Чтение онлайн

Может быть, будет можно, когда Макс спасет мир и большинство обыкновенных людей исчезнет. Так Джеб сказал Ангелу, когда они снова встретились в прошлом месяце в Школе. У них, мутантов, гораздо больше шансов выжить. Их специально создали, чтобы они спаслись при любых обстоятельствах. Так что, наверное, когда нормальных людей больше не останется, Ангел сможет, наконец, не прятать крылья, сможет спокойно летать, ни от кого не прячась, и сможет, когда захочет, быть настоящей Одеттой.

Скорей бы!

Кабинет для самостоятельных занятий — моя любимая комната в школе. Шесть компьютеров с выходом в Интернет для индивидуального поиска и огромная библиотека с бесконечными рядами книг.

Школьного библиотекаря, очень симпатичного и знающего, зовут Михаил Лазара. Его все любят. Он даже мне нравится. По крайней мере, пока.

У меня сегодня исследовательское настроение. А вдруг найду какие-нибудь специальные сайты для шифровальщиков и дешифровальщиков, и мне удастся обнаружить новый подход к раскодированию институтской информации о наших родителях?

Но мне не везет — все шесть компьютеров заняты. Помедлив минуту, думаю, как было бы хорошо кого-нибудь скинуть со стула — пусть место освобождают.

— Иди сюда, я уже заканчиваю.

Поднимаю глаза на говорящего парня:

— Что?

Он встает и собирает книги:

— Мне больше не нужен компьютер. Садись, я уже ухожу.

— Спасибо.

— Ты новенькая? Ты в моем классе по английскому.

— Ага. — Я уже узнала его. Годы паранойи отточили мою зрительную память, и я хорошо запоминаю лица. — Меня зовут Макс.

— Я знаю. А я Сэм. — Он приветливо улыбается, и я моргаю, потому что вдруг замечаю, какой он обаятельный. У меня в общем-то нет опыта замечать, симпатичные вокруг парни или не очень. Такой роскоши мне еще в жизни не выпадало. Смертельно опасный или просто опасный — вот более важные для меня различительные признаки. — Ты откуда приехала?

— М-м-м… Из Миссури.

— Со Среднего Запада, значит. Здесь для тебя, наверное, все в новинку.

— Да. Это правда.

— Ты домашнее задание делать собираешься или для себя что-то посмотреть хочешь? — он кивнул на компьютер. Больше всего мне хочется ему ответить, что это не его дело, но я притормозила. Может быть, это вовсе не допрос. Может быть, это просто так люди друг с другом общаются. Знакомятся, обмениваются информацией и все такое прочее. Решаюсь попробовать «слиться с массой»:

— Так, для себя кое-что посмотреть хочу.

Он опять улыбается:

— Я тоже для себя смотрел. Хочу каяк купить — цены сравнивал. Надеюсь, мне рождественских денег хватит.

Как бы это замаскировать, что я понятия не имею, что такое «рождественские деньги». Эй, Голос! Может, подскажешь? Но Голос молчит. Мысленно перебрав подходящие варианты ответов, выбираю:

— Здорово…

— Ну ладно, я пошел, — говорит Сэм с таким видом, как будто хочет еще что-то добавить. Я выжидательно на него смотрю, но он молча подбирает свои манатки и уходит, оставив меня с таким чувством, что я под микроскопом изучаю старинные и странные человеческие образцы.

Вздохнув, усаживаюсь за компьютер. Мне никогда не стать такой, как они. Никогда. Нигде.

Мы с Клыком проверили то, что нам казалось координатами адресов в институтских файлах. Но, кроме наших имен, там оставались еще некоторые незакодированные слова. Мое сегодняшнее задание — их проверить. Поискать в Гугле. Первая фраза больше похожа на опечатку — какие-то бессмысленные слова: «ter Borcht». Все равно, решаю впечатать ее в поисковое окошечко.

Краем глаза замечаю за окном странное движение. Смотрю, а это Ангел чуть ли не плывет НАД игровой площадкой. Вместе с другими девочками она явно играет в балерину. Но, кроме нее, больше никто не может взлететь на восемь футов вверх и висеть там, точно подвешенная на веревочке. Глядя на это безобразие, скриплю зубами. Интересно, какое из трех слов «слиться с массой» осталось непонятным моим охламонам?

Между тем, список результатов поиска высыпался на экран. Как странно… Оказывается, «ter Borcht» — не лабуда. Щелкаю мышкой на первую сноску.

Роланд Тер Борчт. Генетик. Лишен лицензии на медицинскую практику в 2001 году. В 2001 арестован за несанкционированные криминальные генетические эксперименты над людьми. Исключительно противоречивая фигура в мире генетики, Тер Борчт долгое время считался гениальным ученым и лидером генетических исследований человека. Однако в 2002 году суд признал его виновным в противозаконных действиях, направленных против интересов человечества, и он был принудительно помещен на пожизненное пребывание в отделении «Опасных и неизлечимых» в госпитале тюремного типа в Нидерландах.

Ни хрена себе! Вот и думай теперь… Я так психанула, что остальные незакодированные слова мигом вылетели у меня из головы.

— Прямо сидеть — развалились! — гремит у меня за спиной.

Поворачиваюсь и вижу, как мистер Пруит тиранит свою очередную жертву. Навис над каким-то насмерть перепуганным парнишкой — тот тут же выпрямился и сел по стойке смирно. Позади мистер Лазара смущенно смотрит в пол. По его виду безошибочно можно заключить, что даже он не любит директора. Не мудрено…

Меж тем, Пруит уже стучит палкой по ножке стола:

— Тут вам не ваша спальня! Расслабляться от безделья дома будете! А здесь образцовое учебное заведение. Я вам не позволю баклуши бить. Ну-ка всем по струнке выпрямиться!

Он, видно, завел свою шарманку надолго, но я быстро собрала книги, соскользнула со стула и прошмыгнула в боковую дверь.

Мне уже вчерашней дозы его нотаций хватило. Сегодня обойдусь и без них.

Быстро-быстро иду по коридору. Стараюсь не шуметь.

Выходит, существует некий генетик Тер Борчт, официально осужденный и признанный злодеем. В хорошую же мы попали компанию! И к бабке не ходи, он связан с Джебом, со Школой и с белохалатниками. В конце концов, сколько на свете может существовать независимых генетиков. Они наверняка обмениваются информацией, результатами, держат друг друга в курсе и, поди, организовывают совместные проекты по созданию новых мутантов.

В наших поисках это или семимильный рывок вперед, или очередной тупик. Но что бы это ни было, надо срочно рассказать стае о моем открытии. Проходя мимо пустого класса, замечаю Клыка. Отлично! До следующего урока у меня пять минут — успею вкратце обрисовать ему ситуацию. Но, приоткрыв дверь, замечаю, что он не один. С ним разговаривает девчонка. Клык стоит неподвижно, а она наседает и все норовит потереться об его плечо своими рыжими кудрями.