Чтение онлайн

– Что-то раньше я в наших краях вас не встречал, – сказал я, переходя на разговорный тон.

– Не встречали, – ответила начальница. – Меня перевели из «Королевского пруда».

– Временно, что ли?

– Постоянно.

– О.

Тут она перевела взгляд на Джорджа и глаза ее остановились непосредственно на коробке.

– Существенные компоненты, – на ходу объявил он в порядке разъяснения. Покрыл он примерно треть расстояния, когда женщина заговорила снова – отчетливо и резко:

– Стойте.

Джордж остановился.

– Вернитесь.

Он протащился назад и встал перед ней.

– Какого рода «существенные компоненты»?

– Ну, – ответил Джордж. – Разные.

– Вот как? – сказала она. – Что ж, давайте посмотрим.

У Джорджа от лица отхлынула кровь. Он уже занес руку над крышкой…

– Это мне?! – раздался голос из ворот мастерской. Там стоял Кен Скэнлон.

– Может, и вам! – крикнул в ответ Джордж.

– Так давай сюда! Что мне тебя – весь день ждать?

Начальница смерила Джорджа подозрительным

взглядом, а он пожал плечами и возобновил шествие через весь двор. После чего взгляд женщины переместился на Кена, который быстренько скользнул внутрь, и наконец упокоился на мне.

Я снова улыбнулся.

– На такой работе вы, наверное, много интересных людей встречаете, правда?

– Пока не очень, – ответила она. – Но, полагаю, возможность всегда есть.

И в неловком молчании, которое вслед за этим повисло меж нами, она вновь уставилась на мою путевку.

– Сколько вы уже в Схеме? – наконец спросила она.

– Лет пять.

– Ну что, – сказала она, протягивая мне карточку. – Уже можно и понимать, что в депо не стоит возвращаться рано без подписи.

И, к моему изумлению, тему дальше развивать не стала.

Часы тем временем дотикали до четырех пятнадцати, и в воротах стали робко показываться первые фургоны. Еще раз глянув на часики, новая начальница коротко мне кивнула и принялась отмечать возвращение прочих транспортных средств. Я заметил, как из глубин мастерской через другую дверь вынырнул Джордж, по-прежнему с тортиком, и тут же куда-то сгинул. Во двор вкатился третий «УниФур» и направился прямиком к автомойке. Вел его Билл Харпер, а Ричард сидел рядом на откидном сиденье.

Вот он, мой шанс примириться с Биллом – поэтому, заперев кабину и избавившись от ключей, я побрел к нему. Его фургон стоял уже в самой середине моечной машины, но ни Билл, ни Ричард из кабины почему-то не вылезали. Сидели вместо этого внутри, и я, подойдя поближе, разглядел, что они о чем-то горячо дискутируют. Я притормозил как вкопанный и стал смотреть, как они машут друг на друга руками. Из кабины глухо пробивались возбужденные голоса. Потом Билл вдруг ни с того ни с сего распахнул дверцу, выскочил наружу и захлопнул ее за собой. Я окликнул его по имени, когда он целеустремленно шагал к погрузочной рампе, но он меня совершенно проигнорировал.

– Билл! – попробовал я еще раз. – Билл!

Но без толку. Он тут же поднялся по ступенькам и скрылся в депо, а я остался недоумевать, о чем они могли спорить. За всей этой сценой также наблюдал Рон Кёртин, новенький, чье транспортное средство ожидало своей очереди на помывку. Заметив мое ошеломление, он вылез из кабины и подошел.

– Похоже, Билл со мной не разговаривает, – заметил я.

– Он ни с кем не разговаривает, – сказал Рон. – Только все время с Ричардом собачится.

– О чем?

– Ну, скажем так, идеологические разногласия.

Мы посмотрели, как Ричард вылез из кабины, включил технику и отошел. Завращались огромные щетки. Через пару секунд весь «УниФур» был омыт пеной.

– Разногласия? – повторил я. – Они же оба вроде бы полноденыцики.

– Еще бы, – ответил Рон. – Но Билл настаивает на своих законных десяти минутах, а Ричард хочет от них отказаться. И так они грызутся уже много дней.

– Вот как?

– Как пара наседок. Ты б и сам увидел, если бы ходил в столовую почаще, а не проводил все обеды с фургоном.

– Это кто их проводит?

– Ты.

– Там же такой гам стоит, – возмутился я. – Иногда себя не слышишь!

Рон покачал головой:

– Передо мной только не надо оправдываться. Я лишь хочу сказать, что там происходят жизненно важные дебаты, а ты их все пропускаешь.

– О, ну да, – сказал я. – Я не знал.

– Может, тебе пора немножко больше поучаствовать.

– Ага… может.

Шли минуты, все больше «УниФуров» въезжало во двор и парковалось на ночь. Вскоре к нам присоединился Брайан Тови: его обычное благодушие на физиономии сменилось выражением крайнего раздражения.

– Еще один день без увольнительной, – вздохнул он.

– Сочувствия ты здесь не дождешься, – сказал Рон. Такой довольно резкий выпад меня удивил, но еще

больше я изумился, когда Брайан в ответ рявкнул:

– А ты не переживай, дружище, я и не жду! После чего отвернулся и ушел.

– Святын боже, – сказал я, когда он удалился. – Грубовато, нет?

– Вообще-то нет, – сказал Рон. – По правде говоря, эти вольногулы у меня уже вот где.

Звякнув ключами, он шагнул к своему «УниФуру», чтобы запереть кабину. И тут я заметил на его дверце рисунок желтым карандашом: восьмерка, вписанная в квадрат.

– А я думал, уж ты-то останешься нейтральным.

– Нейтралитет – не вариант, – ответил он. – В наше время ты либо полноденьщик, либо вольногул. Больше ничего быть не может.

Новую начальницу, судя по всему, звали Джойс. Информацию эту я получил на следующее утро от Коллиса, который наблюдал за нашей беседой из окна конторы. Пока меня грузили, он подошел ко мне на рампе и поделился мнением.

– С нее глаз не спускай, – сообщил он. – Очень амбициозная.

– Я так и думал.

– Только взглянет – сразу штраф.

– Ну, вчера, вроде, ничего была, – сказал я. – Твердая, но справедливая, типа того.

– Ох, да она всегда в первый раз мягко стелет, – сказал Коллис. – Пока примеривается.

Тут на дальнем конце рампы появилась и сама Джойс – вынырнула между штабелей ящиков. От такого внезапного явления Коллис моментально раскрыл книжку с графиками и зашелестел страницами. Потом взглянул на часы.

– Давай, – приказал он не допускающим возражений тоном. – Тебе уже давно пора загрузиться и выехать.