Седьмой легион
Шрифт:
Представление было действительно смешным, особенно было весело, когда «вор» до смерти напугал «охранника», облив его водой из ведра, которое тот принёс с собой, чтобы помыть статую. Я искренне рассмеялась. Это было действительно забавно, и у всех сразу же поднялось настроение. «Надо же такое придумать!», – подумала я.
– Мне понравилось! – весело сказала мама.
После вечерней программы мы вернулись в номер и собирались ложиться спать. Несмотря на жару, в номере было прохладно, и, вот удача, нам даже включили воду. Постепенно мы начали настраиваться на отдых. Мы шутили и смеялись, забывая о неудобствах. И на какое-то время я оставила для себя идею, – разгадать тайну этого Блондина, решив, что всё что надо я для себя уже поняла. Необычные ощущения присутствия кого-то и предстоящих перемен покинули меня, и я полностью погрузилась в отдых.
На следующий день у нас было замечательное настроение, и вечером мы снова остались посмотреть представление. На этот раз зрителей было гораздо больше, чем в прошлый раз. Сначала на сцену вышла девушка, которая изображала жену, в ожидании любовника. Она провожала мужа в командировку. И она, и её якобы муж, которого изображал темноволосый парень, играли очень скучно и вяло. Это представление было совершенно неинтересно смотреть, пока на сцену не вышел Его Величество Блондин. Конечно же он играл ЛЮБОВНИКА, кого же ещё? Он так здорово играл, что все сразу начали ему аплодировать.
Крики и свист раздались в зале, когда он начал под музыку сексуально снимать свои шорты. Я улыбнулась и подумала, что он мог бы и один развлекать весь зал и смешить всех до слёз. Зачем вообще нужны были другие участники на сцене? Потом вернулся муж, и Блондин – «любовник» спрятался в шкафу. Но муж заметил это и заставил жену открыть шкаф. Когда муж подошёл к шкафу, оттуда неожиданно с криком выбежала целая толпа парней в одних трусах. Видимо, это и был весь персонал нашего отеля. Я хохотала до слёз. Я не могла остановиться от смеха.
«Интересно, как они там все поместились и сколько они там простояли?», – подумала я.
Я представила, как всё это время весь персонал нашего отеля и ресторана простоял в трусах за занавеской.
– Так вот куда исчезли все официанты из ресторана! – воскликнула я со смехом.
Несмотря на отсутствие декораций, специальной техники и вообще каких-либо условий для развлечения отдыхающих, этому парню каждый раз удавалось из ничего сделать очень интересные, смешные и оригинальные представления, и каждый вечер зрителей становилось всё больше и больше. После его представлений у меня всегда поднималось настроение, и я с нетерпением ждала следующего.
Однажды зрителей было так много, что в ресторане не хватило стульев. Слухи о необыкновенных вечерах в нашем отеле моментально разлетелись по окрестностям курортного места, и люди начали приходить из соседних отелей.
– А Вы из этого отеля? – спросила меня девушка, которая уселась рядом со мной.
– Да, – ответила я, – а Вы?
– Здорово! – сказала она, – вот же повезло Вам! А мы из соседнего отеля, здесь недалеко. Отель наш конечно шикарный, но у нас вечерняя программа очень скучная! Интересно, нас не выгонят отсюда?
Я посмотрела на Блондина и улыбнулась.
– Думаю, что нет, – ответила я.
– Классно он играет, правда? Мы вчера тоже приходили. Так смеялись!
– Да, – сказала я, глядя на Блондина, – нам очень повезло!
В один из вечеров, после окончания представления, Блондин и его друзья, которые вдруг появились на сцене, начали подходить к отдыхающим и, взяв их за руки, вести на сцену в круг, чтобы танцевать по кругу турецкий танец. Я не помню, как я оказалась рядом с Блондином. Он взял меня за руку, и, находясь непосредственно рядом с ним, я смогла лучше его изучить. Мне удалось рассмотреть черты его лица и его, словно «стеклянные», большие голубые глаза.
«Интересно, это контактные линзы или это действительно настоящий цвет его глаз?», – с интересом подумала я.
Блондин прыгал и скакал по сцене, как заряженная батарейка, и я повторяла за ним все движения. Он излучал какую-то бешеную, мощную энергию и был невероятно активным, словно бомба, взорвавшаяся на сцене, в то время как бомба взорвалась и в моем сознании. Я начала постепенно забывать, откуда и зачем я приехала. Всё, что интересовало меня теперь, – этот мальчик, находящийся слева от меня, и эта необъяснимая тайна, которую мне так хотелось разгадать. Он был мне настолько интересен, что я пыталась изучить и рассмотреть его как можно лучше, увидеть его глаза и прочитать его мысли.
Глава вторая
Яркое, беспощадное солнце обжигало меня, и, лёжа под пляжным зонтиком, я уговаривала себя ещё немного потерпеть. Невыносимая жара снова сводила меня с ума, и я пыталась подумать о чём-то, чтобы отвлечься.
«Ну как-то же люди выдерживают это!», – думала я, глядя на отдыхающих, которые спокойно лежали под раскалёнными лучами солнца.
Всё моё лицо вздулось, и мои глаза были настолько опухшими от солнца, что я не снимала свои солнечные очки и практически ничего не видела. Больше всего мне хотелось куда-нибудь в тень под дерево, а ещё лучше – куда-нибудь в лес. Тогда я вспомнила, что моя пра-прабабушка, по рассказам мамы, родилась и выросла в Тайге, и я решила, что желание жить в лесу передалось мне по наследству.
И вот, настало время обеда, и мы снова сидели в ресторане. На горизонте появился Блондин, и я с интересом стала наблюдать за ним. Его было очень сложно поймать взглядом. Он перемещался в пространстве с невероятной скоростью и успевал делать тысячу дел одновременно. Несмотря на то, что у меня тоже была неплохая реакция, по сравнению с ним я казалась себе какой-то одноклеточной «инфузорией-туфелькой».
И всё же, не я одна наблюдала за ним. Блондин всегда был в центре внимания окружающих. Все отдыхающие обращались к нему по всем вопросам. Весь персонал отеля и все местные турки крутились вокруг него, и даже хозяева отеля зачастую сидели с ним за одним столиком в ресторане. Он был словно Солнце, вокруг которого вращались все планеты, и создавалось впечатление, что мы приехали сюда не просто отдыхать на море, а специально на вечерние представления Его Величества.
В какой-то момент я решила отвлечься от этого парня. Я не обращала на него внимания до тех пор, пока однажды днём моя мама не сказала мне эту фразу:
– А ты заметила, что этот живчик только на тебя и смотрит?
– Кто? Блондин? – спросила я.
– Да, именно он, – ответила мама.
Мы посмотрели на Блондина, который, словно заводной, носился по ресторану.
– Ну живчик, точно! – воскликнула мама со смехом, – реакция у него конечно бешеная!
– Этого не может быть! Он вообще на меня не смотрит! – возразила я.
– Да он только на тебя и смотрит! – сказала мама, которая всегда моментально всё замечала, – он вообще не сводит с тебя глаз! Просто он очень быстро отворачивается, когда ты смотришь на него. Вот сейчас опять! Он только и на тебя, только и на тебя!
Вдруг я начала замечать, что мама права. Я поймала его взгляд на себе, но он тут же отвернулся.
«Какой хитрый, – подумала я, – но почему он отворачивается? Неужели и впрямь так смущается?».
При всей своей раскованности и непринуждённости этот мальчик вдруг оказался чувствительным и скромным, и я вдруг начала замечать его другую сторону. Он буквально исчезал из поля зрения, как только я начинала искать его взглядом, словно рыба в воде, которая выскальзывает у тебя из рук.