Самоучитель для бога. Дилогия
Шрифт:
– Здравствуйте, можно? – Он открыл дверь и постучал в косяк. – Владимир Михайлович, я с первым отчетом.
– Заходи, садись! – проговорил Черемушкин. Он что-то сосредоточенно писал.
Игнат прошел и выдвинул первый стул. Сел, ожидая, пока шеф закончит.– По лицу вижу, пришел не с пустыми руками, – сказал Черемушкин и выпрямился в кресле. Оно заскрипело под его тушей.
– Да, – сказал Игнат, не удержав довольную улыбку. – Рассказать есть о чем.
– Хорошо. Давай коротко, – бросил Владимир Михайлович. – У меня мало времени. Слыхал, что с Василием Ивановичем случилось?
– Да, – проговорил Игнат. Тут его осенило: – Неужели это неслучайно?!
– У меня есть основания полагать, что было покушение, – сказал Черемушкин. Его брови грозно нахмурились. – По показаниям свидетелей, он шел по тротуару, машина специально вильнула, чтобы сбить его. Нарушитель скрылся. Более того – в милиции не спешат открывать дело. Несчастный случай, говорят…
– Ничего себе!
– Это как раз то, о чем я тебе говорил. На газету начался наезд. Это война! Именно Василий Иванович написал первую статью. И в новой статье у него много интересного. Он успел мне ее передать. Речь также идет о секте.
– У меня тоже есть кое-что, – сказал Игнат. – Похоже, в городе готовится вооруженный переворот. В аудиториях филиала “Роста” членов секты обучают стратегии захвата власти…
Игнат показал Черемушкину фотографии, рассказал о виденном. Владимир Михайлович внимательно выслушал, потом долго молчал.
– Что ж, ничего нового ты не сообщил, – проговорил он после долгого раздумья.
Игнат почувствовал разочарование. Ничего нового?! А он так старался, думал, что несет важнейшие сведения!
– Фотографий таких я тебе могу сделать сотню – кто докажет, что они сделаны в филиале секты? Может мы щелкнули это в соседней комнате.
– Но ведь это серьезно… Попади подобные кадры к компетентным органам… – начал Игнат.
– В том-то и дело, что подобные кадры уже есть у компетентных органов. Но они молчат. Загадочным образом молчат, – сказал Владимир Михайлович и снова замолк.
– Что же тогда вы от меня хотите? – проговорил Игнат. Он почувствовал пустоту и недоумение. Показалось, что редактор обманул его. Отправил на опасное задание, заведомо зная, что ничего нужного он не добудет.
– Ты принес главные сведения – знания секты действуют. Если не врешь, конечно. – Черемушкин испытующе поглядел на него.
Игнат вскинулся, глаза его возмущенно блеснули.– Врать?! Зачем мне врать?! В чем вы меня подозреваете?
– Извини. – Черемушкин отвел глаза. – Нервы. Прости. Еще ценнее сведения о том, что Федора они так и не смогли достать. Значит, ищут, говоришь?
– Да!
– Что ж, продолжай наблюдения. Запоминай все до мелочей. Тем более у тебя теперь память идеальная… – Он хмыкнул, Игнат вновь ощутил укол раздражения. – Отчеты лично мне. Мои обещания по-прежнему в силе. Если добудешь что-нибудь по-настоящему стоящее, пост зама и статья в московских изданиях тебе обеспечены. А теперь ступай. Мне еще много предстоит сделать…
Игнат вышел от Черемушкина в расстроенных чувствах. Разговор растревожил и обидел его. “Я, рискуя, добывал сведения, даже сфотографировал оружие и плакаты, а он говорит, что это мелочи!”
Игнат остановился. “А на самом деле, чем я рисковал? Федор вынужден был бежать, Василий Иванович чуть не поплатился жизнью. Если кто-то так стремится сохранить секреты секты, то, может быть, и я рисковал не просто исключением из секты, может, я рисковал жизнью?” Игнат поежился – показалось, что затылка коснулось чье-то ледяное дыхание.
“Но, с другой стороны, слова Черемушкина о маниакальной скрытности сектантов не вяжутся с той легкостью, с которой я проник на якобы секретный третий этаж и выведал кучу секретов. Как будто некто, имея мощную, непобедимую армию, умышленно пускает в лагерь шпионов, чтобы они посмотрели и донесли своим хозяевам, что сопротивляться бесполезно. Или, быть может, через меня пытались передать ложные сведения?! Может, секта провоцировала нас на шумную статью, чтобы потом уличить во лжи и разом уничтожить? Ведь Черемушкин имеет гораздо больше опыта в подобных делах. И информация к Нему поступает не от одного меня. Так что не стоит тебе, Игнат, так опрометчиво обижаться на умного человека. Лучше продолжим выполнять свои обязанности. И впредь будем умнее и разборчивее в донесениях. Нужно учитывать и такую возможность, что все это дезинформация”.
Утешившись такими размышлениями, Игнат направился к телефону. Не стоит бросать в беде товарища, нужно поподробнее разузнать, как там дела у Василия Ивановича и когда можно будет его навестить.
А вечером фортуна преподнесла неожиданный сюрприз. Игнат пришел домой после посещения Василия Ивановича. Тот действительно оказался в норме, уже сам ходил и пребывал в бодром расположении духа. В случившемся злого умысла не видел. Игнат задумчиво поднялся по лестнице, на верхней площадке остановился. Свободного места стало еще меньше: приспосабливая давешнюю коробку из-под холодильника, бабушка выставила сюда коробки помельче. Они высились на площадке неприступной кучей, отчего до выключателя теперь не добраться. Игнат зашарил в кармане в поисках ключа. Замок щелкнул, и дверь открылась – перед Игнатом стояла Оксана. Игнат удивленно улыбнулся ей – прямо как в старые добрые времена. Дожабиковые. Лицо Оксаны было тревожно. Игнат насторожился, тревога пробежала по коже ледяным дыханием.– Что случилось? – спросил он.
– Жабик… – пролепетала Оксана.
– Что с Жабиком?! – Игнат почувствовал в груди пустоту. Только сейчас осознал, насколько привык к этому человечку за два неполных дня.
– Жабик скорешился с Иваном. Он уже два часа от него не выходит! – Оксана почти плакала.
– Фу-ты господи! – воскликнул Игнат. – Я думал, что-то серьезное случилось…
Он прислушался. Из-за дверей Ивановой комнаты доносилось бренчание гитары и голоса.
– Постой-ка! Говоришь, два часа не выходит? – Игнат повернулся к Оксане. На лице его появилась коварная улыбка.
– Да. Сделай же что-нибудь!
– Тсс, – приложил палец к губам Игнат. – Не спугни…
На цыпочках он подкрался к двери Ивана и прислушался.– …А еще есть ростоманы. Они живут на Ямайке. Это острова такие в океане. Далеко отсюда! Там всегда тепло и море! Представляешь?
– Прекрасно, наверно! – квакнул Жабик. – А кто эти ростоманы?
– Они поют! Импровизируют и поют!
– А чем мы хуже? Давай тоже попробуем! Зазвучали гитарные аккорды, Жабик запел противным тонким голоском:
– Я сижу-у-у! И пою-у-у-у! Ростоманы где-то рядом!..
Они восторженно захихикали.– По-моему, классно получается. Давай еще!
Удары в стенку.– Сколько можно уже! Я старый, больной человек! Хотела вздремнуть после ужина, а вы все орете и орете!
Игнат вздрогнул и отступил на шаг. Сзади едва слышно пискнула Оксана, – наверное, наступил на ногу.
– Извини! Похоже, бабка уже освоилась со своим новым умением говорить, – прошептал Игнат.