Чтение онлайн

– Оральный экстаз… О-о-о, – с некоторым удивлением выдохнул здоровяк.

– Ну, видишь? Я именно про это и говорила. Научат меня там этому…

– Ладно, не вопрос. Когда и сколько? – спросил он быстро.

– Я не знаю, – пожала она плечами. – Нужно позвонить.

– Заметано, звоню. Будешь тип-топ, куколка, – заржал он.

Михалина с улыбкой протянула ему телефон.

– Здрасьте. Я слышал, у вас учат сексу. У меня тут одна малышка, которая хотела бы кое-чему научиться…

Малышка аккуратно записала дату организационной встречи. Теперь все будет хорошо. И Мишка будет, наконец (при всех вариантах написания этого слова), доволен.

Марта три раза пыталась убедить Эвелину, что сейчас не самое подходящее время для отпуска. Тем более отпуск без детей. Эвелина была непреклонна.

– Привет, дорогая. – Брюнетка, которая несколько дней назад вручила Юлии приз, уже ждала ее в номере отеля «Шератон». Она улыбнулась и нежно чмокнула гостью в щечку. – Давай без церемоний, просто по имени? Меня зовут Эвелина, и я руковожу «Школой Жён».

– Конечно. – Юлия села в кресло, стоявшее у маленького столика. Она чувствовала себя немного неловко и в очередной раз задавалась вопросом, есть ли вообще смысл в эту Школу ехать.

Эвелина развернулась и на заоблачно высоких каблуках как будто подплыла к мини-бару. Из-под короткой узкой юбки виднелись кружева ее чулок. Оглянулась (блин, какой изгиб шеи!):

– Может, выпить чего-нибудь?

– Воды, пожалуйста, – ответила Юлия. Совсем по-другому она представляла себе организационную встречу перед самым странным отпуском в своей жизни.

– Юлия, оставь воду на другие случаи, – рассмеялась Эвелина. – Ну так что, мартини? Вино? Джин-тоник? Малибу?

– Тогда мартини, пожалуйста, – робко сказала Юлия.

– Наш шофер отвезет тебя домой. Раз ты здесь, значит, под нашей опекой.

– Да, но… Я не знаю, как-то не сочетается – я и школа жён… Потому что… понимаешь… «жена» – это у меня в прошлом, и мне не очень хочется второй раз входить в ту же реку…

– Это как раз необязательно, дорогая. И неважно, мужья у нас, партнеры ли по жизни, любовники, главное, что все должно зависеть только от нас, от нашего желания. Это мы должны выбирать мужчин, а не они нас.

Эвелине было за пятьдесят, но выглядела она как кинозвезда. Стройные ноги в шикарных сапогах, чулки с кружевом, ладно скроенное платье, облегающее тело, как вторая кожа, глубокий вырез открывал полную грудь, явно нестесненную бюстгальтером, потому что сквозь благородный материал кремового платья просвечивали соски.

– Я не ношу нижнего белья, – прошептала она, поймав на себе взгляд Юлии. – Белье стесняет движения. – Она высоко подняла платье, показывая обнаженное бедро. – Есть еще вопросы?

Юлька шумно сглотнула слюну.

– Ну, я не знаю, тот ли я человек…

– Тот, тот. Поверь мне, случайностей не бывает. Если что-то случилось – значит, судьба. И я в это верю. – Она закинула ногу на ногу. – Поверь мне, ты выйдешь из Школы расслабленной и полной надежд на лучшее. Ты будешь не одна, там будут и другие женщины. Счастливые жены и матери, любовницы, содержанки богатых спонсоров, барышни, вдовы, будущие невесты, феминистки и домашние курицы. Каждая едет туда со своей целью. Для каждой найдется что-то подходящее. И для тебя тоже. Кое-кого пребывание там удивит. Но мы никого ни к чему не принуждаем. – Она пригубила мартини и сладострастно облизнула губы. – Сейчас я покажу тебе договор, пустая формальность, такой стандарт. Там ты обязуешься не вести записей занятий и не делиться с журналистами тем, что узнаешь, чему станешь свидетельницей – как вольной, так и невольной. Журналюги – такой народ, только и ждут, когда человек споткнется. Школу не очень любят в этом районе… Да, и еще – никаких фотографий… – Она посмотрела на Юлию и уточнила: – Вернее, сами участницы не делают их. Потому что в плане занятий есть занятия по фотографии и фотосессии. В том числе и в стиле ню. Но я не хочу пугать тебя. Спокойно ознакомься с соглашением, общими условиями. Я вернусь через двадцать минут.

Она встала, поправляя юбку. Юлия невольно вперила взгляд в светлую ткань, плотно облегавшую низ живота, и без труда разглядела темную полоску. Эвелина перехватила ее взгляд.

– Я же говорила тебе, дорогая, нижнее белье стесняет движения, и я его не ношу, – улыбнулась она и вышла из комнаты.

Юлия склонилась над контрактом. Ей бы сейчас не помешало присутствие Магды. Та наверняка нашла бы разные юридические крючки, ловушки и не позволила бы подписать договор. А так смотришь на него как баран на новые ворота, видишь, что все гладко, и не понимаешь, чего здесь не подписывать. Конфиденциальность? Кому бы она стала об этом болтать, наверное, только Иольке. И все равно в контракте в основном речь о прессе и телевидении. Эх, была не была.

Она взяла ручку и поставила подпись. На столе рядом с контрактом лежали рекламные брошюры. Все в разных оттенках фиолетового. Она взяла одну, развернула. На картинке была голая женщина, украшенная фруктами, взбитыми сливками. Юлька услышала щелчок дверной ручки и быстро положила листок обратно.

– Пожалуйста, пожалуйста. – Эвелина улыбнулась. – Можешь взять, здесь все для тебя. Я вижу, договор подписан? – Она взяла документы. – Чудесно. Останешься довольна. Наш шофер приедет за тобой первого августа в семнадцать ноль-ноль. Подходит тебе? Мы должны подогнать расписание занятий под твой цикл. Мы же не хотим, чтобы нам что-то мешало? Правда? – Она многозначительно улыбнулась.

– Под цикл? – удивленно спросила Юлия.

– Конечно. Всего три недели. Нам важно, чтобы ты воспользовалась этим временем в полной мере, а обычные женские дела могут все испортить. Правда?

Юлия только кивнула.

– Здесь вся информация об отъезде. Помни: не бери ничего сверх того, что там указано. Никаких ноутбуков. Сотовый телефон, надеюсь, ты тоже оставишь дома. Это будет отдых в сочетании с тем, что лучше для тебя. Останешься довольна, вот увидишь.

Уходя, Юлия столкнулась в дверях с невысокой женщиной, весь вид которой говорил о желании слиться со стенами отеля, стать абсолютно незаметной. Юлия мягко улыбнулась. Ядвига ответила ей робкой улыбкой.

На встречу в отель «Шератон» Михалина отправилась вместе с Мишкой. Собственно говоря, это она робко следовала за своим мужчиной, который, сверкая золотой цепью и большим перстнем, изливал свой сомнительный шарм на Эвелину. Бесчувственная к его прелестям, Эвелина попросила, чтобы он вышел, потому что хочет поговорить с пани Михалиной наедине.

– Я очень извиняюсь, пани, но тут такой расклад: я плачу – я имею право. И никуда не пойду, потому что должен убедиться, что работу вы сделаете хорошо. Поехать туда с ней я не поеду, а здесь на месте могу позаботиться обо всем. – Он развалился в гостиничном кресле. Михалина сидела рядом, съежившись. – Вы знаете, когда я отдаю машину в мастерскую, тоже за ручонками слежу, чтобы не баловали.

– Однако я хотела бы поговорить с пани Михалиной с глазу на глаз.

– Секреты, что ль, какие?

– Военная тайна, – многозначительным шепотом ответила Эвелина, улыбаясь Мишке. Подхватила его под руку и, продолжая что-то шептать ему на ухо, тихо вывела из комнаты. Она умела общаться с мужчинами. И не быть бы ей директором «Школы Жён», если бы дело обстояло иначе…

Она вернулась, села напротив Михалины и сказала прямо в лоб:

– Михалина, эта Школа для того, чтобы ты была счастлива.

– Я буду счастлива, только когда счастлив будет он, – тихо ответила девушка.

– Это мы еще выясним. Но я уверена, что пребывание в Школе пойдет тебе на пользу. Особенно тебе. – Она улыбнулась, потом достала договор, брошюрки и начала рассказ о Школе.