рисковать, после такого шума из Соснового Бора все монстры на побережье двинули, хорошо, нас река от большинства зараженных отсекает. Капитан, а где моя винтовка?

– Кто о чем, а вшивый о бане, у Глыбы винтовка, а он, поверь, не из растерях.

– Ну, хватит ноги мочить, грузимся. Паромщик, нам еще два поворота вверх по течению, а там и до Тира рукой подать, метров двести-триста всего будет.

Прошли по реке максимально тихо, только в одном месте, у гаражей, увидели трех бегунов, они заинтересовано включились в погоню за ними, по берегу, подпрыгивая от нетерпения, с вожделением посматривая на тех, кто в лодке. Проходя очередные лодочные гаражи, к бегунам присоединился Лотерейщик и возглавил преследование.

– Да у нас тут целый эскорт образовался. Чума, Мамба, уберите этих фанатов, слишком много шума создают. Бестии как бежали, так и легли друг за другом.

Выше по течению туман уплотнился, скрыв берега, создавая пугающую иллюзию, что они находятся в каком-то безбрежном, таинственном океане, на этой утлой перегруженной лодчонке. Хотя, паромщик уверено вел моторку, ориентируясь, не иначе, как, используя свой дар.

За вторым поворотом реки Змей указал направление. Паромщик убрал газ, и они плавно уткнулись носом катера в заросший берег меж двух огромных валунов. Змей показал паромщику большой палец, прошептав:

– Выше всяких похвал, рулевой.
– Змей призвал всех к вниманельности и соблюдению тишины, прошептав:

– Тир недалеко, если бы не туман, он был бы у нас в прямой видности, а тварей и вправду много, по тихому готовим оружие к бою. Нужно спешить, при достаточной видимости нам здесь не пройти - все поляжем.

Змей тряхнул флягой.
– Каждому по глотку, - и пустил флягу по кругу.

– Идем колонной по одному, первый я, за мной Док и Паромщик за ними Мамба, Твердыня, Ласка, замыкающая Чума. Пять шагов, интервал протяженностью пять ударов сердца, если выстрел, интервал десять ударов сердца. Поклажу придется оставить в лодке, берем только боеприпасы и личное оружие. По светлому дай бог вернемся сюда. Стрелковым работает только Мамба, Чума и я. Остальные, держите себя в узде, шум - смерть наша, если набегут нам не выдержать навала, слишком их много вокруг. Трофеи собираем, если позволит обстановка.