Чтение онлайн

— Безусловно, я все сделаю, как ты просил. Ром, а что случилось? В убийстве кого тебя обвиняют? — не могла не спросить Рита.

— Это долгая история.

— Но я же должна знать!

— Это некрасивая история, — нехотя ответил Роман.

— А ты думаешь сдать себя в аренду олигарху — это красивая история? — всплеснула руками Рита.

— Поверь мне, это еще «красивая» история. Хорошо. В мае я принял новую секретаршу — Жанну. Помнишь, историю с Денисом, то что я отпустил тебя? Вот тогда я начал спать с Жанной. А потом твое похищение, и мы, вроде как, помирились… Короче, я ее послал. Уволил. Но заплатил хорошую компенсацию. В октябре она сказала мне, что беременна. Я дал ей денег на аборт и на реабилитацию. На эти деньги можно было минимум год жить и ни о чем не думать. А тут, когда мы вернулись с Сейшельских островов, она снова мне позвонила и сказала, что так и не сделала аборт. Я впал в бешенство. Я велел ей на следующий же день идти в больницу. А она звонит мне и говорит, что не может решиться. Помнишь, я бросил наш кинопросмотр и ушел? Короче, я силком оттащил ее на аборт. А в воскресенье, она снова звонит и несет какой-то бред по телефону, я решил приехать и поставить ее на место. Она была пьяна. Говорила, что все расскажет тебе. Но я-то знал, что тебе это безразлично. Поэтому просто сказал, что может говорить все что угодно и кому угодно. Потом она еще что-то невнятное вопила. Я вышел из себя. Схватил ее за горло, и сказал, что если она еще хоть раз, хотя бы тенью промелькнет на горизонте моей жизни, я ей голову сверну. Она отбивалась. Поцарапала мне шею. Так что под ногтями у нее частицы моей кожи, а это улика. Я швырнул ее на диван и ушел. И когда я уходил, то столкнулся с ее соседкой, так что она меня опознает. Но я ее не убивал, понимаешь?

— А может быть, она ударилась, когда падала? — предположила Рита.

— Это как надо удариться, чтобы я швырнул ее на диван в комнате, а труп нашли на кухне с тремя ножевыми ранениями. И время смерти приблизительно совпадает с тем, когда я ушел от нее, когда меня эта соседка видела… Меня кто-то очень жестко подставил. Мне не доказать свою невиновность. А мотив знаешь у меня якобы какой был?

— Какой?

— Боялся, что моя невеста, то есть ты, узнав об измене, меня не простит.

— Но твоя верность не оговорена в контракте.

— А кто про него знает?

— Хочешь, я расскажу правду? Скажу, что мы просто подписали контракт, что между нами нет ничего личного, и мотив пропадет?

— Нет. Ты хочешь, чтобы на нас ушат грязи вылили? Меня все равно посадят, а в тебя начнут тыкать пальцем. Спасибо, конечно, за желание помочь, но лучше найди Мейерхольда. Ответь мне только на один вопрос: ты веришь, что я не убивал? — с надеждой глядя в глаза Риты, спрашивал Роман.

— Верю. Безусловно, верю. А знаешь почему? Потому, что если бы это действительно сделал ты, то не оставил бы ни единого следа, да и трупа ее никто и никогда бы не нашел.

— Как бы это гадко не звучало, но ты права, — согласился Роман, — Марго, я могу рассчитывать на то, что под присягой ты не расскажешь того, что я сам тебе говорил, лежа в постели?

— Что именно?

— Про то, как мстил за отца.

— А это тут при чем? Тебя же не за это судят? Да и вообще, даже если бы тебя судили за прошлые грехи, я бы все равно ничего не сказала. Это не мое дело.

— Спасибо, — искренне поблагодарил Риту Роман и поцеловал ее ледяную от волнения руку.

— Я же сказал, никаких прикосновений! Все, время истекло! — тут же скомандовал охранник, открыв дверь, — Подозреваемый Молотов, на выход.

Роман покорно встал со скамейки, попрощался с Ритой и протянул руки, чтобы на его запястьях снова защелкнулись наручники.

— Лицом к стене! Вперед! Стоять! Лицом к стене! Направо! Вперед! — слышала Рита громкие команды охранника, которые Молотов безоговорочно выполнял. Он, человек привыкший сам отдавать приказы, сейчас безропотно делал все, что ему говорили.

Молотов сам не мог поверить в то, что все это происходит с ним. Он? за последние годы привыкший делать все, что ему заблагорассудится, находится сейчас целиком и полностью в чужой власти, казалось, подобно смерти. Он, привыкший к регалиям «хозяина жизни», стал просто никем! Он сидел в КПЗ в компании какого-то мелкого воришки, алкоголика, зарезавшего своего собутыльника и просто неудачника, пытающегося убить любовника жены! Молотов последние лет десять не считал таких за людей, а теперь сидел с ними на одних нарах! Все это не укладывалось в его голове. Они и ОН?! Разве это возможно? Как вообще так могло получиться, что он оказался бессилен перед законом? С другой стороны, где-то в глубине души, Молотов понимал, что заслужил это наказание, не из-за смерти этой несчастной Жанны, к которой он и правда не имел никакого отношения, а за многое другое. За то что мстил за отца, устраняя всех, кто даже косвенно был причастен к его смерти, за то, как ломал людей и их волю, за свои заносчивость и высокомерие, да много за что. Здесь ему заново приходилось отстаивать свое место под «солнцем». А потом предстояли СИЗО и зона, где придется доказывать, что твое место не у параши. Новые законы, о которых Молотов неоднократно слышал и прекрасно знал в теории, теперь приходилось применять на практике. Да, Молотову и в голову не приходило, что когда-нибудь ему вновь придется завоевывать авторитет, да еще у кого? У каких-то неудачников?! Да уж, это то еще испытание.

Выйдя из отделения полиции, Рита присела на скамейку, стараясь привести свои мысли, что сейчас больше напоминали броуновское движение, в порядок. Она понимала, что нужно срочно что-то делать, но что не понимала. Конечно, сперва нужно найти этого Мейерхольда! А где его искать? Рита вытащила телефон, забила в поисковике имя: Всеволод Мейерхольд, но не нашла ни одного адвоката.

«Черт! Неужели я неправильно запомнила имя?!» — кольнуло Риту. Немного подумав, она решила набрать Аллу.

— Аллуся, привет.

— Привет, дорогая, как дела? — стандартно начала беседу Алла.

— Слушай, у меня вопрос такой. Ничего, пожалуйста, пока не спрашивай. Просто, пожалуйста, узнай у своего Константина, не слышал ли он о таком адвокате как Всеволод Мейерхольд, и если да, то как его найти?

— Я так понимаю, это срочно? — догадалась Алла.

— Очень.

— Сейчас все узнаю и перезвоню, — Алла тут же завершила вызов.

Рита продолжала сидеть на скамейке, крутя в руках телефон, то и дело посматривая на экран. Прошла пара минут, а казалось, что как минимум полчаса. Только экран засветился, но даже не успели заиграть первые ноты мелодии звонка, Рита уже ответила.

— Узнала что-то?

— Конечно, подруга. Сейчас отправлю тебе номер сообщением, — порадовала ее Алла.

— Спасибо, дорогая, потом все расскажу.

— Если сочтешь нужным, — с пониманием ответила Алла.

— Да. Пока.

— Постой. Рита. Просто знай, что в любом вопросе можешь на меня рассчитывать, мы с Костей постараемся помочь, чтобы у тебя там не происходило.

— Спасибо, родная моя, — на выдохе проговорила Рита, кое-как сдерживая слезы, от ощущения искренней поддержки.

Рита перебазировалась со скамейки в машину и набрала номер адвоката. Долго слушая гудки в трубке, девушка уже хотела нажать на кнопку отбоя, как послышалось долгожданное и сдержанное: «Слушаю».

— Здравствуйте, мне нужно поговорить с Всеволодом Мейерхольдом…

— Я вас слушаю, — довольно добродушно отвечал голос на том конце провода.

— Мне, а точнее моему жениху, очень нужна ваша помощь.

— Девушка, я бы рад вам помочь, но я и, правда, занят по самую завязку.

— Пожалуйста, давайте просто встретимся, скажем за обедом или ужином, вы же все равно прерываетесь на еду, поэтому чтобы не отнимать у вас рабочего времени, я в двух словах расскажу о нашей ситуации, скажем за обедом, пока вы будете ждать свои блюда, и возможно, вы хотя бы порекомендуете мне кого-нибудь другого, хотя я точно знаю, что лучше вас адвоката история еще не знала, — как могла, пыталась расположить к себе Мейерхольда Рита.

— Ой, девушка, ну, что с вами делать? Давайте встретимся. Сегодня часов в восемь вечера, в центре.

— Спасибо огромное, я очень признательна.

— Хорошо. В таком случае поближе к восьми я сам вам перезвоню и скажу, где точно мы увидимся, — предупредил Риту Всеволод.

— Безусловно. Я буду ждать вашего звонка, — с надеждой согласилась Рита.

Мейерхольд сдержал свое слово и перезвонил в начале восьмого, сказав в какой ресторан ей нужно приехать. Девушка прибыла на место раньше, чем сам Мейерхольд и села за указанный столик. Минут через пять в зал вошел светловолосый, невысокий молодой человек и стремительным шагом направился к Рите.