Чтение онлайн

– Не один на один, магический паразит у неё, – напомнила очевидное. Помедлив, добавила: – И вы планируете Изольду сделать избранной принца Арендара.

Можно долго ходить вокруг да около, гадать, осуществимо ли такое, а можно прямо заявить и по интонациям ответа Элора понять, права я или нет.

– Этот способ… может не сработать, – неожиданно Элор не стал отпираться. – Фламиры, конечно, считают, что всё предопределено, но на самом деле это теория Лина, практикой она не подтверждена. И Изольда не станет избранной, а лишь имитацией таковой. И Арен… останется таким же одиноким. А Фламиры смогут этим всем нас шантажировать. Это будет продажей трона империи за право дожить свой век спокойно. А Лера… Лера-Лера... – Голос на её имени приобретал чувственно-злые оттенки. – Если она избранная Арена – это спасение для Аранских. Это шанс продолжить род, честно удержать трон. Это шанс Арена не остаться одиноким, как я…

Элор замолчал. Я тоже молчала, глупо глядя на строчки книги.

– Я люблю Арена и не хочу ему такой судьбы. – Элор был честен. – Я не хочу, чтобы моя семья стала заложниками Фламиров, марионетками возле трона, зависящими от их милости.

Он опять умолк. Смотрел вдаль. И я понимала – он ждал от меня каких-нибудь слов. Утешения? Одобрения? Попыток отговорить?

– Ты сильный, думаю, справишься даже с влечением.

– Возможно, – голос Элора дрогнул. – Тем более я чувствую, что неприятен Лере, это помогает держать себя в лапах.

– Хорошо, – сдержанно отозвалась я, хотя моё сердце стучало слишком быстро, дёргалось в почти болезненных судорогах.

– Но если не получится, – голос Элора понизился, болезненно трепетал, хотя в нём оставалась твёрдая уверенность в своих словах, искренность. – Если вдруг я не смогу удержаться, попытаюсь причинить вред Арену, украсть у него Леру – убей меня.

Глава 35

Всё внутри упало в холодную бесконечность, сердце остановилось. Сглотнув, я неуверенно хмыкнула:

– Не говори ерунды, ты даже раненый – дракон правящего рода. И… и… даже если ты напишешь, что это было твоим желанием, меня же за твоё убийство… убьют.

Смотреть на него я не могла. Он тоже на меня не смотрел – я не чувствовала на себе его взгляда.

– А ты убей, чтобы никто не понял, что это ты. Ты ведь можешь. Словом.

Меня словно ледяными иглами прошило, дыхание остановилось, но я заставила себя вдохнуть и заявить спокойно:

– Не понимаю, о чём ты.

– О тренировках на скотобойне, когда говоришь животным «Умри», и они падают замертво.

Я не смотрела на него и не шевелилась. Молчала, хотя из горла рвался крик…

– Откуда я знаю? Ты это хотел спросить? – на этот раз в голосе Элора сквозило что-то вроде насмешки.

Да, именно это я хотела спросить.

И заодно: какие ещё мои секреты ты знаешь?

– Следил за тобой, – ничуть не стесняясь, признался Элор. – К счастью, лично, а то пришлось бы убить соглядатая за такую тайну. Зато теперь понимаю, что когда Эштран Сирин говорил об особой одарённости вашего рода, подразумевал вовсе не менталистику. И герб ваш становится понятнее: против такого голоса меч бессилен. Ужасает, если честно. Не понимаю только, как род с таким даром одолели, и почему вы не захватили власть. Не думаю, что ты упражняешься на скотине, чтобы потом убивать животных. У способности явно есть какие-то ограничения, но какие?

Я молчала.

– Это ведь действует на вампиров? – спросил Элор. – Поэтому ты считаешь, что справишься с Неспящими?

– Да.

Элор выдохнул:

– Рад, что ты не самоубийца. Но, возвращаясь к нашей теме, ты поможешь мне не погубить свою семью?

– Я не смогу тебя убить, – вырвалось как-то само, но… это были самые правильные слова.

– Технически или?..

– Или, – отозвалась я. – Хотя и по технической части есть вопросы.

Странно было обсуждать… такое. Ненормально. И всё же мы обсуждали.

– Неожиданно, – заключил Элор. – Не думал, что ты… считаешь меня настолько близким.

– Я не бесчувственный.

– Я всё равно умираю, – тихо и как-то смущённо признался Элор.

– Знаю. Но даже так не могу. Извини.

– Откуда знаешь? – изумился он и, наконец, оглянулся на меня.

– Когда Линарэн сказал, что ты поправишься, я по голосу понял, что он лжёт, – меня почему-то тянуло на откровенность, и, если учесть уже известное Элору, это просто мелочь.

– А ты умеешь различать ложь по голосу? – Элор всё смотрел на меня, и не скажу, что интонации у него были очень дружелюбными – в них появилась какая-то настороженность.

– Не всегда и не у всех. Иногда эмоции смазываются другими, порой у существ особая манера говорить, меня можно обмануть, если говорящий верит в сказанное. Но тех, с кем достаточно общаюсь, я обычно понимаю хорошо.

О том, что различаю не только ложь, я промолчала: для Элора и этого, судя по недовольству в голосе, достаточно. Наверное, в его глазах это слишком похоже на способности менталистов, причём от этого не спасёт даже щит правителя.

– Занятно, – протянул Элор после долгого молчания и снова отвернулся к общежитиям. – Но всё равно, если я стану опасен для семьи, ты должен меня убить.

– Я не смогу, – повторила настойчивее. – Ты просто не понимаешь: ты мой самый близкий… друг. Самый близкий мне дракон. Я… не смогу и всё.

– Но тебе придётся, если ты хочешь сохранить всё, чего достиг.

– Чего я достиг? Не смеши: если тебя не станет, император вышвырнет меня из дворца без права вернуться и занимать высокие должности, – горько признала я свою главную ошибку: свою маленькую власть я строила на Элоре.

Потому что так было проще.

Потому что он нравился мне больше императора.

Потому что так получалось само собой, и не будь неудачи на отборе, я бы решила, мы – пара.

А надо было и с императором Каритом отношения налаживать, и с принцем Арендаром найти общий язык.

– Именно поэтому, а не из-за симпатии, ты пойдёшь в Нарнбурн с Лерой, – с облегчение заговорил Элор. – Ты её обхаживаешь не в романтическом смысле, как я подумал, а как меня когда-то. Но, боюсь, Арен не поймёт, если она за тебя попросит.

– Она настолько упёртая, что если попросит за меня, не будет иметь значения, поймёт принц Арендар это или нет.

Фыркнув, Элор хлопнул ладонью по колену:

– О да, ты прав. Всё так и будет… – Он помедлил. – Странно это всё…

– Что?

– Наши… отношения. Лера… Она, конечно, забавная, внешне привлекательная, но… я её не люблю. Хочу, тянусь – да, но не люблю. Не представляю, что мог бы полюбить именно как женщину, она скорее Арена мне напоминает: этакая младшая сестричка. Я люблю тебя. Но инстинкты вынуждают тянуться к Лере. Я всегда воспринимал избранность как… величайший дар, благословение, счастье. Но на деле… это же самая страшная неволя. Это как… словно бы тебя порабощает менталист, вынуждая делать то, что ты не хочешь. Это как чужой приказ, довлеющий над тобой. И когда ты достаточно взрослый дракон, уже сформировавшийся, всё понимающий – эта тяга совсем не похожа на счастье. Это… мучительно. Наблюдать, как твоя воля, желания, мысли – всё разрушается. И при этом мне не так что бы очень плохо, потому что… я ведь хочу, чтобы у меня была избранная, и меня тянет.