Чтение онлайн

Слова типа sings, singing, singer Сепир выражает формулой А + [в], где А — корневой, семантически самостоятельный элемент, а в — грамматический и несамостоятельный (что выражается скобками). Слова типа fireengine (сложные слова) выражены им по формуле [А] + [в]. Слова типа beautiful, где грамматический элемент носит отпечаток своего происхождения, выражаются формулой А + в.

Обратимся к стиховому слову:

Когда в объятия мои

Твой стройный стан я заключаю,

И речи нежные любви

Тебе с восторгом расточаю,

Безмолвна, от стесненных рук

Освобождая стан свой гибкий,

Ты отвечаешь, милый друг,

Мне недоверчивой улыбкой...

(Пушкин)

Если иметь в виду языковое значение слова “стесненных”, то придется констатировать неправильность его употребления. Стесненными в этом контексте должны быть не руки, а стан. Однако с этим словом в условиях стиха происходит следующее превращение: корневой элемент “тесн” самостоятельно выражает значение “тесно”, а “грамматический” элемент “с” реализует свое значение приставки, выражая значение: “сдвинутых”, “сжатых”, “соединенных”. Происходит преобразование!

[a] + [B] + [c] А + В + [c]

Общее значение элементов распадается на два значения: тесно соединенных. На этом свойстве стихового слова основаны также словоупотребления:

Сейчас притащили

израненный вечер.

Крепился долго,

Кургузый,

Шершавый,

И вдруг,

Надломивши тучные плечи,

Расплакался, бедный, на шее Варшавы.

(Маяковский)

Здесь “тучные” плечи означают: плечи туч. Вечер расплакался дождем. На месте одного значения — два других.

Или:

А люди разве не цветы?

О милая, почувствуй ты,

Здесь не пустынные слова.

Как стебель тулово качая,

А эта разве голова

Тебе не роза золотая?

(Есенин)

Слово “пустынные” здесь употреблено в значении “пустые”:

[А]+ [b] А + [0] [А] + [с]

Построение так называемых неологизмов основано на существовании связей, хотя и не прямых, между частями слов (морфемами) и внеязыковой действительностью.

Например:

Будет буря — мы поспорим

И помужествуем с ней.

(Языков)

Примеров неологизмов можно привести огромное множество. В данном случае приставка по- в слове “помужествуем” реализует свое значение приставки, семантически обособляясь: “помужествуем” значит “поборемся мужественно” или “потягаемся мужеством”. В неологизмах используется то свойство слова в стихе, что в нем несамостоятельные морфологические элементы способны семантически обособляться, устанавливая непосредственную связь с внеязыковой действительностью.

В рассмотренных случаях окказиональное значение слова не соответствует его узуальному значению. Но даже и в тех случаях, когда новая, возникшая в условиях стиха, связь элемента слова с внеязыковым содержанием не нарушает естественной языковой связи обозначающего с обозначаемым, для поэзии характерны случаи связи морфологических частей с предметным содержанием, параллельной общеязыковой связи.

В доказательство приведу наблюдения Л.В.Щербы над стихотворением Пушкина “Воспоминание”:

“...В слове умолкнет (а не замолкнет, напр.) останавливает на себе внимание весьма выразительный префикс – у-, обозначающий “прочь” ср.: унесет, уведет и т. д.);

...любопытны “развивает” обилием семантических ассоциаций (раз-ви- и ва- как -суффикс повторяющегося действия);

...слово “полупрозрачные” имеет в себе три ярких семантических элемента: “половинный”, “сквозь”, “смотреть”, а потому является в высшей степени выразительным словом, богатым сложными ассоциациями” [Л.В.Щерба. Опыты лингвистического толкования стихотворений..., “Русская речь”, Пг., 1923, с. 49].

Так же, как это сделано в приведенных выше примерах, мы можем описать выразительность этих слов по формулам Сепира и наглядно увидеть семантизацию морфологических элементов слова. Этим объясняется самостоятельное значение внутренней формы слова, часто наблюдаемое в условиях стиха. В том же “Воспоминании”:

Когда для смертного умолкнет шумный день,

И на немые стогны града

Полупрозрачная наляжет ночи тень...

В восприятии слово “наляжет” самопроизвольно распадается на составные части:

“наляжет” — “ляжет на”: [а] + В а + В.

В языковом слове формальные элементы по закону семантического опрощения всегда стремятся к непосредственной и однозначной связи с предметным содержанием. Корневые элементы сложных слов, как, например, “путешествие”, “пароход” слились в одно целостное семантическое представление, тогда как недавно образованные (камнедробилка, хлеборезка) еще сохраняют некоторую семантическую раздвоенность.

В поэтической речи наблюдается действие закона, обратного общеязыковому закону семантического опрощения. В “поэтическом” слове имеет место некоторая добавочная семантика, по крайней мере, двойная направленность на действительность. Это же явление можно видеть и в поэтической метафоре, сравнивая ее с языковой. В языковой метафоре добавочная семантика слилась с основной (или просто: два семантических представления слились в одно целое). Первоначальная предметная отнесенность внешней оболочки слова, ставшего метафорой, вытесняется из сознания, или вернее, сливается с новой, приобретенной в результате метафорического употребления, предметной отнесенностью. Когда мы говорим “дверная ручка”, семантическое представление “рука” отсутствует в нашем сознании. В случае поэтической метафоры обе предметные отнесенности сосуществуют, не сливаясь в единое целое.

В поэтической метафоре осуществляется двойная направленность на действительность.

Так же как в метафоре, во всех других художественных приемах (метонимия, оксюморон и т.п.) имеет место семантическая осложненность. Везде, где перенос значения ощутим, где осуществляется двойная направленность на действительность, мы наблюдаем наличие эстетической функции. Можно сформулировать наши наблюдения таким образом: эстетическая функция принадлежит семантической осложненности, кратным смысловым эффектам.