Чтение онлайн

Хорворн-Ран-Тард.

Окажись на месте данборца кто-либо другой, он наверняка заподозрил бы что-то неладное в предстоящей ему встрече, но только не Хорв. Гладиатора вовсе не смутила самая окраина города, длинные ряды, заброшенных и полуразрушенных, торговых складов, где легко могла укрыться целая банда. Не насторожила его и полная безлюдность этого тоскливого места. Направляясь на встречу с недавно поверженным врагом, он даже не задумался, что это, пожалуй, самое лучшее место на всем острове, где можно максимально тихо, не только избавиться от ненужного и ненавистного человека, но и прекрасно спрятать все концы в воду. Гладиатор, выросший безумно далеко от всей грязи Города-на-грани, там, где воинская честь всегда ценилась превыше жизни, даже не представлял, что настоящий воин способен намеренно устроить подлую ловушку, вместо того, что бы выйти на честный бой, и в равной схватке, один на один, отстоять свою запятнанную репутацию. Для любого уроженца сурового и заснеженного Данбора, подобный поступок был бы куда омерзительнее самого поражения, и от того гладиатор смело и совершенно, спокойно шагал вперед, не опасаясь какого-либо подвоха.

Он шел вперед с гордо поднятой головой, быстрыми широкими шагами, словно в строю, и распугивая стаи тощих бродячих собак, обживших местные развалины, он спешил вперед словно на праздник. Каждая новая схватка, каждый новый брошенный ему вызов и каждый новый достойный соперник, всегда были для него настоящей радостью. Лишь в бою, наполненный священной яростью и адреналином, будоражившим кровь, данборец чувствовал себя по настоящему живым человеком. Пребывая посреди безумной пляски стали и смерти, он испытывал всю остроту и полноту ощущений, на которые только способен живой человек, и это делало его по настоящему счастливым. Хорв жил этими мгновениями, ценил их превыше всего и, даже прекрасно осознавая, что рано или поздно найдется тот, кто отправит его к праотцам, гладиатор ни за что не променял бы свое воинское ремесло на что-то другое. Как и для любого другого истинного данборца, для него существовал лишь один способ достойно жить и в конце концов, умереть - так, что бы и после смерти твои враги содрогались от одного лишь упоминания твоего имени, а потомки еще долго распевали за праздничным столом громкие песни о славе и доблести почившего воина.

Оказавшись возле склада, на котором едва уже различались нужные цифры, гладиатор, даже не сбавляя хода, смело вошел внутрь, через покосившиеся дверные створки, и замер у двери осматриваясь по сторонам.

Склад оказался просторным и полутемным помещением, забитым множеством старых пустых бочек и другим разношерстным мусором. Среди витавшей здесь в воздухе пыли, которая, на свету, висела плотной завесой, оказалось не меньше пары десятков соплеменников бросившего гладиатору вызов, тигра. Одни сидели на бочках, перекидывались в кости, другие, судя по количеству пустых бутылок, добивали не первый ящик дешевого вина, а кто-то и вовсе мирно спал, прямо на дощатом полу, подложив под голову дорожную сумку.

На импровизированных столах, помимо еды и бутылок, красовалось несколько высоких кальянов и витавший в воздухе сладковатый аромат цветов Дэлоса сразу же заставил данборца нахмурить косматые брови. Варвар провел на острове не так уж и много времени, но уже успел познакомиться с этим подарком Мертвого мира. Курение этой отравой было весьма распространено в тех местах, где ему доводилось участвовать в поединках, зрители раскуривающие кальяны, были ему совершенно безразличны, в отличии от тех, кто употреблял цветы перед выходом в центр арены.

Гладиатор своими глазами видел, как накурившиеся этой дряни люди, словно бы лишались рассудка, и подобно бешеным псам, кидались вперед с пеной у рта, совершенно не задумываясь о защите. Действуя, как одержимые или умалишенные, они словно бы и вовсе не чувствовали ни страха, ни усталости, ни даже боли, продолжали сражаться лишившись конечностей, и полностью теряя инстинкты самосохранения, могли добровольно броситься прямо на меч, лишь бы добраться до горла врага, и вцепиться в него мертвой хваткой.

Победа над одурманенным противником не составила бы для гладиатора никакой чести, но и уйти в Бездну, так и не ответив на брошенный вызов, подобно жалкому трусу, Хорворн не мог. Поразмыслив пару мгновений он снял с плеча свой огромный двуручник, и с треском вонзил его в доски пола.

В повисшей в воздухе тишине, первым опомнился уже знакомый гладиатору тигр. Плавно, по-кошачьи, поднявшись ему на встречу, и сразу же обнажив пару кривых сабель, он оказался очень доволен появлением своего победителя.

– Твой ум, похоже, далеко не так остр, как твой меч, человек, если ты заявился сюда сам.
– Хорву хватило всего одного взгляда, брошенного ему в глаза, что бы сразу определить, что тигр не раз успел приложиться к кальяну. Одни только его зрачки заполняли собой половину больших и круглых кошачьих глаз.
– Я полагал, что мне придется постараться, разыскивая тебя по всему городу, но мышь сама явилась в мышеловку, редкостная удача.
– Продолжил он, медленно двигаясь на встречу варвару, пока его соплеменники так же медленно и неспешно обступали гладиатора по бокам.

– Ты искал меня чтобы языком почесать, или это все, на что ты способен?
– Лишь ухмыльнулся в ответ данборец, количество противников его совсем не смущало, оставаясь спиной ко входу он был в самой выигрышной из всех возможных позиций.

– А ты смел человек, только это тебя уже не спасет. Я не оставлю от тебя даже воспоминаний, но перед тем, как приступить к самому сладкому, я хочу тебе кое-что показать.
– Тигр развернулся спиной и продемонстрировал гладиатору обрубок замотанный окровавленными бинтами, все что осталось от длинного и пушистого тигриного хвоста.
– Твоя работа, человек, - слово "человек" тигр выплевывал так презрительно, словно это было самое страшное из всех возможных оскорблений, с кислым и отвратительным привкусом, остающимся во рту после произношения.
– Конечно же это не смертельно. Прожить можно и без хвоста, вы люди так и вовсе обходитесь без него всю свою паршивую жизнь, но знаешь ли ты что такое потерять хвост, для настоящего рахдажита? Нет? Я отвечу - смерть была бы куда предпочтительнее, но ты вряд ли сможешь понять это.
– Продолжал он заговаривать зубы варвару, оставляя своим соплеменникам больше времени.
– Рахдажит без хвоста не рахдажит вовсе. Смыть подобное унижение можно лишь одним способом - отплатить врагу тем же, и забрать его жизнь, вот только хвоста у тебя нет, а потому мне придется довольствоваться последним. Я прикончу тебя прямо здесь и сейчас, человек, и обещаю, что ты не сможешь умереть быстро и безболезненно, я растяну это удовольствие очень на долго, и когда ты пожалеешь о том, что родился на свет, и будешь молить меня о пощаде, я отрежу твою косматую голову и брошу твое тело здешним собакам, разделав его на куски.

– Данборцы улыбаются в лицо смерти, и никогда не молят о пощаде, как котята, которым легонько наступили на хвост.

Слова Хорва, кажется, задели тигра за живое, за все еще свежую, кровоточащую рану, или же тот решил, что все его собратья уже на местах и пора начинать. Как бы то ни было, рахдажит сорвался с места и бросился на варвара ощетинившись всеми когтями, клыками и саблями.

Окажись на месте данборца кто-либо другой, он рисковал проиграть схватку еще до ее начала. Рахдажит двигался так резко и стремительно, что далеко не каждый опытный воин сумел бы достаточно быстро отреагировать на его выпад, но только не Хорв. В тот же миг, что тигр бросился ему на встречу, он вскинул свой огромный меч прямо перед собой и противник сам, чуть было не налетел грудью на его лезвие. Тигр успел отскочить в сторону в самый последний момент, но это совсем не отрезвило затуманенный разум и не поубавило его жаркого пыла.

Игра, в которую эти двое уже играли на арене, началась снова.

Рахдажит стремительно юлил перед варваром, размахивая кривыми клинками, провоцируя его перейти в атаку и выманивал тем самым от входа, надежно прикрывавшего спину, и дающего путь к отступлению. Тигру было неведомо, что даже на краю гибели, Хорворн не стал бы отступать назад и предпочел бы достойную смерть.

Данборец не поддавался на столь простые уловки, используя еще одно свое преимущество - длину собственного клинка, он держал противника на расстоянии, не давая ему приблизиться достаточно близко, для решающего молниеносного выпада и выжидал. Непоколебимый словно утес, он оставался на своем месте, одну за одной отражая осторожные атаки и выжидал, пока его соперник допустит роковую ошибку, но судьба не любит повторяться.

Столь любимая данборцем пляска стали затянулась, соперники оказались достойны друг друга, они то сходились и кривые сабли тигра выбивали искры из огромного меча Хорва, то снова расходились, что бы, спустя всего пару мгновений столкнуться снова. Тигр не сбавлял напора, варвар не отступал, клинки продолжали рассекать воздух со свистом, пока рахдажиту, наконец не улыбнулась удача. Очередной его выпад увенчался успехом, и сумев отвлечь данборца, он подскочил достаточно близко, что бы нанести решающий удар. Случись это на арене, где гладиатор сражался так, как и привык - оголенным по пояс, этот росчерк сабли стал бы для него последним, но визит к горбуну не прошел даром. Хорворн так и не потрудился снять причудливые глодарские доспехи, сабля тигра скользнула по ним не оставив после себя даже царапины, что заставило рахдажита разочаровано рыкнуть и вновь поспешно отскочить назад, прикрывая отход обратным взмахом парных сабель.