Чтение онлайн

— Ты пришел, Спящий. — из темноты раздался голос, который никак не мог принадлежать его владельцу,

Благодаря Призрачному Зрению, колдун прекрасно видел чудовище, с которым придется иметь дело. Видел его за долго до того, как вошел в зал. Его ауру, переполненную маной, а так же причудливо изгибающиеся ментальные щупы, что вились вокруг головы.

Гла’Тарат схватился множеством длинных, белесых четырехпалых рук за края прохода, ведущего куда-то в бездну подземного мира, медленно выволакия наружу огромное тело. Первой показалась морда, гладкая, безглазая, покрытая сплошной костью и рудиментарными, заблокированными, дыхательными пазухами. В полуоткрытой пасти не было ни одного клыка или зуба, челюсти были полностью сплошными. Тем не менее, из нее ручьем текла слюна.

Голова чудовища была длинной, вытянутой, более семи метров. Почти полностью ее занимал мозг. На равном удалении друг от друга, из нее росли руки, волочившие за собой остальное тело. Оно представляло из себя все такое же белесое брюшко, но… будто было лишним. Словно довеском к голове. Оно волочилось следом, ни на что не способное. У него имелись собственные лапки, но от чего-то те не работали.

Присмотревшись получше, без мешавших толщ породы, чернокнижник перекривился от отвращения. Мало что было способно вызвать в нем такое чувство, но вот то, что он увидел, заглянув внутрь твари… Ему стали более четко видны «стыки», соединявшие голову и брюшку. А в дополнение к ним — не лучшим образом соединенные внутренние системы двух разных организмов.

Голова являлась паразитом, поглотившим своего хозяина, превратив его, по сути, в систему пищеварения. У того, что было носителем паразита, внутри сохранились челюсти и все необходимое, чтобы извлекать питательные вещества, но ничего более. Голове было достаточно проглотить еду, а та по тракту поступала в рот ее бывшего хозяина. Она превратила его в желудок и кишку, лишив всех остальных систем, включая собственный разум.

«Впервые мне не хочется разобрать на составляющие новое существо, разобраться получше в его устройстве и понять, как можно использовать его органы или жидкости внутренней секреции. Паразит… надо же. Какая мерзость».

— Уходи, Спящий. Я не хочу сражаться с тобой. Нам нечего делить.

— Почему же? — оставшись стоять на своем месте, подвернувшейся возможность Тирисфаль решил воспользоваться, чтобы начать плести сразу три громоздких заклинания.

— Тебе нужен источник магии, я откажусь от него. Забирай. Перестану тянуться к той части горы, она твоя. Уходи. — каждое его слово полнилось силой и ментальным посылом, разбивавшимися о Демонический Доспех.

— Но мне нужна твоя душа, чтобы исцелить свою.

— Я могу указать тебе на другого, равного мне, но чуждого нашим народам. Помогу убить его. Нам надо убить его. Не станет меня и гнезда, они придут на наше место.

— Чуждого?

— Дети иного, зрящего из Астрала. Их мало, но они сильны. Надо изгнать их, пока не закрепились.

Поработитель опустил несколько крупных дымных отростков на плечи Тирисфаля, скрывшись у него за спиной. Другие, поменьше, обвились вокруг рук, протянувшись до перчаток. Окончательно утрачивая форму, порождение мрака наплыло на Облик Тьмы, почти расплывшись по нему тонким слоем. Но все же большая его часть осталась позади, поглотив плащ, вместе со всеми низшими духами, запертыми внутри.

Вся стелящаяся вокруг чернота, затмевающая подземелье, лишенное источников света, начала еще активнее стекаться к фигуре мага. Она нахлестывала поверх него, клубилась вокруг. Омывала, как вода волнами, обещая защиту, в всякому, кто дерзнет напасть, смерть.

— Зрящий из Астрала… — повторил колдун. — Такой же, как Владыки наших народов?

— Да. Он пришел, когда все сотворяющая сила была неспокойна, вместе с ужасными созданиями из изначального мира.

— В период прошлого Кровавого Солнца?

— Лик Безумия? — нар’глод по-своему истолковал услышанное. — Не понимаю.

— Время, когда у источников магии раскрывается портал в Астрал.

— Да-а… Его слуги явились в мое гнездо из источника творения, когда мир волновался.

— Раз так, то зачем ты стремился к еще одному источнику магии?

— Без него не дать жизнь и свободу развития гнезду. Он начало и конец всех сильных или неудачных особей. Он мне нужен, чтобы противостоять врагу. Слуги зрящего из Астрала ведут борьбу с моим гнездом. Они лишили мою линию всех особей, способных управлять силой творения.

— Другие гнезда тоже ведут войну?

— Нет. Остальные линии не знают о враге. Подземный мир огромен, больше верхнего, в нем легко скрыться или найти свободное место. Враг хочет уничтожить нас, чтобы сохранить свой секрет и набраться сил. Они умны.

— Что означает «линия».

— Это… — чудовище на секунду замерло. — Род, выводок. Оставшись без Рабского Разума, мы обрели свободу и разделились на многие тысячи линий. Без контроля мы начали меняться, пробовать новое и исследовать места, в которые Изменяющий нас не пускал. Многие линии оказались уничтожены ужасами подземного мира, других погубило неизвестное или растревоженное. Кто-то решил повести свою линию на поверхность, туда, откуда ушли соперники. Как я.

— Выходит, нар’глод прямо сейчас расселяются по всему подземью, множатся и пробуют… новые формы. А ты бежишь от народа нового Астрального Владыки?

— Ты неправильно меня понял, слуга Ведающей Все Тайны. Мы были велики в единстве. Оказавшись одни, многие линии пришли к погибели, тупику или деградации в своей глупости и неверных решениях. Подземный мир огромен и настолько же ужасен. Единое гнездо владело его крошечной частью. А я не бегу, а сражаюсь и пытаюсь эволюционировать. Мне стало ведомо, что Рабский Разум вел нас верным путем. Без него гнезда начало пожирать угасание.

— Ты знаешь, куда делся ваш Астральный Владыка? Люди считают, что они по-прежнему следят за своими народами.

«Все не так сладко, как я рассчитывал. Не получится загнать нар’глод обратно в подземье, а потом запускать туда руку, как пространственную сумку, чтобы достать несколько душ. Если верить рассказу паразита, их не так много. Конечно, наше понимание значения „мало“ может разительно отличаться, но факт в том, что не получится держать у себя в подвале башни целый улей. За то будет проход, где, возможно, можно будет делать новые открытия и находки. Включая другие гнезда. Впрочем, врата я бы вернул на место и как-то запечатал это место. Что-то не хочется мне сталкиваться с теми, кто предположительно находится под рукой сущности, способной убить меня едва ли не взглядом».

— Люди сами должны знать, где их зрящий из Астрала, как знаем мы. Это должны знать те, кто мог с ним говорить. Спроси у них, человек.

— Так и сделаю. Но ты не ответил, что известно тебе.

— Моя память хранит ужасающий вопль, поражавший разум и плоть. Он даровал нам свободу и изменения. Слабые умом погибали, другие менялись. Они принимали новые формы, сильные и слабые. Нападали на свои линии или отрекались от них. Когда голос стих, останки Рабского Разума рухнули в изначальное гнездо. Они все еще там, стали еще одним ужасом нашего мира.