Чтение онлайн

Клерк покачал головой. «Я должен напомнить ему о лодке, сэр Джон».

Гренвилл ответил: «Лодка будет там». Дверь закрылась.

«Прошу прощения, Болито, но время — старый враг, который наступает всё ближе. Я это знаю слишком хорошо».

Он улыбнулся, и это преобразило его. «Я думал о тебе. Хотел узнать, простит ли меня твоя жена за то, что я оторвал тебя от неё после столь короткой встречи. Но на этот раз выбора не было». Он протянул руку и коснулся телескопа, не видя его, подумал Адам. «Столько энергии и энтузиазма». Как он мог сам сдержать свои истинные чувства, сказать, что это было словно дверь захлопнулась перед его носом? Хуже того…

«Она знает, что это было необходимо, сэр Джон».

Снова этот быстрый, пронзительный взгляд, который, казалось, видел и говорил так много. Они встречались лишь однажды, и его хрупкая фигура выделялась на фоне другого неба и раскинувшегося, дымчатого Лондона. И всё же…

Гренвилл сказал: «Все эти корабли, стоящие там, флагман и другие великие лайнеры. „Надежный щит“ Англии, по крайней мере, так до сих пор считают многие наши лидеры». Он постучал по подзорной трубе. «Но времена меняются, слишком быстро для тех, кто не развивается. С одними людьми флагмана я мог бы укомплектовать экипажем три фрегата — целую эскадру фрегатов, если бы раскинул сеть чуть шире». Он вздохнул и опустил руки. «Хватит речей, Болито. Ты знаешь о „Вперед“?» Адам покачал головой. Не было смысла притворяться; Гренвилл видел тебя насквозь. Любимый, обожаемый или ненавидимый, его потеря будет ощущаться далеко за пределами пустого стола в Адмиралтействе.

«Я не удивлен. Вы были слишком заняты своей «стычкой», как вы её описали, чтобы следить за здешними делами». Он посмотрел на море, возможно, представляя её, пока говорил. «Впереди новый фрегат, тридцать восемь орудий. Спущен на воду в прошлом году на частной верфи, доставлен сюда, в Плимут, для достройки, вооружения и…»

Он нетерпеливо покачал головой. «Ты знаешь главу и стих, когда новый корабль вводят в эксплуатацию. И есть много такого, о чём я хотел бы забыть, поверь мне. Задержка за задержкой, и всё с оправданиями!» Он пристально смотрел на него, как на незнакомый корабль, оценивая его силу и возможности.

Когда Пеллью, лорд Эксмут, атаковал дея Алжира, и большинство утверждало, что он пытается совершить невозможное – напасть на корабли против хорошо расположенных береговых батарей, – вы были с ним на «Непревзойденном». Позже, в своём докладе их светлостям, Эксмут написал о вас: «Болито – настоящий капитан фрегата». Поистине похвала от одного из наших величайших.

Он улыбнулся. «„Вперёд“ может стать кораблём, которым мы оба будем гордиться».

Где-то вдали одинокий выстрел пушки или сигнал береговой охраны нарушил тишину, но его взгляд не отрывался от лица Адама. «Возьми её, Болито. Она в твоём распоряжении!»

Впоследствии Адам не мог вспомнить, кто заговорил первым, и были ли вообще какие-либо слова.

Из-за двери доносились приглушенные голоса, кто-то тихонько покашливал.

Гренвилл тихо сказал: «Адмирал хочет вас видеть, но он достаточно человечен, чтобы подойти в свою очередь». Он коснулся его руки.

«Пойдем, вместе спустимся к лодке. Формальности могут подождать ещё немного».

Дверь была открыта: незнакомые лица, блеск золотых кружев, кто-то выкрикивал поздравления, улыбался, по-своему разделяя этот момент.

Адам взял свои эмоции под контроль, отстранился, восстановил контроль, как будто оказался в эпицентре внезапного шквала или призыва к оружию.

Гренвилл держал его за руку, останавливаясь лишь для того, чтобы поприветствовать или помахать кому-то неизвестному. Как будто это был его день. Его корабль.

Он услышал свой собственный вопрос: «Мы встречаем нынешнего капитана, сэра Джона?» — и Гренвилл повернулся и посмотрел на него, как будто удивлённый.

Его назначение не было утверждено. Он отмахивался от кого-то, не отрывая взгляда от лестницы. «В твоём родном графстве, друг мой, есть поговорка: плохие новости скачут на быстром коне. Скоро ты всё услышишь. Капитан Ричмонд мёртв. Ты поймёшь, почему я…» Он резко сменил тему. «Ты первый капитан «Вперёд». Не подведи её». Снова преображающая улыбка. «Или те, кто верит в тебя, а?»

Он почувствовал, как воздух, словно лёд, коснулся его губ. Руки протянули ему плащ, но что-то заставило его отмахнуться. Он увидел одобрительный кивок Гренвилла.

«Твой день, мой друг!»

У причала ждал катер, лейтенант приподнял шляпу в знак приветствия, несколько зрителей с нетерпением слонялись вокруг.

Гренвилл спросил: «С вами кто-нибудь есть?» — и, казалось, пожал плечами. «Мне не нужно было спрашивать!»

Адам уже увидел Люка Джаго на корме, как будто он был там своим.

«Мой рулевой, сэр Джон. Он сам хотел быть здесь».

Пустые слова. Джаго настоял. Моё место, капитан. И хотя они почти не разговаривали во время этого изнурительного путешествия, он прекрасно понимал, насколько напряжённым и молчаливым было это товарищество.

Гренвилл говорил: «Это основа любого корабля… моего, во всяком случае».

Адам увидел молодую женщину, выглядывающую из одного из окон на пол под комнатой с телескопом.

Она махала рукой, и на расстоянии она могла бы быть... Он отвернулся.

Самое трудное начинается сейчас.

«Внимание в шлюпке!» Лейтенант стоял у подножия знакомой каменной лестницы, пока катер под ним то поднимался, то опускался на порывистых волнах. Команда была слаженной, руки скрещены на груди, взгляд направлен на корму. Для них это было обычным делом.

Рулевой стоял у румпеля, а рядом с ним Джаго уже вскочил на ноги. Гренвилл быстро двигался к лодке, скрывая лицо, и именно тогда Адам ощутил всю глубину того, что этот момент должен был для него значить.

«Позвольте мне, сэр Джон». Он перешагнул через планширь на корму, едва удерживая равновесие. Он увидел удивление рулевого и понял, что лейтенант обернулся.

Это был один из старейших обычаев флота. Капитан всегда садился на борт любого судна последним и первым выходил, чтобы избежать ненужных задержек и неудобств.

Он почувствовал, как Джаго протянул руку и поддержал его, и ему удалось схватить его за руку, и он услышал, как тот пробормотал: «Хорошо сказано, капитан». Он, как никто другой, понимал, что он сделал и насколько важен его жест.

Гренвилл последовал за ним, и лейтенант снова застыл в напряженной позе смирно.

Ибо сегодня, в этот момент и со всей честью капитан отправлялся на свой корабль.

Катер уверенно и неторопливо двигался к ряду кораблей, стоявших на якорной стоянке, поднимая и опуская весла, словно крылья. Другие суда, занимавшиеся своими делами, старательно держались в стороне, не забывая о пассажире в ярких капитанских эполетах или о гребнях на носу, символизирующих адмиральский авторитет.

Люк Джаго смотрел вдоль лодки между рядами гребцов, все взгляды которых были обращены на корму или на гребцов. Команда, конечно, толковая, но как они справятся в открытом море, в самый шторм? Он отвёл взгляд. Привычка. Корабль судят по его лодкам. Трудный путь или лёгкий, как всегда говорили старые Джеки. Или можно было почувствовать прикосновение конца верёвки, просто чтобы освежить память.