Чтение онлайн

Но когда плавание окончилось и Шаляпины вышли на астраханскую пристань, их встретила духота, особенно тягостная от нестерпимого запаха тузлука и копченой воблы. Город предстал перед ними еще более грязным и сутолочным, чем казанские слободы. Настроение резко переменилось.

Сняли какие-то жалкие комнатушки во дворе, заваленном ящиками и всяким хламом. Мириады мух отравляли существование. Нищета здесь стала еще ощутимее, чем привычная нужда дома.

Иван Яковлевич и Федор целые дни пропадали в городе в тщетных поисках службы или каких-либо занятий. Но добыть их было невозможно. Мать, как и в Казани, энергичная, не страшащаяся никакого труда, вновь взялась печь пироги и торговать ими на улице, ходила на поденщину. Но на такие заработки семью было не прокормить. Шаляпины буквально голодали.

Между тем к Федору стал возвращаться голос, ныне не дискант, а баритон. И юноша решил попытать счастья в театре. В летнем астраханском саду «Аркадия» гастролировала заезжая оперная труппа. Федор, уверивший оперных заправил, что ему уже семнадцать лет, попросил взять его в хор. Нужда в хористах была, но платить им нечем — и без того у театра были плохи дела. Ему предложили поработать бесплатно, сунули в руки хоровую партию из «Кармен» и велели выучить ее.

Федор был доволен. Пока без денег, а там видно будет. Но когда он вернулся домой и отец услышал, что сын снова затеял идти в артисты, он в ярости разорвал ноты в клочья и запретил Федору даже думать об этом.

Теперь возвращаться в сад «Аркадия» было немыслимо. И, одолжив у кого-то два целковых, Федор решил добраться до Нижнего Новгорода. Там на ярмарке много увеселений. Он попробует свои силы в качестве куплетиста или рассказчика. Наслушавшись популярных в казанских садах эстрадных артистов, Федор в кругу друзей с успехом подвизался в репертуаре, имевшем большой успех у посетителей садов. Ему была свойственна юношеская самонадеянность и предприимчивость. Если он имел успех среди своих товарищей, почему ему не рискнуть и не предстать перед ярмарочной публикой?

Когда Федор сообщил родителям о намерении покинуть Астрахань, они охотно отпустили его. Как-никак, одним едоком будет меньше. Да и сами они подумывали о том, что из Астрахани нужно уезжать. Действительно, вскоре они оказались в Самаре, где вновь безуспешно искали счастья…

Вверх по Волге Федор плыл уже не на пассажирском пароходе, а на буксирном. Его согласились взять с тем, что он поработает наравне с матросами по погрузке и выгрузке.

Федор охотно согласился на такое предложение. К двум рублям, составлявшим весь его быстро растаявший капитал, он добывал на прокорм еще какие-то двугривенные и пару арбузов. А на двугривенный с голоду не помрешь.

Так добрались до Казани. Пароход должен был стоять там сутки, и юноша решил побывать в городе, который теперь казался ему более милым, чем в ту пору, когда он здесь жил, а заодно повидать друзей.

Встреча с ними состоялась и ознаменовалась выпивкой. В итоге Федор проспал: буксир отправился к Нижнему без будущего популярного рассказчика.

Застряв в Казани, Федор пристроился на службу в консисторию писцом. На его обязанности лежало переписывать по преимуществу дела о разводах. Дела грязные, наполненные интимными подробностями чужой семейной жизни, в которой по должности любили копаться консисторские чиновники.

Так прошла зима. К лету Федор прослышал, что приехавший в Казань антрепренер Семенов-Самарский набирает хор для оперно-опереточной труппы в Уфе на предстоящий сезон. Недолго задумываясь, юноша отправился на свидание к нему.

Семен Яковлевич Семенов-Самарский был очень известным оперным артистом (баритон), с большим успехом он в течение долгого времени выступал в провинции, особенно в Поволжье. Как антрепренер он не отличался большой удачливостью, так как был нерасчетлив и не умел соразмерять свои хозяйские намерения с реальными возможностями существования музыкального театра в провинции. Как правило, он набирал артистов и хор без учета того, сможет ли большая труппа просуществовать при скудных провинциальных сборах. Часто его антрепренерские начинания кончались крахом. Тогда он снова начинал выступать как гастролер.

Так было и на сей раз. Когда семнадцатилетний Шаляпин, производивший впечатление босяка (у него не было обуви, и он носил галоши на босу ногу), пришел проситься к нему в дело, тот осведомился только, какой репертуар знает будущий хорист. Федор, не моргнув глазом, назвал несколько опер и оперетт, которые он слышал в Казани в городском театре и в Панаевском саду. Выходило так, что пришел наниматься «репертуарный» хорист, что в ту пору ценилось высоко, так как премьеры, как правило, назначались каждые несколько дней.

С барской легкостью Семенов-Самарский предложил Федору службу с жалованьем в двадцать рублей, выдал аванс и билет на пароход до Уфы. Позже он вспоминал, что взял Шаляпина потому, что тот поразил его увлеченностью и страстным желанием быть на сцене.

Так началась новая жизнь молодого Шаляпина. Он будет служить в театре, у самого Семенова-Самарского!

Когда Федор добрался до Уфы, туда же явился сам антрепренер, привезший с собой много приглашенных им солистов и артистов хора. Тут выяснилось, что хор набран, как всегда, без расчета. Было объявлено, что из числа прибывших оставят только опытных, а остальные будут уволены. Федор почувствовал, что его надежда стать артистом поколеблена. Но хормейстер Гончаров, догадавшийся, что перед ним еще зеленый юнец, репертуара за душой не имеющий, не сомневался в одном: у этого юнца чудесный голос. Шаляпин был оставлен в труппе. Очень скоро он стал «вожаком» хора. Дирижер поражался тому, с какой легкостью певец-самоучка читает ноты с листа.

Первая роль, которую ему дали, заключалась в хоровой партии в комической опере А. Замары «Певец из Палермо». Безумно волнуясь и, наверное, вспоминая свой позорный провал в Панаевском саду, Шаляпин впервые выступил на сцене как профессиональный артист. Это произошло 26 октября 1890 года. Такова дата начала артистической карьеры великого певца.

Шаляпин отдался работе в уфимском театре с покорявшим всех увлечением и беспредельной преданностью делу. С удивительной быстротой он овладевал репертуаром: учить новые партии было ему легко и радостно. Он не вылезал из театра. Помогал рабочим переставлять декорации, таскал ящики с костюмами, чистил лампы, словом, был готов делать все, что потребуется, потому что сбылась его мечта: он служит в театре!

Его прекрасный голос был замечен всеми, равно как было оценено и его старание. Как-то ему поручили за сутки приготовить партию Стольника в опере Монюшко «Галька». (Кто-то отказался, и нужно было срочно дать замену.) Все были поражены, когда на следующий день он предстал готовым к выступлению. И хотя артистически роль была сыграна примитивно, вокальная сторона партии прозвучала вполне удовлетворительно. Самое главное, на что обратили внимание, — Шаляпин необычайно быстро заучивал партии. В роли Стольника он выступил 18 декабря 1890 года. Это была первая в его жизни сольная партия.