Шаг до падения
Шрифт:
Хоуп с ярким макияжем, в провокационных нарядах, раскованно позирующая на камеру.
Эта дерзкая нимфетка моя сестра, и в то же время, не она. Не та девочка, которой принадлежит эта милая комната с игрушками.
Я чувствую, как кровь шумит в ушах. Слишком часто я видел падения подобных ангелов. Я знаю, что происходит с такими наивными девочками, рано познавших силу своей сексуальности.
Борясь с желанием разорвать фотографии, я швыряю их на кровать и широким шагом выхожу из комнаты, на ходу доставая телефон из джинсов. Нахожу номер Блисс и жму на кнопку вызова, но меня тут же перекидывает на голосовую почту.
Чертыхаясь, я даю отбой.
Господи, дай мне только до нее добраться и она увидит, что бывает, когда игнорируют мои предупреждения!
Остановившись у лестницы, быстро пишу ей сообщение, стиснув зубы от распирающего гнева:
«Я предупреждал тебя насчет моей сестры. Теперь берегись».
Глава 9
Джейс
— Боже, Джейсон, нельзя же так пугать! — Хоуп едва не хватается за сердце, когда я нахожу ее в беседке. Она так сосредоточенна на своем мобильном, что не сразу замечает меня, а когда это происходит — пугается так, словно ее застали за чем-то постыдным.
Я молчу, хмуро наблюдая за тем, как она блокирует свой телефон и поспешно прячет его в карман кардигана. Как если бы эта штука таила в себе нечто, не предназначенное для моих глаз.
Ну и что за черт? Сколько еще тайн у моей сестры, и как сильно мне следует волноваться?
— Кто это был? — Я коротко киваю в сторону ее кармана, в котором спрятан телефон. Совершенно точно, что прежде, чем я появился, Хоуп с кем-то переписывалась.
— Лиза.
Ответ Хоуп торопливый и с обороняющимися нотками. По тому, как поджимаются ее губы, я вижу, что она начинает раздражаться. Но, я и сам далеко не спокоен сейчас. К тому же, я готов поспорить, что только что моя младшая сестра солгала мне.
Только вот в который раз?
— Хоуп, я видел фото, — подходя ближе, прямо сообщаю я. Не намерен ходить вокруг да около.
На мгновение лицо девушки бледнеет, но тут же вся кровь приливает к щекам, а взгляд становится грозным и враждебным.
Если я думал, что Хоуп смутится и начнет оправдываться, то прогадал.
— Ты был в моей комнате? — с тихим гневом требует она. — Какого черта ты рыскал там?
На секунду я даже опешил — это действительно моя сестра сейчас разговаривает со мной, или это маленькая мегера, которая вползла в тело Хоуп и зацепилась там своими когтями?
— Для начала: смени свой тон и следи за словами, — сквозь стиснутые от злости зубы шиплю я. Никогда прежде у меня не возникало желания применять физическое наказание к Хоуп — и на то были причины — но в этот момент я почти готов был хорошенько встряхнуть ее. — Я пока еще твой старший брат, а тебе нет восемнадцати, так что хочешь ты того, или нет, но я отвечаю за тебя.
— Ты мой брат, а не отец! — вскочив со скамейки и сжав кулаки, взрывается Хоуп. — Так что и не веди себя так, будто ты — это он! Потому что это не так! Не так!
— Сейчас как раз таки я для тебя все сразу, ясно! — Не выдержав, я хватаю Хоуп за локоть и встряхиваю. — И тебе придется с этим смириться, потому что у тебя нет выбора, Хоуп! Отца нет, я должен нести долбанную ответственность за эту семью, и особенно за тебя, потому что как оказалось, ты просто маленькая, бестолковая девчонка, которая ни черта не соображает!
Нас обоих окутывает ярость, и она буквально сочиться из наших пор. Сердитые взгляды пересекаются, и, кажется, вот-вот послышится треск летящих искр.
Никогда прежде я не видел Хоуп в таком состоянии.
— Пусти меня! — визжит девушка, отчаянно дергая рукой, которую я все еще удерживаю. — Отпусти, отпусти, Джейсон!
Она не выдерживает и ломается, и злые слезы градом катятся по ее щекам. Я тут же выпускаю руку Хоуп, и она отшатывается от меня, как если бы я был последним человеком на свете, с которым она хотела бы находиться рядом.
Я смотрю на сестру в ужасе, не понимая, как мог допустить такое. Как мог причинить Хоуп боль, и стать причиной ее слез.
Я все еще тяжело дышу, пытаясь погасить в себе свирепые чувства, которые выплеснул на нее. А она долго смотрит на меня, утирая рукавом без конца бегущие слезы, и в один момент, на выдохе произносит:
— Ненавижу тебя! Лучше бы это ты лежал там вместо него!
Она разворачивается и пулей мчится прочь, пересекая лужайку и скрываясь за углом дома. Я не пытаюсь ее вернуть. Я даже не шевелюсь, невидяще глядя перед собой.
В один миг, мой гнев просто испаряется, будто из шарика весь воздух выпустили. И мои внутренности вдруг замерзли, скованные льдом.
Гадкое ощущение того, что запальчивые, сердитые слова моей сестры только что разбили мне сердце.
***
Не прощаясь, я уезжаю из особняка, направляясь в «Нору». Подпольный бойцовский клуб уже много лет является моим убежищем, где я могу выплеснуть всю агрессию, которая копилась во мне годами и теперь время от времени ее приходится сбрасывать, чтобы не было взрыва.
Я нашел свой способ справляться с этим, и он оказался действенным.
Похожий прием я применил на Саре, когда понял, что эта девчонка не в порядке.
Мои мысли вновь возвращаются к ней, и на секунду — до того, как я вспоминаю, что она виновата в тех проклятых изменениях, что происходят с Хоуп — я улыбаюсь.
После того вечера в спортзале я столько раз порывался позвонить ей, но уже беря трубку, осаждал себя. Я говорил себе, что мне это не нужно. Проблемная, своенравная сучка — она явно лишняя в уравнении моей жизни. Но мои ладони все еще помнили, как хорошо было касаться ее нежной кожи, мои губы сохранили память о контакте с ее губами. В моих ушах все еще звучали ее стоны, и я помнил, какова она на вкус.
Чертов взрывной коктейль, заключенный в оболочку красивой, надменной стервы, которую мне удалось попробовать, но не насытиться.
Нет, мне было мало. Я понял это еще тогда, когда привез ее домой, даже раньше. А она стала такой замкнутой, отстраненной, и спаслась бегством прежде, чем я успел сказать ей, что хотя я не планировал то, что произошло, это не было не правильно.
Мы оба взрослые люди, так в чем проблема? Зачем все так усложнять?
Она казалась такой уязвимой после нашего секса, и готов поклясться, что видел панику в ее глазах.