Чтение онлайн

Зеленая капсула лежала на ладони адским искушением. Наклониться, лизнуть — и ты в раю. Ни боли, ни страха, ни депрессивных мыслей. Даже сдохнешь — и то на пике эйфории. Уход премиум-класса.

Кир криво улыбнулся и спровадил ее вслед за жучком, в сумку. «А не спеши ты нас хоронить, а у нас еще есть здесь дела…» — вспомнилось парню, и кривая улыбка стала шире и веселее. Ни фига, прорвемся. Столько всего пройдено. Они сумели, нашли, вырвались, почти добрались. Сдохнуть на последних шагах было бы пошло.

Когда он выбрался на широкую, прямую как выстрел, просеку, при нем уже не было ни сумки с опасной эмблемой, ни капсулы, ни пирамидки. План его был прост, как яйцо, ни на что сложное усталый мозг был просто не способен. Он выбрел на самое широкое и освещенное солнцем место и с облегчением опустился в короткую, плотную траву непривычного голубоватого цвета.

Вот и славно… Теперь, главное, сознание не потерять. Он должен контролировать ситуа…

Додумать Кир не успел. Нет, сознание он не потерял. Альбатрос просто уснул. Уснул сном младенца посреди одной из самых оживленных транспортных артерий, ведущих к Столице.

Просто силы вдруг кончились.

Легкий коптер опустился на крыше полицейского управления Южного, очень респектабельного района столицы. Первым, согласно протоколу, с подножки соскочил охранник и, встав вполоборота, внимательно просканировал крышу и всех встречающих лиц, которых набралось до странности немного: Валери Нейссер, госпожа капитан участка и молоденький сержант, то ли секретарь, то ли просто сопровождающий.

Артур не удивился. Валери всегда считалась дамой своеобразной, чинопочитание у бывшей немки (с концом Географии почти все они стали бывшими) прошито в костный мозг, но приняло странные формы: чем выше был гость, тем меньше людей стремилась поставить между ним и собой бывшая фрау. Если бы с визитом прибыл какой-нибудь местный подполковник, на крыше выстроилось бы все управление начиная от уборщиков и заканчивая самой Нейссер. Надо полагать, что, если бы Валери объявили, что с визитом к ней прибывает сам император, она бы вышла его встречать одна.

Как министр безопасности, Артур относился к этому двояко, а вот как заговорщик со стажем, безусловно одобрял. И то, что странное дело попало к Нейссер, счел добрым знаком.

— Добрый день, Валери, — кивнул он и прошел вперед, к выходу с крыши.

— Я вас слушаю, — произнес он, с удовольствием располагаясь в мягком кожаном кресле и вытягивая ноги. Молчаливая девушка в форме принесла кофе, официанты в этот кабинет не допускались, только совсем свои, кто дал подписку и, скорее всего, позволил себе вшить пару-тройку «сторожевых» программ. На что только не пойдешь ради успешной карьеры. Пожалуй, на большее, чем ради эфимерной любви… и еще более эфимерного долга.

Кофе оказался натуральным и очень вкусным. Артур любил вот такой, крепкий, сладкий, без сливок. Валери это знала. Это многие знали, но девочка-секретарь в круг посвященных в маленькую интимную тайну министра не входила. И никаких распоряжений относительно кофе для него Валери не отдавала. Значит, либо между ней и подчиненной телепатическая связь, либо распорядилась заранее. Но откуда она узнала, что летит именно Артур?

— Почему дело попало к вам? Угон воздушного судна, вдобавок угроза безопасности Столицы… То, что вы сразу же поставили в известность министерство безопасности — умно, но как вам удалось забрать хулиганов? Кстати, что с яхтой?

— Она в полном порядке, — Валери аккуратно пригубила обжигающий напиток, умудряясь и держать чашечку с истинно королевским изяществом, и смотреть на пугающего Артура с настоящим, не сделанным спокойствием, и, одновременно, тут министр ошибиться не мог, прокручивать в голове пять вариантов развития событий и выстраивать свою линию. Вернее, пять линий. В зависимости от того, куда повернет разговор. — В это трудно поверить, учитывая, что по ней выпустили шесть ракет, а сколько раз пытались сбить лазером, никто не считал, но пушки почти полностью разряжены.

— Эпидемия косорукости? — тихо, с рычащими нотками осведомился Артур. Напугать фрау не удалось, если и эпидемия, то не в ее подразделении, так что гнев министра — мимо кассы. Но она все же сочла своим долгом возразить.

— Эксперт по тактике воздушного боя проанализировал записи, перекинутые с истребителей. Стрелки не допустили ошибок.

— Тогда в чем дело? Они атаковали мираж, а настоящая «Гейша» все еще стоит в своем ангаре?

— Дело в том, — Нейссер отставила чашечку и выложила руки на подлокотники, — что яхту пилотировал гений. Таких мастеров один на миллиард, и это не преувеличение… скорее, даже преуменьшение.

— Да? — рыкнул Артур, — интересно будет познакомиться с этим самородком. Если это, конечно, самородок.

— В том и дело, — кивнула фрау, — именно поэтому я взяла на себя смелость распорядиться, чтобы звонок перенаправили именно к вам. С идентификацией наших хулиганов возникли проблемы.

— Слушаю, — буркнул Артур и прикрыл глаза.

— Парень, спящий или, скорее, в коме — некий Артем Шорох, вольнонаемный сотрудник имперской службы поиска пропавших.

— В Заповеднике? — едва не спросил Артур, но в последнюю секунду наступил себе на язык. Валери могла знать про Заповедник, а могла и не знать.

— Что с ним, говорите?

— Выясняют. У него был врач, взяли кровь на анализ. Предварительный диагноз — злоупотребление стимулирующими веществами.

— Откат, — понимающе кивнул Артур, который и сам был грешен, и что такое откат после стимуляторов, знал не понаслышке. Разница между ним и незнакомым пареньком была лишь в том, что министру не грозили каторжные работы.

— Приготовьте молоко, глюкозу в ампулах и хорошего массажиста. Лучше — того, кто работает со спортсменами. Если нет — я найду. Парень нужен нам во вменяемом состоянии.

Фрау кивнула и невозмутимо сделала заметку в наладоннике.

— А второй?

— Вторая, — поправила капитан, — это девушка. И ее чип вызывает сомнение.

Артур поднял брови в знак того, что внимательно слушает. На самом деле ничего особо интересного в этом не было, мухлевка с чипами — дело обычное, операция была несложной, некоторые умельцы ухитрялись делать ее даже на кухне. Если не случалось отторжения, Иван становился Степаном, менял место жительства и продолжал чужую биографию как ни в чем не бывало.

— У нее чип запаролен кодом имперских альбатросов, — тихо сказала Валери, — я была уверена, что в этом отряде нет девушек. Я ошибалась?

Артур едва удержался, чтобы не податься вперед, его выдали лишь дрогнувшие веки, но Нейссер засекла и это. Капитана ей дали не за красивые глаза.

— Продолжайте, Валери, — сказал он, — это ведь еще не все?

— У нее на руке след от операции. Недавней. Врач говорит, она сделана очень хорошо, профессионально, но врач торопился. Это… заметно.