Чтение онлайн

— Да как вы смеете… — Начала вновь возмущаться девушка, но прервалась, когда на её плечо легка рука Карла.

Ханна резко обернулась, смотря на Карла испуганными глазами, полными ужаса безысходности, на что Карл лишь покачал головой и загородил собой девушку.

— Тебе нужен я, отпусти её.

— Я так не думаю, с ней будет куда лучше, — ответил епископ.

— Не убивал я твоего сына, его убили волколаки!

— Нет смысла мне врать, я знаю, как всё было. Маги! Оглушить их и поднимите защиту, на случай, если они решат сопротивляться.

Не считая двух магов огня и земли, что и так находились рядом с епископом, подняв свои защитные пологи, остальные восемь начали закрывать солдат образуя из маленьких куполов, один большой. Мыльные рябящие пузыри теперь были со всех сторон, куда бы не посмотрел Карл.

Откуда-то сзади раздался хлопок, и в их сторону быстро полетел чёрный сгусток. Карл уже и забыл, как давно это было, забытое чувство чего-то большого внутри и острый чёрный шип, что вырвался на встречу оглушающему заклинанию. Дальше всё было по заранее известному сценарию — чёрный шип поймал заклятие, и намного быстрее чем в прошлый раз напитал его огненной стихией, после чего швырнул с невероятной скоростью обратно.

Маг сначала ухмыльнулся, но, когда огненный шар прожёг маленькую дыру в общей защите, на лице мага застыла предсмертная гримаса ужаса. Через секунду он уже упал, с выжженным изнутри черепом. Для остальных это послужило сигналом к действию. Со всех сторон раздавались хлопки, но целились уже не только в Карла, но и в Ханну. Девушка быстро подняла собственную защиту, что пока держалась, но слабела очень быстро. Ханна ещё не полностью отошла от битвы с лешим, и сейчас вновь выжимала из своих магических резервов всё что могла.

Карлу было значительно легче, чёрные шипы работали безотказно, перехватывая все сгустки энергий, летевших в него и отправляя их обратно. Ещё несколько магов упали замертво, не сумев увернуться, а остальные всё чаще били по девушке, опасаясь атаковать Карла.

Что-то больно ударило в плечо, распоров одежду и проскользив по тонкой ткани, что Карл надел в своей комнате перед выходом. Тогда он ещё удивился, что столь тонкую одежду кто-то назвал бронёй. Мысли вновь собрались и натянулись до предела, когда очередной длинный металлический штырь больно ударил по ноге. Пусть арбалетные болты и не могли пробить тонкую ткань, но кинетический урон никто не отменял.

Собственный огонь Карла, что он брал из кулона, к сожалению, разбивался о выставленную магами защиту, оставляя на ней чёрные круги, которые быстро исчезали. А постоянно больно бьющие в тело болты сбивали концентрацию, заставляя вновь обращаться к кулону за новой искрой.

Ханне помогала держаться её стихия, огонь уже обжигал саму девушку, но гнев с отчаяньем помогали вновь и вновь перекачивать энергии через внутренний источник. Создалась патовая ситуация, пусть и временного характера.

Карл видел, как тяжело приходится Ханне, и из-за всех сил он старался отвлечь внимание на себя. Хорошо, что пока арбалетчики стреляли только в него, целясь по рукам и ногам. Но это шаткое равновесие, в этом заранее проигранном противостоянии, последней агонии в желании жить треснуло, когда Карл увидел, как очередной болт летит не в него а в Ханну, пробивая девушек руку насквозь и втыкаясь в землю.

— Ах, — девушка вмиг теряет последние силы и оседает на землю, и Карл успевает в последние секунды закрыть её своим телом, ловя на него несколько стальных болтов. Несколько рёбер точно треснули. В отчаянной попытке Карл вновь воззвал к красному кулону что отдал последнюю в своей жизни иску, разлетаясь на мелкие осколки.

«Даже немного иронично, что он сломался именно сейчас», — подумал Карл, сожалея в этот момент только о том, что подставил под удар Ханну.

Почему-то в памяти всплыла Риша, что тоже не раз подставлялась, когда находилась рядом с ним. Возможно, если он сейчас умрёт, то это избавит многих людей от страданий.

Очередной снаряд прошёлся вскользь по голове, оставляя после себя сотрясение и звон в ушах.

— Осторожнее, болван! Он пока что нужен живым! — Где-то кричал телохранитель на неудачливого стрелка.

Последняя искра, что отдал маленький кулон, тлела в руке, концентрируя сейчас на себе всё внимание. Собрав её в единую точку, усилив в тысячи раз, Карл направил руку в сторону епископа, собираясь отдать всю силу до последней капли, но не убить этого человека.

В груди что-то приятно отозвалось, и яркая вспышка совпала в моменте с ударом болта в руку. В двух щитах, что отделяли епископа от Карла, сияли дыры с двух сторон. А за ними падал на землю один из телохранителей, грудь которого пробило насквозь через доспех. Епископ нервно отшатнулся, а другие телохранители сразу загородили его своими телами.

«Похоже перелом», — смотрел Карл на свою руку, из которой натянув тонкую ткань торчала кость.

Последняя надежда защитить себя и Ханну, находилась в рюкзаке. Карл почти успел развязать его и потянулся к чёрному кубу на дне, как получил сильный удар, закованным в сталь ботинком.

— Всё, спёкся! — Отчитался один из красных рыцарей, ещё раз пнув лежащего Карла.

Картинка мира смазывалась, а в ушах отдавался стук собственного сердца. Среди всей этой картины, Карл выхватил образ черноглазого Эда, что до сих пор стоял на своём месте, безразлично смотря на происходящее.

— Очень хорошо, хоть и досадно, что мы потеряли несколько магов, — Николас бросил взгляд на пять трупов, что лежали вокруг с дымящимися черепами. После чего, жадно облизнув пересохшие губы, обратил свой взор на Карла.

— Я вижу, насколько она дорога тебе.

Карла подняли за руки, поставив на колени и не забыв пару раз ударить в процессе.

— Отпусти её. — Сплёвывая кровь, вновь попросил Карл.

— О нет! — Улыбнулся епископ, махнув рукой своим людям.

Один из красных рыцарей схватил девушку за волосы, вскидывая ей голову.

— Убей её, медленно, и чтобы этот всё видел, — епископ, обошёл и встал прямо за спиной Карла. — Неужели ты думал, что убийство моего сына сойдет тебе с рук? — Услышал Карл голос, полный боли и злости.

— Не трогай её, я сделаю всё что захочешь, — прохрипел Карл, вновь получая удар стальным кулаком под дых.

— Я хочу, лишь чтобы ты почувствовал боль, что чувствую я.