Чтение онлайн

– Так что нужно только ваше одобрямс или не одобрямс, - вставил свое Док.

– Без вопросов. Глыба, выдай нужное Твердыне и иди, принимай Хранилище.

– Глыба все сделает. Глыбе тоже нужно двадцать восьмой завод.

– Вот, как разберетесь здесь с делами, шуруйте всем скопом, и мне спокойней, только осторожней там и бдительней, понял, Глыба?

– Глыба понял, - просиял гигант.

Прошли во дворик, сердце радовалось укрепленным коридорам, приятно осознавать, что за твоей спиной несколько метров крепостной кладки.

Внутренний дворик преобразился разительно, вместо заросшего травой палаца и кусков кирпича здесь был разбит мини парк со скамейками и цветной мостовой, выложенной плиткой. Смотрелось стильно и очень красиво, на проект восстановления Крез не поскупился.

Служащие и охрана стояли двумя шеренгами по отдельности и внимательно, с напряжением, смотрели на нового владельца.

– Меня зовут Змей, Чумной Форт теперь собственность Братства Злых Клоунов. Ваши долги и рабство аннулируются. С этой минуты Вы все свободные люди. Можете хоть сейчас уйти, а можете поступить на службу. Лучшие, доказавшие свою преданность и желание совершенствоваться, со временем смогут вступить в братство. Завтра, с восходом солнца, здесь смогут остаться те, кто решит связать свою судьбу с Братством. Это все, разойдись.

Они не успели и половину Форта обойди, как прозвучал взрыв. Подбежал Циферблат.

– Хазя... тьфу ты. Капитан, на двадцать восьмом Взрыв.

Разбирали завалы полдня. Среди трупов своих не нашли.

Пифия вошла в раскопанный эпицентр взрыва, как лунатик, глаза открыты, но будто не видит она настоящее, то ли в грядущее, то ли в прошлое смотрит.

– Не подходите к ней, - предупредил Змей, понимая, что происходит.

Через минуту Пифия пришла в себя.

– Это был непроизводственный взрыв, это все подстроено, а наших просто похитили, опоили чем-то, и увезли до взрыва, и это псы Цербера, - уверенно сказала Пифия.
– Они будут торговаться, им нужен ты, Змей.

– Они совсем охренели, напали на стаб и думают, что это им сойдет с рук, - заявил один из полицейских наблюдателей.

– Доигрались, суки блохастые, теперь им и в Кронштадт и в Рамбов ход точно закроют, да и до других стабов вести скоро дойдут, - сказал другой служивый.

Засели в вокзале, приходилось ждать хода Церберов. Змей попросил Пифию рассказать все, что знает о Церберах.

– В Питере есть несколько странных мест, сильно отличающихся от основного кластера Санкт-Петербург, они частично стабильны, их мало, но они есть, например, остров Заячий, на котором стоит Петропавловская крепость. По слухам он перегружается раз в десять лет, но правда это или ложь никто не знает. Церберы держат это в секрете. Основной источник их силы и благополучия, кроется там, в Петропавловской Керепости и ее расолажениии. Многие стабы давно бы отказались сотрудничать с Псами, но выгода от сотрудничества пересиливает. Как говорится, скрежещут зубами, а руку жмут. Они единственные из больших групп, кто закрепился в Питере, тем более центре. Редкие товары, произведения искусств, качественные биоматериалы регулярно и в больших количествах, и конечно, охота за головами, как не крути, а здесь они тоже лучшие.

Костяк клана это Цербер и его младший брат кваз Жало, оба отличные бойцы, они-то вместе лет двадцать назад и создали Церберов. Потом младший то ли под давлением старшего, то ли сам сглупил, переел жемчуга, ну ты видел последствия, а вот боец из него вышел отменный, нестандартный, непредсказуемый.

Постепенно, к этой шайке, называющий себя кланом, прибились все лихие отморозки со всех ближайших стабов, и самые-самые из них: это безумец Горелый - дар Алхимик, откровенный садист Белый - сильный знахарь, и Крюк, еще один с ненормально психикой, по слухам у него и дар соответствующий - палач.

Договорить они не смогли, к ним подбежал официант.

– Вам передали пакет.

На запечатанном пакете было написано: «Последнему Герою».

Большое подвальное помещение было жутким, что-то среднее между лабораторией пыточной и моргом. По центру стояло четыре железных лежанки с поддонами на высоких ножках, над ними бестеневые хирургические светильники.

На трех лежали Глыба, Твердыня и Док, зафиксированные широкими капроновыми лентами, пленные будто спали и видели кошмарные сны, яблоки под веками беспорядочно бегали, тела периодически подергивались, еще на одном лежанке-столе лежала тварь, распоротая от горла до промежности. Тут еще было двое в медицинских халатах, один сновал между лежавшими без сознания, второй же, видимо только вошел, и спускался по лестнице.

Тот, что спускался по лестнице, являлся полным альбиносом, короткий ежик, презрительная маска на лице, казалось застывшая навсегда, из цветного на нем были только пятна крови на халате и увеличенные черные зрачки, даже тенниски на нем были белые.

– Хэлоу, Горелый, тут говорят к тебе каких то важных новеньких притаранили.

– И тебе по тому же месту, Белый, - ответила, полная противоположность: лысый, кожа черепа коричневая в черных отметинах, будто только что пострадала от порохового ожога, на самом деле это были последствия неудачного эксперимента.

– Да уж, Цербер интересных субчиков нам подогнал. Я еще таких навороченных не встречал. Кто такие, Горелый?

– Люди Змея. Ты, Белый, даже не подходи к ним пока Хозяин отмашку не даст, как сказал Босс: - “Они наша наживка, червячки на рыбку золотую, а они живые нужны”.

– Жаль, - искренне ответил Белый.
– А то они мне уже нравятся, в особенности вон тот, большой. И что в них такого, Горелый, как ты говоришь «интересного»?

– Да вот, например, какие-то приблуды на руках. Представляешь, алмазный резак даже царапины не оставил, я три диска об него загубил, даже не понимаю, как такое может быть. И еще вот, смотри...

Алхимик взял скальпель и хладнокровно стал делать надрез, оголились кости на груди гиганта, который так понравился Белому.

– Ха, как твой кошмарик действует, даже не дергается.

– Не кошмарик, а зелье «Кошмары Горелого», - поправил Горелый и положил скальпель в ванночку.

Рана тут же на глазах затянулась. Белый не удержался, провел рукой, размазав лишь остатки крови, облизал свою руку. Знахарь грязно выругался и приложил свои ладони к груди гиганта, лежавшего беззащитной глыбой на столе.

– Режь снова.

– Ух, - выдохнул Белый, отшатнувшись.
– Это и вправду что-то запредельное. Давай кисти отрежем и снимем.

Горелый с сожалением вздохнул.

– Уже предлагал Церберу, заинтересовался сильно, но не разрешил.

В запечатанном пакете оказалась небольшая коробочка с тринадцатью жемчужинами и работающая рация.

Змей нажал на тангетку:

– Я на связи, прием.

– Твои еще пока лежат целые, не кусками. Предлагаю обмен один к трем. Мне нужен ты, Змей. Договариваемся сейчас, времени не дам.

– Условия передачи?
– твердо спросил Змей.

– Через час катер подойдет к Угольной стенке. На пирс по трапу сойдут твои люди, а ты зайдешь на катер. Все.

– Все?
– спросил Змей.

– А да, ты должен громко дать клятву на привокзальной площади, чтоб все собравшиеся слышали, что ты сдаешься в плен Псам Церберам, и не будешь выказывать сопротивления до хорошенькой удобной камеры. Мы тут подобрали тебе одну знаменитую, там Великий князь Павел Александрович - сын императора Александра II сиживал, тебе будет приятно и, опять же, статусно.